Что-то похожее на тоску охватило сознание Стефана. Предвидя неизбежность нового и, скорее всего, не менее опасного испытания и как бы вернув время назад, он стал вспоминать, что ему говорил на прощание старик:
— Ты преодолеешь все преграды и избежишь любой опасности в том случае, если будешь нацелен, един, а также будешь действовать как Воин, рассчитывая только на себя.
Вернувшись мысленно в настоящее, Стефан встрепенулся:
— Что это я загрустил? — и при этих мыслях он почувствовал в себе силу и желание борьбы. — Ну что ж, посмотрим, что может предпринять против меня вода, которая, по словам Проводника, могла принимать образ Змеи.
Плавать Стефан умел. В юности, занимаясь в спортивной школе, он выполнил норматив первого разряда в комплексном плавании. Холода летчик тоже не боялся, так как дома регулярно переплывал зимой реку туда и обратно, а это было примерно метров пятьсот.
Здесь же не было и двухсот метров. Приняв решение и ощутив внутреннюю твердость, Стефан смело вошел в воду и поплыл.
Легко и послушно тело скользило по воде. На всякий случай он решил лицо в воду не опускать, и для обзора держал его высоко над поверхностью озера.
Вначале, стараясь больше наблюдать, чем плыть, Стефан двигался брасом. Однако ничего необычного или угрожающего заметно не было, и даже вода по своим ощущениям вновь приобрела обычные привычные ему качества.
Хотя по-прежнему и оставалась черной с блестящей, как ртуть, поверхностью. Почувствовав себя достаточно комфортно и уверенно, Стефан перешел на легкий кроль.
В этот момент ему показалось, что с водой стало что-то происходить. Она менялась, но как и в чем это выражалось, он пока определить не мог. Стефан, остановившись и плавно двигая руками и ногами, стал поворачиваться на одном месте, чтобы оглядеться.
Судя по всему, он находился уже где-то посередине озера. И тут он почувствовал, что, хотя вода на поверхности и была неподвижна, внизу явно ощущалось какое-то, пока невидимое и потому непонятное, движение.
— Наверное, это подводное течение реки внутри озера, — решил Стефан. — Ведь Старец говорил, что здесь прежде протекала река, и, когда монахи расширили дополнительный выход, изменив направление основного русла, тут вода поднялась и образовала озеро.
Успокоившись и приняв горизонтальное положение, Стефан поплыл дальше, время от времени позволяя себе даже опускать лицо в воду и, открывая глаза, пытаться хоть что-нибудь рассмотреть в глубине.
И не напрасно. Ему показалось, что он видит где-то там, во мраке глубины, светящуюся точку.
Повернув голову для вдоха и вновь опустив лицо в воду, он стал внимательно всматриваться в пятно, которое теперь, к его большому удивлению, раздвоилось… И даже казалось, что эти светлячки вращаются друг за другом по кругу.
Сделав еще один вдох и вновь опустив лицо, он убедился в том, что это явление существует в реальности, так как вращение было стабильным, находилось в одном месте и его видение не исчезало.
Заинтересовавшись этим, Стефан забыл о времени. Внезапно вспомнив о том, что он плывет уже достаточно долго и вот-вот должен коснуться другого берега, он поднял голову и огляделся. Удивлению его не было границ: Стефан был все там же, посередине теперь уже казавшейся грозной черной массы.
— Но ведь я же плыл? — подумал Стефан и внимательно огляделся вокруг.
И тут он заметил, как небольшая рябь ровными кругами расходится от того места, где он находился.
— Так вот оно, в чем дело! — понял Стефан. — Все это время я плыл по кругу. Ну хорошо! — решил он. — Я не буду больше опускать лицо в воду и возьму себе какой-нибудь ориентир на берегу.
Сделав несколько гребков, Стефан почувствовал, что вода вновь обрела вязкость. Плавание стало сильно затрудненным. При этом он вдруг явственно ощутил, что синхронно с ним пришла в движение и неподвижная до этого времени поверхность озера.
К тому же, как бы он ни старался плыть прямо к заранее намеченной им на берегу цели, все равно в результате получалось так, что, двигаясь по кругу, он вновь и вновь возвращался на прежнее место.
— Как будто я плыву по какому-то заколдованному кольцу, — подумал Стефан и попытался хоть как-то ускорить свое движение.
Действительно, плыть он стал быстрее, но при этом, как показало наблюдение, он все же продолжал оставаться внутри кольца.
— Где там эти вращающиеся пятна? — вспомнил Стефан. — Что с ними? А, может быть, это их проделки? — и, опустив лицо в воду, он вновь стал смотреть на теперь уже близкие глаза, которые продолжали вращаться, но уже по более широкому кругу.
— Что же это такое? — никак не мог понять Стефан.
До него уже дошло, что перед ним было новое испытание.
Поняв это, Стефан сразу же успокоился:
— Так вот кто меня атакует! Это Змея. Ну, конечно, я двигаюсь по кольцам, образованным ее телом! И чем сильнее я пытаюсь плыть, стараясь выбраться из этой спирали, тем быстрее меня затягивает в центр вращения, где и ждут добычу ее холодные глаза.
Теперь (осознав, что с ним происходит) Стефан сумел принять единственно верное решение. Он прекратил плыть и стал наблюдать за действиями этого огромного водоворота.
Следуя движению по кругу, он то удалялся, то вновь приближался к заветной цели на противоположном берегу. Обращало внимание на себя то, что концентрические круги этой гигантской спирали, по сути, являлись ее силовыми линиями и были идеальными в своей последовательности.
— Так, все это нужно поломать, — спокойно подумав, решил Стефан, и в тот же миг ответ пришел сам по себе. — Мое плавание должно стать аритмичным.
— Куда мне надо? — звучал внутренний голос. — Вон к тому берегу, а значит, туда я и буду грести изо всех сил. Когда же круг вращения будет уносить меня назад, я просто перевернусь на спину и буду отдыхать.
Решив так, он приступил к выполнению своего плана. В этот момент очередной виток водной спирали начал свое движение.
Стефан сделал несколько мощных гребков согнутыми в локтях руками, создав частыми движениями ног надежную для них опору, и, подав голову вперед, взвинтил такой темп, выдержав который длительное время, он мог бы сравниться с первым пловцом планеты.
Со стороны казалось, что по воде движется не человеческое тело, а какой-то реактивный снаряд. Однако протекание воды по кругу было более мощным, и постепенно становилось заметно, как пенный бурун, образованный бешеным восьмиударным кролем, начинает описывать дугу, уклоняясь от намеченной цели.
Пловец, как будто почувствовав это, вдруг прекратил плыть и, перевернувшись на спину, стал просто отдыхать, раскинув в стороны руки и ноги.
Тело медленно двигалось по кругу. Периодически поднимая голову и осматриваясь, Стефан ждал того нужного момента, когда вновь можно будет отдать все свои силы для очередного мощного рывка.
Это продолжалось несколько раз. Все это время Стефан постоянно перескакивал на один виток от центра, пока, наконец, он не почувствовал себя готовым для последнего, решающего броска.
Течение плавно выносило его на стартовый рубеж. Дыхание было ровным и глубоким, сердце билось ритмично и мощно, хотя и несколько чаще обычного.
Стефан плавно перевернулся на грудь и, разгоняясь, на этот раз начал плыть легко, как бы крадучись, постепенно ускоряя движение. Все получалось. Такого удовольствия от плавания и борьбы он давно уже не испытывал.
— Вот сейчас я тебе покажу!.. Попробуй, удержи меня, — если, конечно, сможешь, — в каком-то ребяческом запале выкрикнул Стефан и все силы, без остатка, бросил в последний рывок.
Ему даже показалось, что от той скорости, с которой он теперь плыл, его тело стало приподниматься над водой.
Еще рывок — и вот оно полностью освободилось от цепких объятий вращающегося спрута, и только ладони рук да стопы ног, как лопасти мощного пропеллера, рвали воду, неся его к заветной цели. Состояние дикого восторга охватило Стефана.
— Я вырвался! Я — свободен!
Движения стали замедляться, и он вновь почувствовал себя плывущим легко и плавно. Поверхность озера была ровной и спокойной. Вода больше не пыталась удержать его тело. Он перешел на брас, потом перевернулся на спину и, отдыхая, продолжал движение к берегу.
Сердце гулко билось в груди, но чувство умиротворенности уже вновь овладело сознанием. Еще несколько гребков, и Стефан ощутил, как его спина коснулась желанного берега.
Перевернувшись на грудь, он прямо перед глазами увидел небольшой камень на берегу — тот самый, который раньше взял себе за ориентир.
С пловцом что-то происходило. Не понимая, в чем дело, Стефан поднялся и, покачиваясь от усталости, вышел на берег. Руки и, особенно, ноги слегка дрожали.
Присев на камень, Стефан вдруг понял, что это с ним. Он плакал. Просто плакал, но это были слезы радости, слезы победителя. И тут же возникла новая мысль:
