Глава 5
Джулиан стиснул челюсти так крепко, что зубам стало больно. Он держал руль мертвой хваткой. Ему казалось, что в машине закончился кислород.
Лили не смотрела на него. Ее глаза были устремлены на дорогу. Свои изящные руки она сложила на коленях.
Но между ними царило невидимое притяжение, которое достигло тревожного уровня. Никогда прежде он не ощущал женское тело так сильно.
Во всем виноват тот поцелуй.
Они и раньше чувствовали взаимную симпатию, а когда поцеловались, как будто открыли ящик Пандоры. Они выпустили наружу чувства, о силе которых даже не подозревали. И эти чувства привели к тому, что они больше не могли поддерживать легкий непринужденный разговор, как пару часов назад.
Джулиану хотелось окликнуть Лили и убедиться, что с ней все в порядке. Это было бы правильно. Это означало бы разжать челюсти и вновь обрести способность ясно мыслить, а это было именно то, что ему сейчас нужно.
Ему пришлось ее поцеловать. Людям нужно было увидеть этот поцелуй. Именно поэтому Джулиан изначально выбрал этот ресторан.
Поэтому он надел кольцо ей на палец, а затем был вынужден поцеловать ее — потому что какой мужчина не сделал бы этого, получив ответ «да»? Он был к этому готов. Он думал, что это будет просто формальный поцелуй. Но как он ошибся!
В тот момент, когда их губы соприкоснулись, Джулиан почувствовал, что обрел то, что искал всю жизнь. Он не был готов к всплеску возбуждения, к ее не совсем уверенной реакции.
Джулиан за свою жизнь поцеловал много женщин, поэтому неопытность ее прикосновений сразу же стала ему заметна. Он понял, что должен быть осторожным и нежным. Но когда она нашла в себе смелость поцеловать его в ответ, ему захотелось смахнуть со стола скатерть и бросить Лили на стол. И хотя ему пришлось сдерживаться, он все же потерял контроль над собой.
Он все еще чувствовал нежное прикосновение ее рук к своей груди. Его глаза метнулись к рубашке. Глубокие складки сморщили ткань там, где ее сжимали руки Лили. Она хотела от него большего, и он хотел дать ей это. Джулиан содрогнулся при мысли, что они могли бы натворить, если бы аплодисменты гостей не привели его в чувство.
Лили смогла заставить его потерять контроль. Поэтому она представляла для него опасность. Он работал над развитием «Ирэс» в течение многих лет. Это было единственное хорошее явление в его жизни. Ему нужно было заботиться о процветании своей компании. Более того, чем большего успеха добивалась его компания, тем быстрее бледнели в его голове картинки его тяжелого детства. Но, несмотря на все эти доводы, Джулиан все равно хотел поцеловать Лили еще раз.
Он очень много работал, чтобы добиться того, чего хотел. Он слишком многое пережил, слишком многим пожертвовал, чтобы позволить своему свое нравному либидо все испортить. Эмоции… бушующее влечение — все они затуманили ему разум. После всего, через что пришлось пройти его матери и ему, Джулиан не хотел никаких нежных чувств. Ему нужна была Лили, а он был нужен ей для определенной цели. Если они нарушат свою договоренность, это не поможет никому из них.
И Джулиан не мог позволить такому поцелую повториться снова. Ради них обоих.
Теперь его самой большой заботой было сделать так, чтобы ей снова стало комфортно с ним, потому что, если она останется рядом с ним в таком напряжении, никто не поверит, что они помолвлены. Деван уже подозревал их в обмане, и Джулиану нужно было убедить его, насколько счастлива с ним Лили. Тогда Джулиан воспользовался бы поддержкой Девана для заключения сделки с «Арумом», а позже и с другими компаниями.
Все начнется с того, что Лили расслабится. Проблема в том, что не в характере Джулиана было извиняться — и он не хотел извиняться за тот поцелуй.
— Лили…
Она напряглась и медленно повернулась к нему.
— Тебе не обязательно ничего говорить.
Он видел ее всегда уверенной в себе. А сейчас неуверенность, выражавшаяся и в ее голосе, и в ее позе, насторожила его.
— Извини. Мне очень жаль, — произнесла она.
Джулиан был ошеломлен. За что она извиняется?
— За что?
— Я говорю о поцелуе.
Джулиан свернул на обочину и остановился под большим деревом. Он повернулся на своем месте, внимательно изучая ее,
— О чем ты говоришь?
— Я… я увлеклась, а потом увидела выражение твоего лица…
— Лили, посмотри на меня!
Когда она этого не сделала, он схватил ее за подбородок и повернул к себе.
— Тебе не за что извиняться. Мы сделали это по обоюдному согласию, мы поцеловались, и это было хорошо. И если что-то и было написано на моем лице, так это разочарование от того, что мы на публике.
Лили попыталась отвести взгляд, но он не позволил ей.
— Поможет ли тебе, если я скажу, что я хочу снова поцеловать тебя прямо сейчас? Вот только если это не то, чего ты хочешь, то я не буду…
Джулиан увидел в ее глазах сомнение.
— Никто не поверит, что ты счастлива со мной, если ты будешь так напряжена, — сказал он ей. — Разве нам это надо?
— Нет, — ответила она мягко.
— Ты должна себя чувствовать со мной так же комфортно, как и раньше. Дай мне руку!
— Что? — нахмурилась она.
— Дай мне руку, — повторил он.
Он терпеливо ждал, пока она вложит свою руку в его. Как только она это сделала, он положил ее себе на грудь. Он коснулся ее шеи сбоку, наблюдая, как ее дыхание стало ровным и она прикрыла глаза.
— Я всего лишь мужчина… — Он отпустил ее руку и почувствовал, как она провела ею
