— Доброе утро, Эндрю. Боюсь, я пришла не только из желания с вами повидаться.
Должно быть, вид у меня был тот еще — бессонная ночь никого не красит — потому что Рэддок заметно встревожился.
— Что случилось? Садитесь же!
Он вытащил из тайника в книжном шкафу пузатую бутылку и два стакана.
— Выпейте, вам это не повредит.
Он подал мне стакан, куда плеснул на палец коньяку, и я молча сделала хороший глоток.
— Спасибо. Мне это было нужно.
Сама не понимаю, отчего я так распереживалась. Не настолько убеждена в его невиновности, как хотела показать? Или так дорожу нашими отношениями, что…
На этом я спешно оборвала мысль — не время раскисать — и глотнула еще выпивки, для храбрости.
— У меня есть кое-какие сведения по делу Алисии Райан. Думаю, они будут вам небезынтересны. Готова рассказать, но при условии, что вы хотя бы попытаетесь сохранить их в тайне от общественности.
Инспектор помрачнел, и я поспешила уточнить:
— Если это не потребуется для суда.
— Так, — Рэддок залпом выпил свой коньяк и отставил стакан. — Слушаю.
И я выложила ему все: историю Бойдов, письма шантажиста, передачу денег. Умолчала лишь о том, что входила в квартиру Алисии. Это я намеревалась отрицать до последнего, хотя если Бойды заявят, что мы сообщили им об убийстве еще вчера, дело запахнет жареным. Сваляли мы с Дэнни дурака, ничего не скажешь.
Рэддок расхаживал туда-сюда по кабинету, внимательно слушая мои признания. Когда я упомянула свои препирательства с упрямым консьержем, инспектор перебил:
— Так это были вы!
— Конечно, — я спрятала взгляд в своем стакане.
Отчитывать меня Рэддок не стал, однако посмотрел очень выразительно.
Он подошел к письменному столу, снял трубку, набрал на аппарате номер и скомандовал отрывисто:
— Поиски блондинки по делу Райан прекратить… Да, я уверен, — и, давая отбой, сказал мне: — продолжайте, Лили.
— Я почти закончила. Консьерж отказался меня впускать, а утром я услышала по радио об убийстве и поспешила к вам.
На мое счастье, Рэддок не стал допытываться, как я выяснила имя той рыжей дамы. В крайнем случае совру, что опознала в ней сестру клиентки.
Судя по реакции инспектора, Бойды откровенничать с полицией не спешили. Шантаж стал для него явной новостью, не говоря уж о причастности к нему убитой. Рэддок этого, разумеется, не показал — из него вышел бы первоклассный игрок в покер — однако я заметила блеснувший в его карих глазах огонек.
— Говорите, письмо было напечатано машинисткой? — проговорил он задумчиво.
— Похоже на то, — ответила я осмотрительно. Очень уж явный упор делал инспектор на этот, на первый взгляд, малозначительный факт. К тому же есть немалая разница между разговором с клиентом и показаниями, даваемыми в полиции.
Взгляд Рэддока сделался острым, на лбу его собрались морщинки.
— Перестаньте, Лили. Вам ли не знать, что я не стану придираться? Поверьте, это важно.
Я глубоко вздохнула.
— Хорошо. Да, я считаю, что полученные Бойдами письма были напечатаны секретарем, машинисткой или кем-то еще, умеющим профессионально обращаться с машинкой. Такой ответ вас устроит?
Рэддок замер и посмотрел на меня испытующе.
— Лили, что случилось? — произнес он очень тихо. — Не говорите, что вас тревожит убийство Алисии Райан. Кстати говоря, она сестра вашей клиентки, миссис Бойд… и они обе работали секретаршами.
Изображать удивление не пришлось, последний факт действительно оказался для меня новостью. И лишним подтверждением, что покойная мисс Райан шантажировала свою сестру.
Рэддок, не отрывавший от меня внимательного взгляда, усмехнулся.
— Сдается мне, что вы рассказали не все.
В его проницательности я не сомневалась. Главное, чтобы допытываться не стал.
— Ничего существенного, — солгала я легко. — Признаюсь, сейчас меня больше занимает другое.
Рэддок присел на подоконник, отчего-то игнорируя свое удобное мягкое кресло.
— Что же?
Захотелось попросить еще коньяка, но я себя пересилила.
— Это не касается убийства, — слова давались с превеликим трудом. — Речь о вас и Дариане.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Что-то мелькнуло в его глазах, и он сжал губы.
— Значит, вам уже донесли.
Вопроса в его словах не было, однако я ответила:
— Предостерегли. Мол, за мной вы ухаживаете лишь для того, чтобы ближе подобраться к Дариану.
Мгновение мы смотрели друг другу в глаза. Затем Рэддок шагнул вперед, взял меня за плечи, выдернул из кресла — и поцеловал так, что решительно все мысли испарились из моей головы.
— Надеюсь, я был достаточно убедителен? — отстранившись, поинтересовался он чуточку хрипловато.
— Более чем! — ответила я, отдышавшись.
Он ведь даже дверь не запер. Что, если кто-то войдет?
Эта мысль не вызвала у меня даже вялого протеста, слишком поглощена я была испытанными ощущениями.
— Лили? — Рэддок нежно провел пальцем по моей щеке. — Все хорошо?
— Более чем, — повторила я со смешком. — Эндрю, если кто-нибудь сейчас заглянет, мы сплетен не оберемся.
— В самом деле, — ответил он после паузы, словно лишь сейчас вспомнив, где мы находимся. Признаю, это льстило.
Он нехотя меня отпустил, отошел на два шага и пригладил волосы ладонью.
Я вздохнула и полезла в сумочку за платком.
— Эндрю! — окликнула я, не без труда найдя искомое.
Он обернулся.
— Да?
— У вас помада, — я подалась вперед и осторожно вытерла его перепачканные розовым губы.
Рэддок кашлянул и бережно отодвинул мою руку.
— Прошу вас, сядьте и давайте поговорим об убийстве, пока мы не наделали глупостей, — строгим тоном сказал он.
— Почему сразу глупостей? — брякнула я, стиснув в кулаке платок.
Рэддок прикрыл глаза, пряча их блеск.
— Лили, вы с ума меня сводите.
Это было неожиданно и, что скрывать, приятно.
Я коротко поцеловала его в губы и отпрянула, прежде чем он успел ответить. Убедившись, что следов помады на сей раз не осталось — кстати, надо бы подкраситься — я проговорила:
— Говорите, мисс Райан была секретаршей?
Рэддок кивнул и устроился в своем кресле, словно пытаясь отгородиться от меня широким столом. Он без нужды поправил пресс-папье и потер щеку.
— По правде говоря, я начал с поисков ее любовника. О шантаже я, как вы понимаете, осведомлен не был.
— Как ее убили? — поинтересовалась я, потому что нельзя было не спросить.
Я ведь должна делать вид, что мне известны лишь те — весьма скудные — факты, которые были в газетах.
— Удар в затылочную область головы тяжелым тупым предметом, — Рэддок задумчиво катал по столу карандаш и казался всецело поглощенным этим занятием. — Вряд ли убийство было предумышленным. Ее то ли ударили тем, что попалось под руку, то ли толкнули. Словом, похоже на ссору.
— Значит, любовник… — проговорила я задумчиво. — Кстати, с чего вы взяли, что у мисс Райан он вообще был?
Рэддок поднял на меня глаза и скупо усмехнулся.
— Если бы вы побывали в ее квартире, у вас бы таких вопросов не возникло.
Собственно, реплика моя была на то и рассчитана. Дескать, ничего не видела, ничего не знаю.
Я удивленно приподняла брови.
— Надо же.
Рэддок молча наблюдал за мной, затем вдруг отбросил карандаш и поднялся.
— Полагаю, нам придется съездить в морг. Вы должны опознать убитую как девушку, которую видели на вокзале.
— И я могла бы взглянуть на ту квартиру, — предложила я, томясь от неясного чувства вины. Как же мне не хотелось ему лгать!
— Лили, — Рэддок встал напротив меня, спрятав руки за спину. — Кто ваш клиент?
Я искренне удивилась.
— Никто. Я ведь вам говорила, что мы отказались от дела Бойдов, — только не уточняла, когда. — Послушайте, Эндрю, я всего лишь хочу помочь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Полицейских специалистов по аурам на весь Фриско сейчас двое, причем оба — жалкие недоучки. Маги не очень-то стремились работать в полиции. Более хлебное и престижное место найти нетрудно, а мало у кого есть охота возиться с трупами. В рядах правоохранительных органов в основном служат недавние студенты, которые были слишком бедны, чтобы оплатить свое обучение, поэтому заключили контракт, обязывающий их отработать после выпуска на государственной службе.
