Читаем без скачивания X-Wing-3: Капкан «Крайтос» - Майкл Стэкпол

Не хватало только ее имени, чтобы хаос в мыслях вдруг упорядочился. Исард знали и боялись именно за способность обращать людей против друзей и родственников. С Тикхо Селчу у нее все получилось, и алдераанец был не единственным, кого Исард выпустила из тюрьмы в качестве исполнителя своей воли.

Туман в голове понемногу рассасывался. Припоминались детали встречи с Исард, она еще поклялась, что превратит его в послушный инструмент. И этот тренировочный полет определенно был частью программы. А промежуточные операции продавливали сопротивление, уводили все дальше и дальше, пока, в конце концов, он не перешагнет через порог и не станет опасен для всех, кого он знал, любил и уважал.

Пилот опять помотал головой, с трудом отодрал взмокшие ладони от штурвала и сорвал с головы шлем. Движение оказалось слишком резким, электроды прихватили с собой немного волос. Зато боль принесла облегчение. Это не я. Пилот подмигнул своему отражению. Это компьютер. Меня дурачили информацией, которую я сам рассказал на допросах.

Следующей на очереди была дыхательная маска. Пилот оставил ее болтаться на груди. Осталось только вспомнить, как его зовут, и жизнь станет почти прекрасна.

— Говорит Мститель-1, — сказал он. — Игра окончена. Я никого не предам.

Звездное небо за колпаком кабины погасло. Пилот поднял голову. По ту сторону кабины стояла темноволосая женщина и задумчиво разглядывала его разноцветными глазами. Левый был цвета расплавленной лавы, правый — льдистоголубой. Наверное, ее можно было назвать даже красивой. Длинные черные волосы женщина забрала сзади в хвост, оставив две пряди обрамлять породистое лицо, как будто подделка под девочку могла смягчить ощущение жестокости и холода, исходящих от нее.

Женщина лениво аплодировала.

— Хорошее представление, — обронила она. — Ты вбил себе в голову, что эта маленькая победа имеет значение? Ты ошибся.

Она подетски накрутила на палец длинную прядку.

— Ты же был оперативником, — продолжала она, — должен понимать, как увлекательны бывают допросы. Ты вкусил лишь малую часть удовольствий.

От ее голоса кровь стыла в венах.

— Это всего лишь проверка.

— И я прошел ее.

— С твоей точки зрения может так показаться. А я. считаю, что на тебя просто придется потратить чуть больше времени, чем на остальных, — женщина подавила зевок. — Но в моих владениях время не имеет значения. Его тут в избытке. Вечность, милый мой. Вечность.

Пилот пожал плечами.

— Значит, у меня будет достаточно времени, чтобы обдумать план побега.

— Сомневаюсь, — женщина вздохнула, как будто то, что она собиралась сказать, оскорбляло ее достоинство. — Если бы ты поддавался обучению, то обнаружил бы, что здесь не так уж и плохо. А порой — даже очень хорошо. Но поскольку ты упрямишься, следующим моим шагом будет выяснение, не знаешь ли ты чего-нибудь ценного. К несчастью, тебе придется испытать несколько неприятных мгновений. Надеюсь, твоя жизнь будет интересной, потому что когда мои техники скучают, они обнаруживают в себе склонность к жестокости.

— Ничего они от меня не узнают.

— Хорн, умоляю тебя, давай опустим похвальбу. Начнем мы, пожалуй, с допроса четвертой степени с применением… — женщина замолчала, потом рассмеялась. — Ну, что ты так дергаешься, всего лишь наркотиков. Но если придется, доберемся и до первой степени. Ты расскажешь мне все, что знаешь.

Пилот постарался сохранить хотя бы видимость спокойствия. Да на допросе четвертой степени он вспомнит все то, что забыла его мать, пока носила его в утробе. Секретов у него не останется. Никаких. Он принялся сортировать воспоминания, отделяя ценные от второстепенных.

— Я вижу, ты улыбаешься, — промурлыкала женщина.

Разве? А он и не заметил. Кстати, надо будет отметить, его назвали по имени.

— Наверное, чувствуешь себя безумно отважным, — продолжала женщина. — Но это все изменится.

Она тоже улыбнулась, и пилоту ее улыбка совсем не понравилась.

— Когда я закончу с тобой, — пообещала Снежная королева, — ты забудешь, что такое улыбка.

9

Он все-таки не удержался и прыснул, но тут же сказал себе, что смеется над ситуацией, а вовсе не потому, что на самом деле его разбирает нервное дурацкое хихиканье. Вот он, признанный герой и единственный пилот, которому повезло пережить оба рейда на Звезды Смерти, завоеватель Корусканта, командир самой отчаянной, самой лучшей эскадрильи в Галактике и… как там его еще называют?., стоит под дверями и ни какими усилиями не может унять нервной дрожи. Столько льда в венах, что хватит заморозить обратно полярные шапки на Корусканте, вот, что о нем говорят, и он слышал это собственными ушами. А он топчется, не решаясь нажать на звонок. И неплохо будет откашляться, потому что голос без предупреждения ушел в самоволку и не собирается возвращаться. И хватит приглаживать непокорный вихор. И потеть, словно несъедобный малек на экзамене в академию.

Он не собирается назначать ей свидание, правда, не собирается. Он столько раз повторял эти слова по дороге с базы, что даже поверил сам — до некоторой степени. Это не свидание. И вообще.

Перед выходом пришлось почти целый час слушать жаркую речь Эриси Дларит — о террористах, о вратикс и местонахождении одного из них после рейда. Прилагая максимум усилий, снова и снова он объяснял разгневанной Дларит, что ему не докладывали об аборигене Тайферры, что докладывать не должны, и, в конце концов, клятвенно пообещал, что при ближайшей возможности все передаст Айрену Кракену и постарается пересказать слово в слово, не добавляя ничего от себя лично. Больше для нее он ничего сделать не может (и не собирается), но от Эриси было не так просто отвязаться.

Дларит вымотала его. Были даже мгновения, когда он самым натуральным образом боролся с желанием выставить Эриси из кабинета, желательно с отпечатком ботинка чуть пониже спины. Но, подавляя дискредитирующий звание пилота порыв, он твердил себе: настойчивость Эриси основана на убеждении, что инсектоид опасен для всех, кто с ним общается. А еще, наверное, Эриси не успокоилась и все еще не находит места после гибели Коррана. Обрушиваясь на вратикс, она просто хочет предотвратить другую трагедию.

Йеллу смерть Коррана потрясла не меньше. Они вместе служили, они вместе бежали с Кореллии, они так обрадовались, когда судьба вновь свела их двоих. Ведж снова опустил поднятую к звонку руку. Йелла сейчас по другую сторону барьера, она рьяно взялась за поиск улик против Тикхо. Наверное, на ее месте он поступил точно так же, она выполняет свой долг. Но кому от этого легче?

Антиллес подавил порыв подтянуть штаны, прикусил губу и нажал на звонок самым решительным образом. Потом поддернул рукава кителя.

Я не прошу о свидании. Я пришел с официальным дружеским визитом. Все.

Ведж мотнул головой, черная прядка волос привычно упала на глаза. За последние десять лет он практически никогда не задумывался о том, что такое влюбиться понастоящему. Сначала его любовью был, естественно, «крестокрыл», а когда природа все-таки начала требовать причитающееся, Ведж завел себе кучу подружек, спокойно меняя одну за другой, когда военная жизнь разводила их в разные стороны. Он так и не нашел (и не искал) той единственной и не мог объяснить, а почему, собственно, нет, да его это и не тревожило. Не в его привычках было планировать что-то надолго, а уж тем более отношения. Глупо загадывать наперед. Он принял разумное с его точки зрения решение: чем лучше получается избегать тех отношений, тем меньше шанс, что сойдешь с ума от горя и боли, когда все-таки произойдет то, о чем не любят рассказывать. Он не желал этой боли ни себе, ни тому, кто окажется рядом с ним. Один раз он попробовал, и горя ему хватило надолго.

Стоило посмотреть на принцессу Лейю, чтобы убедиться в своей правоте. Когда Соло влип в ту историю с карбонитом, принцесса в попытках спасти возлюбленного чуть было не перешла грань безрассудства. Ведж засмеялся опять. Он завидовал Хэну Соло, ему тоже хотелось любить так же, но одна мысль, что опять будет так больно и страшно, как тогда, когда Сесси, спасая его, направила свой истребитель в самую гущу врагов, пугала.

Дверь открылась. Антиллес чуть было не ретировался с позором, остановила его лишь улыбка Иеллы Вессири.

— Ведж… какой сюрприз…

— Надеюсь, хотя бы приятный? — он разглядывал бы начищенные ботинки до нового пришествия Императора, если бы не желание заглянуть в глаза Йелле. — Надо было предупредить, но… я тут собрался пойти перекусить и подумал… нну, ненавижу я есть в одиночестве и…

Она опять улыбнулась, неуверенно, будто еще не решила, хочет ли улыбаться.

— Думаю, тебе лучше попробовать войти…

Она повернулась и пошла внутрь. Ничего не оставалось, как пройти вслед за ней по короткому коридору в скромных размеров гостиную. Дверь закрылась автоматически, в помещении сразу стало темнее, словно здесь навсегда поселились серые сумерки.