сидим, как на поминках.
Вскоре все разошлись по лачугам, ну а я с Эстебаном и Хрумом встали в караул на первую половину ночи.
В этот раз командир направил меня на южную караульную вышку. Когда глаза привыкли к темноте, смог отчётливо рассмотреть силуэты будущего корабля. Корпус уже был практически достроен. Насколько мне известно, требовалось ещё около шестисот мер древесины для завершения второго этапа.
Что интересно, ближе к вечеру Ханна вновь бесследно пропала и до сих пор не вернулась в лагерь. Но в этот раз никто не волновался. Блондинка смогла выжить с первым уровнем в багровую ночь…
Спустя долгие часы томительного ожидания услышал свист Эстебана. Тот махнул рукой, давая понять, что наша смена закончилась. Мы втроём пересеклись возле костра.
— Макс, разбуди Такеши. Я пойду дёрну Яниса. А ты, Хрум, поднимай одного из своих. Всё, отбой!
— Ты разве не в курсе, что наш бравый якудза с утра до ночи как проклятый рубил лес с Диловаром?
— Проклятье! Ты прав. Он попросту уснёт на посту. Тогда тормоши Густаво, он в своём личном шалаше спит у восточной стены.
— Погоди, амиго. Не боишься эту парочку оставлять на ночь, когда у нас бочка рома в сундуке лежит?
— Спокойно, объект под контролем. Ганс сварганил замок, ключ только у Давида. К тому же их будет трое! На грызлингов мы точно можем положиться.
Перед тем как лечь спать, я разбудил Густаво и осмотрел новую постройку. На высоте полутора метров к частоколу прикрепили односкатную крышу с деревянными стенами по бокам. Внутри вместо матраса — толстый слой плотно уложенных пальмовых листьев.
Неплохо устроился наш олигарх!
Глава 6
Интерлюдия.
Едва Янис убедился в том, что предыдущие караульные спят, как сразу же спустился со смотровой вышки и посетил пост Густаво.
— Пс-с. Братан, поди-ка сюда, обмозговать надо кое-что.
Бразилец будто только этого и ждал. Он крепко схватился за боковые перекладины лестницы и стремительно сполз вниз, ловко скользя руками по дереву, словно опытный пожарный, спешащий на вызов.
— Ты думаешь о том же, о чём и я? — осведомился Густаво, облизывая губы.
— Ага, только фраера замок навесили. Будем ломать — кипиш поднимем, палево стопроцентное. Во рту так сухо, что плевок пылью выходит.
— И не говори. Столько стресса за последние дни.
Внезапно возле них оказался третий дозорный — тот самый молодой грызлинг-юморист. Он суетливо переминался с ноги на ногу и не решался что-то сказать, но всем видом показывал, мол хочет приобщиться к «плохим парням».
— Малой, ты чего тут потерял? — буркнул Густаво. — Брысь на вышку, совсем охренел лагерь без присмотра оставлять?
— Да я… просто подумал, вдруг вам понадобится помощь.
— Подумал он! Вали давай отсюда, пока кто-нибудь не проснулся и не поднял истерику!
— Жаль. Так хотелось попрактиковать навыки взлома замков.
Грызлинг понуро свесил голову, тихо всхлипнул и молча побрёл в сторону северо-восточной вышки.
— Тормози! — гаркнул Янис. — Ты ж тварей за километр вынюхиваешь! Чё на точке тухнуть? Дуй с нами, веселее будет!
Троица караульных примостилась возле общего сундука. Грызлинг достал из борсетки отмычки и решил попробовать их в деле. Проблема была в том, что он едва дотягивался до замка.
— Гус, подсади малого, помоги вскрыть.
— Ага, щас! Смотри, у него спина плешивая. Вдруг заразный. Погоди, за табуреткой схожу, да и ведро прихвачу!
Когда Густаво двинулся в сторону кухонного уголка, хомяк задал Янису вопрос, и в голосе его не скрывалась жгучая обида.
— Чего он злой такой? Я ж с вами подружиться хочу. Вы тут самые крутые! Остальные какие-то чересчур правильные и дотошные. Возьмите меня к себе в племя!
— Хех, пришиться к нам в толпу хочешь? Не вопрос, но на шару тут никто не живёт. Готов в общак тридцатку осколков отстёгивать каждую неделю? И когда движ пойдёт, в штаны не наложишь? Дорожка опасная, обратного пути не будет. Мы тут не в церкви свечи ставим.
— Я на всё согласен! Можешь на меня положиться, старейшина Янис!
Тем временем Густаво вернулся и водрузил возле сундука табуретку.
— Гус, братан, — оживился зэк. — Кароч, малой терь в нашей толпе. Будет бабки в общак нести. Так что мы должны за него впрягаться.
Бразилец лишь махнул рукой и ухмыльнулся.
— Как скажешь, подельничек.
Послышался щелчок, и замок открылся. Довольный грызлинг расправил плечи и благоговейно посмотрел на новых друзей.
— Хорош, малой, — пылко изрёк Янис, потирая ладони. — Надо тебе погоняло дать. Же-ка-руф-лард, — произнёс он по слогам. — Имя же хрен выговоришь! Кароче, будешь Жека. А теперь отойди-ка в сторонку. Гус, помоги топливо достать.
Вдвоём они вытащили бочку, осторожно опустив её на бок. Металлические обручи тускло блеснули в полумраке лагеря. В центре, среди шероховатой древесины, темнел шпунт — деревянная пробка, надёжно запиравшая содержимое. Руки Яниса двигались с такой точностью, будто для него алкоголь был религией, а его кража — ритуалом.
Он накренил бочку, и крепкая жидкость хлынула в подставленное ведро, которое быстро наполнилось до краёв. Стартовала бутылочная эстафета. Запасливые алкоголики синхронно достали из рюкзаков пустую тару.
— Никто даже и не догадается, — прошептал Густаво, ловя каждую каплю, словно это была божья роса.
Когда последняя бутылка наполнилась, Янис аккуратно вставил шпунт на место, вколачивая его ладонью. Вдвоём они вернули бочку на исходную позицию, имитируя нетронутость склада.
Арестант, не теряя времени, продолжил инвентаризацию сундука.
— Опа-на, братки, смотрите, чё нашёл, — его голос прозвучал с неподдельным торжеством.
Он выудил из недр сундука коробку и метнул её «подельничку». То был портативный трёхзвёздочный комплект «Изобилие».
— Закусон!
Зубы Густаво сверкнули в ухмылке. Ещё бы! Сегодня они будут пировать по-королевски.
Но Янис, видимо, решив, что улов недостаточен, незаметно сунул за пазуху один из генных модификаторов жужжерианцев.
— Жека, сможешь обратно закрыть сундук?
— А легко! — его пальцы уже танцевали над замком.
Караульные двинулись на кухню — идеальное место для тайного пиршества. Костёр возле жилой зоны делал их уязвимыми для чужих глаз, а здесь, в относительной тьме, они могли расслабиться. Янис сноровисто расчистил разделочный стол, убирая кухонную утварь на полки шкафа.
