Юноша засмеялся и протянул руку, девушка легко вскочила на ноги и шутливо забарабанила кулачками по его груди. За что была со смехом подхвачена на руки. В этот момент она заметила Виктора Александровича. Не смутившись, красавица по-кошачьи соскользнула на землю и подбежала к нему.
– Привет, па, – разгоряченная и тяжело дышащая, она была прекрасна – опасная, как Валькирия, и женственная, как Венера с картины Ботичелли.
– Здравствуй, Ия, – Виктор Александрович поднялся и поцеловал девушку в лоб.
Подошел юноша и склонился в почтительном поклоне:
– Приветствую вас, Магистр.
– Здравствуй, Георгий, – дружески ответил Виктор Александрович.
Девушка легко опустилась в кресло и, набросив на плечи висевший на спинке прозрачный платок, захрустела зеленым яблоком. Виктор Александрович покачал головой.
– По-моему, вам следует серьезнее относиться к тренировкам. Георгий работает вполсилы. Не стоит жалеть противника, даже если он заведомо слабее – это его проблема. Цель поединка на вашем уровне – максимально быстрая победа, а не совершенствование техники.
– Ну, па, – капризно сморщила носик Ия, – Георгий – чемпион. Если бы он работал в полную силу, все кончилось очень быстро.
– Привыкай, – неожиданно жестко ответил Виктор Александрович, – здесь все противники будут настоящими.
– Разве это противники? – презрительно заявила Ия. – Разве кто-то может сравниться со мной, – и она грациозно и несколько надменно подняла голову, изображая величественную статую, украшающую Пантеон Магистратов в Риме, но, не выдержав серьезного выражения, звонко рассмеялась.
Виктор Александрович покачал головой.
– Ты сама знаешь, сколько славных воинов пало из-за недооценки противника. Вынужден поставить тебе в пример Георгия, – тот коротко поклонился, – его успехи в боевых искусствах замечательны. Он заслуженно получил звание Мастера.
– Что вы, Магистр, – сказал юноша, – мой уровень еще далек от мастерства Рыцарей.
– Уверен, что скоро, мой мальчик, ты сможешь начать обучение вместе с Рыцарями, – Виктор Александрович краем глаза наблюдал, как радостно вспыхнул Георгий, – хотя… я думаю, что ты уже сейчас значительно превосходишь большинство из них. А теперь, дети мои, – от Виктора Александровича не ускользнуло, как быстро переглянулись Ия и Георгий, – я хотел бы услышать, как вы оцениваете первые дни оперативной работы. Я понимаю, что это были ваши первые выходы из Эдема?
– Да, – одновременно сказали Ия и Георгий.
– Очень хорошо. Как впечатления?
Они переглянулись, и первой заговорила Ия.
– Впечатления, – она подбирала слова, – впечатления странные. Честно говоря, я ожидала совсем другого… Чего-то страшного и неприятного… А там…
– Светлое и приятное? – перебил Виктор Александрович.
– Да нет, конечно! Грязи столько, что бр-р-р-р… А вот люди другие. Ну, не совсем такие, как описываются в Наставлениях. Нас учат, что люди – это набор примитивных инстинктов.
– А это не так?
– Мне показалось, что все сложнее. Я наблюдала за характерами, и…
– А может, – мягко сказал Виктор Александрович, – стоило лучше читать Наставления? Все-таки они собрали опыт нескольких поколений. И этот опыт на чем-то основан, не так ли?
– Конечно, – согласилась Ия, – я просто говорю о своих ощущениях. Скорее всего, я не права, но…
– Но следует лучше читать Наставления, – продолжил Виктор Александрович. – Замечу, там действительно сказано про набор примитивных инстинктов и рефлексов. Там же сказано, что этих инстинктов и рефлексов очень много, а их комбинации и взаимодействия крайне сложны. Между прочим, и это тоже сказано в Наставлениях, у нас с тобой тот же набор инстинктов и рефлексов. Наше преимущество в том, что мы их знаем, умеем управлять ими, поверь, дочь, это много. Только поэтому мы можем в Эдеме общаться, оставаясь сами собой, а здесь мы обязаны ни на секунду не забывать о контроле и помнить о Чести. А возвращаясь к набору рефлексов… Вы не хуже меня знаете, что психологическое воздействие на людей основано именно на их активации. Например, сколько уровней воздействия предусматривает работа с вашим текущим фигурантом?
– Три, – очень серьезно ответила девушка.
– Вот именно. И, обратите внимание, цель поставлена не самая сложная. Необходимо обеспечить сотрудничество и максимальную лояльность человека, являющегося ключевой фигурой в одном из проектов Очищения. Нам нужен абсолютный контроль. Именно поэтому идут три уровня воздействия – непосредственно на личную и интимную сферу, – он кивнул на Ию, – создание конфликтной ситуации с его ближайшим окружением, – кивок в сторону Георгия, – и организация нестандартных ситуаций для поддержания психологического давления. На первый взгляд, действия, не связанные с заявленной целью…
– Папа, – капризно заявила Ия, – мы прекрасно знакомы с теорией психоконтороля.
– Не перебивай, – строго оборвал Виктор Александрович. – Ты не до конца чувствуешь суть происходящего. А это приходит только с практикой. Ну, ничего, я думаю, эта операция будет для вас прекрасным уроком. Сами увидите, как ваш фигурант через месяц превратится в идеального исполнителя… Я думаю, вы сами поняли, насколько этот мир отличается от Эдема. А что думает об этом молодой человек? – он обратился к Георгию.
– Я бы не сказал, – пожал плечами Георгий, – что это что-то особенное. Если не забывать о контроле, все происходит точно по плану.
Виктор Александрович на секунду задумался.
– Хорошо. А что вы думаете о личности ваших исполнителей?
Георгий весело улыбнулся.
– Я еще раз убедился в мудрости Ордена, Магистр. Статисты только подтверждают положения Наставлений. Простое следование алгоритму – и получаем прогнозируемый результат. Принцесса согласится со мной, – он немного игриво дотронулся до плеча Ии.
– Да, – задумчиво сказала она, – все идет почти по плану.
Виктор Александрович пристально посмотрел на дочь.
– Ия, не забывай о контроле.
Он помолчал и продолжил.
– Ну что же, прекрасно. Я надеюсь, что Ия, – он кивнул дочери, – на правильном пути. Что касается тебя, Георгий, то я был рад видеть будущего достойного Рыцаря.
Виктор Александрович поднялся с кресла.
– Прошу вас продолжить занятия. Пик Очищения настанет уже очень скоро, вы должны быть в хорошей форме.
VIII
Тихорецкий гнал машину по неосвещенному шоссе, обгоняя медленно ползущие попутные фуры. Сразу за придорожным кафе с мигающей вывеской он свернул на проселок и ехал еще километров десять по укатанной снежной дороге. Свет фар выхватывал из темноты стоящие стеной в глубоких сугробах могучие темные деревья. Он остановился перед массивными воротами, окруженными высоким – в два человеческих роста – деревянным забором. Его ждали – ворота медленно открылись, и автомобиль въехал во двор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
