Читаем без скачивания Позади на лихом коне - Маргарита Южина

– Сейчас не могу, прости. Пока денег нет – я бессилен. Да и благодарить еще не за что.

– А когда деньги появятся, силы вернутся? – подозрительно поинтересовалась жена. Алехин только надменно хмыкнул. У него, в принципе, все в порядке с мужской потенцией, просто до чертиков не хочется ублажать ее, так почему бы не сделать себе выходной? Сегодня Геша твердо решил спать отдельно.

В голове у Тайки кипела каша. Только что она явно разглядела, как из окна соседнего дома прямо на окно ее спальни наведено неизвестное оружие. Нечто подобное ей приходилось видеть в боевиках. Кроме того, она заметила даже мелькнувшего в окне человека; у него наверняка тоже был бинокль, и, увидев, как Тайка балуется оптикой, он решил ретироваться. Вот и получается, что на ситуацию надо смотреть совершенно по-другому – Элину и в самом деле хотят прикончить. Лодовского долго ждать не пришлось. Он недовольно влетел в комнату и, увидев сидящую на диване Тайку, недобро хмыкнул.

– Ну и что на этот раз? Опять не можешь слово в кроссворде отгадать?

– Ты знаешь, все, что я напридумывала по поводу того, что никто ни на кого не покушается, теперь надо вычеркнуть и забыть.

– Что так? – присвистнул Лодовский.

– Иди в мою спальню и осторожно посмотри, там из дома напротив на меня дуло пулемета кто-то навел, – едва шевеля языком, сообщила Тайка.

– Ни фига себе! Прямо-таки пулемета, не меньше? – не поверил Лодовский.

– Тебе что нужно – название или сам факт? – грубо оборвала его Тайка и, увидев, что тот рванул в спальню, заверещала: – Юра, только осторожно, а то они как цель увидят, так и палить начнут по тебе, как по кабану!

Лодовский пялился в окна, что-то непонятное виднелось в окне напротив, но что конкретно, он разглядеть не мог.

– Интересно, а как ты узрела, что это именно пулемет?

Тайка молча протянула ему бинокль.

– Ага, значит, за личной жизнью граждан подглядывала, без их на то согласия, – бормотал Лодовский, наводя резкость. Затем, видимо, увидев все, что требовалось, сорвался с места и выбежал из дома.

– Юра! Лодовский! Трус! А как же женщины и дети?! – восклицала со слезами в голосе Тайка уже на лестничной клетке.

– Анисья! Ты не переживай, ничего страшного, честно! Я сейчас прибегу, все расскажу! Минут двадцать подожди! – кричал Лодовский, несясь через две ступеньки вниз и начисто забыв про услуги лифта. – Да, и не бойся!

Тайка уселась на пол перед телевизором и стала ждать, когда начнется стрельба. В том, что стрелять будут, она не сомневалась, недаром же этот бесстрашный идальго Лодовский слинял со скоростью звука, едва разглядел пулемет. Ну и пусть! У Тайки запершило в горле, но разреветься ей так и не пришлось – вернулся Лодовский.

– Ты что? – уставился он на скрюченную Тайку. – Успокойся, никто на тебя не зарится, да еще и не было случая, чтобы из подзорной трубы убивали. Тебе же самой нравится в чужие окна заглядывать, а тут тобой любовались. И только-то.

Вскоре приехал Касаров. Утреннее посещение Луи испортило ему настроение, и сейчас Марк был чернее тучи. Ни Лодовский, ни Тайка не могли улучить момент, чтобы рассказать ему о случившемся. Псевдожену просто распирало от нетерпения, так хотелось посудачить, но кто же не знает, что мужчину следует сначала накормить, а потом уж можно и в душу к нему в тапках.

– Мужчины! Прошу к столу. Ужин совсем вас заждался, – пропела она и поставила перед каждым тарелку с подогретой курицей.

Касаров накинулся на еду и вскоре действительно начал потихоньку оттаивать, даже попытался сделать Тайке комплимент:

– Тая, ты теперь уже на кухне вполне освоилась, вон как замечательно готовить стала! И вкусно, и нанимать никого не придется.

У Тайки молнией сверкнула мысль.

– Марк! Как же мы раньше не догадались! Мы можем вернуть теперь домой твою Элину!

Марк, положив в рот кусок курицы, так и застыл. Но Тайка, ничего не замечая, тарахтела, радуясь, что такая ценная мысль пришла ей в голову.

– Она просто вернется, а слухи распустим, что это новая кухарка! А уж чем она тут будет заниматься, никого не касается. Все равно самые близкие знают, что я – Элина не настоящая!

– Как это ты мадам Касарову за кухарку выдашь? – обиделся за брата Лодовский.

– А что такого? Жить захочешь, еще и не так назовешься, – не сдавалась Тайка. – Зато Марк будет совершенно счастлив, точно?

Марк согласно закивал, говорить мешал полный рот.

– Ну давай, Лодовский, звони Элине, обрадуй ее и скажи – пусть собирается. Давай, видишь, Касаров окорочком давится!

Лодовский послушно набрал номер телефона профилактория. В трубочку полились ласковые просьбы простить за поздний час и позвать к телефону Белову Элину Михайловну. Далее лицо родственника стало быстро менять и выражение и цвет.

– Как это нет? Когда? Совсем? Сейчас мы приедем! – Лодовский удрученно посмотрел на брата, тот наконец прожевал кусок и обрел способность говорить.

– Ну что? Ну говори же, черт!

– Там сказали, что у нее два дня назад закончился срок и она благополучно выбыла.

– Куда?! Куда она выбыла? – тряс Касаров за плечи несчастного брата. – А где Артем? Он же ее охранять должен!

– Надо ехать в профилакторий и все узнать, давайте, шевелитесь, – бросила Тайка и кинулась одеваться. – Я еду с вами, даже не думайте меня дома оставить!

Через полтора часа они уже знали из первых уст, что Элина Михайловна благополучно отбыла домой. Дежурная сестра, одаренная денежной купюрой, самолично притащила медсестричку, которая и провожала Белову из оздоровительных покоев. Худенькая, перепуганная Таня клятвенно божилась, что женщину ждало авто белого цвета, ни номера, ни модели девушка назвать не могла. Но отметила, что Элина была радостна, весела, что-то напевала и даже щелкнула по носу ее, Таню, что со стороны Элины Михайловны было знаком особого расположения. Про телохранителя Элины Танечка ничего не знала, но машина была точно белого цвета.

– А у Артема какая? – негромко спросила Тайка.

– У него темно-синяя, почти черная «девятка», – ответил Касаров.

Из всего сказанного было ясно, что Элина уехала сама, а Артем исчез в неизвестном направлении.

Касаров, Лодовский и Тайка, подавленные, направились домой. На Марка тяжело было смотреть, то ли он мучился от ревности, то ли всерьез боялся, что драгоценную половину наглым образом спер кто-то из завистников. Лодовский не выдержал первый:

– Марк, заверни вон в ту кофейню у дороги. Надо подумать, кое-что обговорить.

Касаров был равнодушно послушным, без жены для него ничего не существовало.

– Марк, – осторожно начал Лодовский, когда ленивая официантка в застиранном передничке поставила перед ними чашки с кофе, – Марк, я понимаю, любовь – это прекрасное чувство, но оно потихоньку сжирает тебя изнутри, а вывес…

– Что ты несешь? – устало отбрыкивался Марк.

– Что несешь, что несешь? Я же тебе, дураку, уже в тысячный раз пытаюсь объяснить! Ну, хорошо, я не буду касаться твоей благоверной, только ты послушай. Вот, к примеру, я влюбился.

Касаров едко хмыкнул.

– К примеру. И так втюрился, что собрался жениться, причем самой жены толком не зная; и ни ее друзей, ни родни ни разу и в глаза не видел. Но это меня не пугает, потому что люблю. Ну, расписались мы. Между прочим, заметь, ни на одной фотографии лица жены не видно, и фамилию мою не взяла, ну да бог с ней. Живем мы с ней, я ни о чем не спрашиваю, и она никогда ни о чем не говорит. Живет в достатке, в неге, но ни одной подружки не имеет, даже похвастаться никому не хочет, что так счастливо вдовья кручина завершилась. А она у меня вдова, представь себе, правда, о муже ее прежнем я тоже ни фига не знаю. И вообще, про мою супругу мне, самому близкому человеку, известно только, что она страшно любит коней и меня. Это не странно?

– Но она же доказала делом свое отношение! Вспомни, как мы поднялись с ее подачи! – кинулся защищать жену Касаров.

– Да помню я. Тогда поднялись, а теперь как опустились, не заметил? Тогда деньжата хрустели, зато сейчас ни один порядочный бизнесмен с тобой дела иметь не желает. Хотя ты мог и не заметить, дела-то я проворачиваю. Так я тебе доложу – нас, как пасту из тюбика, со всех сторон выдавливают. Ты не согласен со мной?

Касаров смотрел на проносящиеся мимо машины, и ему хотелось тоже унестись куда-нибудь подальше. Какое тут, к черту, не согласен, когда сегодня Луи прямо в лицо ему выдал, что никакие деньги не заставят его работать с Касаровым.

– А теперь подумай, могла ли умница жена, которая великолепно разложила дела с бензином и с металлом, не предвидеть этого? С ее-то талантом и дальновидностью?

Касаров глубоко затянулся сигаретой.

– Ну и что ты от меня хочешь? – не выдержал он. – Хочешь, чтобы я признал, что Элина воровка, убийца, мошенница?

– Я точно не знаю, но что-то из этого определенно ее амплуа, а я хочу, чтобы ты это понял.