забился в ноздри. Волк вздрогнул.
Ну все, сейчас он точно убьет ее! Прикончит, пока действует защита купола, без свидетелей.
Глава 7
А между тем сильная рука Рандолфа сдвинулась. Волк повел носом и склонился еще ниже, сокращая расстояние между ними.
— Где кулон? — утробно прорычал Эрлинг, а Фина растерялась. — Где. Твой. Кулон???
— Не рычи…те на меня! — ощетинилась Руфина и попыталась оттолкнуть нависшего над ней волка. Но легче сдвинуть гранитную глыбу, чем Эрлинга.
Обжигающая теплом рука скользнула выше. Жесткие пальцы теперь легли на ее щеку, сжимали, но не крепко, скорее… чувственно?
— Это важно, Рыжик, — вдруг спокойнее произнес Ранд, и прямо на глазах волк начал меняться, возвращая себе облик человека. — Где твой кулон? Он был с тобой в лазарете. Теперь я его не чувствую. Куда дела? Выбросила?
Фина захлебнулась от возмущения. Да как он мог такое подумать о ней? Чтобы она выбросила столь редкую вещицу! Ведь если ее догадки верны, то «ее кулон», совсем не ее, а тот самый, что она видела на груди советника. И с первого взгляда было ясно, что украшение весьма редкое и старинное.
— Я его не видела! Не видела, понял?! — прошипела Фина, даже не надеясь, что Эрлинг ей поверит.
— Разберемся, — нахмурился Ранд, а потом, вдруг опустив руки, отвернулся от нее. — Когда стемнеет, выйди за ворота. Встречу. Нужно поговорить.
Эрлинг не стал дожидаться, пока Фина ответит. Снял непроницаемую защиту с барьера и вышел.
— Остальные будут заниматься завтра! — рявкнул суровый преподаватель и покинул арену.
Фина глубоко вздохнула. Кажется, со стороны она выглядела спокойной. И даже Миша ничего не заподозрил. Зато внутри у Кьелл бушевал ураган.
Выходит, все это — совсем не сны? Ранд Эрлинг действительно был у нее в палате. Более того, Фина сама, по своей воле, прикасалась к нему. Боги, какой стыд!
Но хуже всего было то, что ее волчица признала в нем истинного. И теперь точно не станет сидеть взаперти. Особенно, если Эрлинг вновь перекинется в волка.
— Тебе плохо, малыш? — участливо поинтересовался Миша. — Давай я отведу тебя к врачу? Говорил же, что ты рано вышла на учебу! Могла бы еще отлежаться в кровати!
— Не нуди, пожалуйста, — негромко попросила Фина. Но да, кажется, ей и вправду нужно в лазарет. Голова начала дико раскалываться, да и все тело ломило. И девушка пока не поняла, то ли это последствия неполного оборота, то ли присутствия Эрлинга. И пока что Фина не хотела этого выяснять. Сначала нужно каким-то чудом уложить в мозгах то, что у нее есть истинный. И он — совсем не пушистый Мишка.
Он — дикий и безумный зверь.
* * *
Фина на все реагировала вяло. Даже на друга, который пытался как-то поддержать ее, или привести в чувства.
В лазарет они все же пошли. А по пути в мыслях девушка прокручивала странный диалог с Рандом. Советник отдал ей свой амулет. Безделушку он не стал бы носить на своей шее, а, значит, это не просто украшение.
Во время болезни он передал кулон ей. Но Фина не помнила, чтобы вещица была с ней. Выходит, кто-то забрал подарок прежде, чем Руфина пришла в себя.
Но кто? В лазарет не пускали студентов. Поэтому круг подозреваемых сужался. Оставался медперсонал, ректор и сам Ранд. Абсурдно предполагать, что Ранд, подарив кулон, сам же его и отобрал. Ректор Эрлинг тоже не стал бы отбирать вещицу, подаренную братом.
Значит, нужно как-то выяснить, кто из врачей и медсестер входил в палату к Фине. Нереально, конечно. Но Кьелл чувствовала, что вернуть амулет — крайне важно. К тому же и сам Ранд так сказал.
Мишка проводил Руфину до двери кабинета доктора Холгер, той самой, которую Фина увидела, как только очнулась. Однако женщина показалась Руфине весьма приятной, добродушной. И девушка очень сильно сомневалась, что она причастна к исчезновению амулета.
Миша остался в коридоре, а Руфина, войдя, присела на кушетку. В кабинете было тихо, но звуки голосов доносились из-за закрытой двери, ведущей в смежную комнату.
И вдруг дверь открылась. В помещение вошла доктор Холгер, а за ней — Ханна.
Фина вскинулась, не ожидая увидеть здесь вредную старосту. В первую секунду Ханна не заметила Кьелл, а потому продолжала говорить:
— … мам, ты ведь знаешь, я осторожно…
— Ханна! — негромкий оклик врача показался Фине слишком уж резким, зато Ханна замолчала на пару секунд, столкнувшись взглядом с Руфиной. — Возвращайся на занятия, девочка.
Фина поднялась на ноги, но не сводила пристального взгляда со старосты. Казалось, что Ханна здесь неспроста.
И вдруг Кьелл увидела, как на шее девушки блеснуло золотом украшение, спрятанное под формой.
— Что у тебя на шее? — вместо приветствия произнесла Руфина.
— Не твое дело! — оскалилась Ханна и попыталась выскочить из кабинета. — Психопатка ты, Кьелл!
Но Фина вовремя преградила путь девушке. Выбросив руку, схватила ту за волосы.
— Быстро прекратили! — повысила голос доктор. — Руфина! Пропусти Ханну!
— Сначала пусть покажет цепочку! — возразила Фина. — У меня пропал медальон, пока я валялась в отключке.
— Тупица! Думаешь, это я его украла?! Бред! — завизжала Ханна.
Девушке удалось вывернуться из захвата Кьелл. Ханна распахнула дверь и выскочила в коридор. Фина помчалась следом.
— Немедленно прекратите! — строго прикрикнула женщина, выбегая в коридор вслед за девушками.
— Мама! Эта психопатка меня убьет! — верещала Ханна, когда Руфине удалось загнать добычу на лестничном пролете первого этажа.
Где, будто нарочно, дежурила охрана. Оборотни тут же разняли дерущихся девушек. Фина, сверля диким взором соперницу, скалилась и рычала. Ханна рычала в ответ, но не спешила вынимать золотую цепочку из-под одежды.
— Живо все ко мне в кабинет! — рявкнул ректор Эрлинг, застывший на первой ступени лестницы.
Руфина выдохнула, взглядом обещая Ханне, что их разговор не окончен. А Ханна вздернула подбородок, высокомерно и надменно, словно говоря, что она — пострадавшая сторона.
В кабинет ректора Фину привели под конвоем из двух охранников. Было даже смешно, ведь не станет она сбегать, или бить Ханну на глазах преподавателей, пусть и очень хотелось.
А там, в просторном кабинете у дальнего окна, заложив руки за спину, облаченный в строгий костюм, стоял Ранд Эрлинг.
Стоило девушкам пройти вглубь помещения, как советник изменил позу. Фина невольно обратила внимание
