разворота плеч, затянутых в строгий костюм тёмно-серого цвета. Что-то в этом человеке одновременно и отталкивало, и притягивало взгляд. Он выглядел, словно монолитная скала: непоколебимый, твёрдый, под стать своему замку.
«Вот, наверное, про таких и говорят: за ним как за каменной стеной».
Закрыв фото, она перешла в мессенджер и, наверное, в сотый раз перечитала сообщение от Макса, которое пришло уже в зале отлёта:
«Прости, что не получилось приехать. Надеюсь, с Лизой вы поладили, она клялась, что хочет извиниться. Удачного тебе перелёта! Пиши сразу, как приземлишься. МНЕ ИНТЕРЕСНО ВСЁ!»
«Да уж… поладили, не то слово! Всё-таки Максим такой невыносимо наивный, когда дело доходит до отношений. Неужели все мужчины такие? – Женя привычно вздохнула. – И Лиза эта его… Стерва, конечно, редкостная. Но какая она… Сильная, смелая, язык, как бритва, машину водит, а с дядей Костей она как ловко справилась! Неудивительно, что Макс в такую влюбился…»
Вздохнув, Женя убрала телефон и достала из сумки книгу, которую в последний момент успела прихватить из дома. Книга была библиотечной, и Женя пару недель назад унесла её с работы, чтобы подклеить обложку и корешок. Читательница сдала роман в совершенно непотребном виде, как будто читала и перечитывала его сутками, не отрываясь ни на секунду ни в транспорте, ни в ванной. В кошмаре увольнения Женя совсем забыла про книгу, а сегодня, поспешно собираясь, зачем-то бросила её в сумку, рассудив, что лучше в полёте почитать что-то увлекательное, чем грызть себя изнутри.
На обложке было написано «Рубиновый маяк дракона»[17]. Женя поморщилась, отчаянно надеясь, что драконы в тексте не будут плеваться пламенем. Впрочем, выбора у неё всё равно не имелось, так что она открыла первую страницу.
«Сибель скрупулёзно выводила на свитке закорючки рунического письма… Она отгородилась непроницаемым заслоном равнодушия… А этот лорд Дарней…»
История начиналась вполне безобидно, и строчки утягивали за собой, звали отвлечься и хоть на пару часов забыть о жизненных невзгодах. Глотая страницу за страницей, Женя погрузилась в волшебный мир, полный опасностей, приключений и любви.
Спустя какое-то время она подняла голову от книги и беспокойно огляделась. Что-то отвлекло её от чтения, но прошла пара минут, пока она сообразила, в чём дело. В воздухе явно пахло дымом, а, присмотревшись, Женя заметила, как по полу прохода тянется едва заметная белёсая дымка.
– Простите, – обеспокоенно повернулась она к соседу, – что это? Так должно быть?
На лице мужчины тоже появилась озабоченность, и он нажал кнопку вызова стюардессы. Но девушка так и не дошла до их ряда – кто-то из впереди сидящих пассажиров обратился к ней с тем же вопросом. Гул голосов нарастал, отовсюду раздавались испуганные возгласы, заплакали дети. Стюардессы забегали по салону, на ходу уверяя людей, что всё в порядке и не нужно паниковать.
Женя нервно засунула книгу в карман кресла перед собой, проверила, что надёжно пристегнута, и вцепилась в подлокотники так, что побелели костяшки пальцев. Её сосед привстал с места и пытался докричаться до бортпроводника.
Слева, через проход, старушка трясущимися руками схватилась за нательный крестик:
– Отче наш, иже еси на небесех…
Сзади что-то оглушительно хлопнуло и зашипело. Самолёт сначала резко мотнуло в одну сторону, затем в другую, а потом начало трясти, как на американских горках. Прямо перед лицами пассажиров выпали кислородные маски. Женя вздрогнула и отстранилась, зажмурившись, как будто маска могла её укусить. Седовласый сосед, наоборот, торопливо подался вперёд, сдёрнул аппарат и резкими паническими движениями стал натягивать его на голову.
Крики вокруг слились с механическими сигналами самолета в жуткий хор. Но было слышно, как стюардессы заученно повторяют, что маску нужно надевать сначала на себя, потом на ребёнка.
«Не надо было лететь! Зачем только я послушала их?»
Женя судорожно делала один вдох за другим, пытаясь хоть немного успокоиться, но едкий воздух, наполненный отвратительным запахом оплавившейся проводки, болезненно жёг лёгкие.
«Не надо было лететь! Не надо было!»
За спиной кто-то в ужасе вскрикнул, а затем истерично заголосил, перебивая механические аварийные оповещения:
– Пожар! Мы горим! Господи, сделайте что-нибудь… Мы все умрём!
Глава 6. Архив или бордель
Размеренно шуршала чёрная лента с чемоданами, но у Жени была лишь ручная кладь, поэтому она прошла мимо толпящихся людей, ориентируясь на указатели на английском и французском. Электронное табло оповещало, что в Мариньяне[18] сейчас 23:12, температура воздуха +24,6.
Стеклянные двери разъехались, выпуская Женю в новую жизнь. Какой она будет? Этот вопрос не давал покоя последние сутки. Но хотя бы с первой частью плана она справилась – прилетела. Не заблудилась, не потерялась, не перепутала рейсы при пересадке в Стамбуле. Разве что об инциденте в самолёте усиленно хотелось забыть.
Перед тем седовласым соседом до сих пор было ужасно стыдно. Это ведь не Максим, который успокоит, пожалеет и поднимет настроение. Мужчина и сам испугался, когда Женя во сне начала кричать на весь салон. Люди с передних и задних рядов, до этого расслабленно занимавшиеся своими делами, напряжённо тянули шеи, пытаясь понять, что произошло, но при этом не перейти границы тактичности. Сосед вызвал стюардессу, отпаивал Женю водой, чаем и даже кофе с капелькой виски и весь оставшийся полёт с удвоенным рвением вещал про компрессоры, турбины, импеллеры и направляющие лопасти вентилятора, не давая ни спать, ни читать, ни думать о чём-либо, кроме нудной лекции по авиастроению. Когда самолёт приземлился в Стамбуле, Женя поднялась с места и поспешно втиснулась в людской поток. Пассажиры вытаскивали с полок ручную кладь и толпились у выхода из салона, но ей казалось, что все они украдкой бросают на неё косые взгляды, от чего её щёки и даже шея пылали всеми оттенками заката. Расслабиться она смогла только после пересадки. И во втором самолёте, направлявшемся в Марсель, сразу же строго-настрого запретила себе читать про огненных драконов или хоть на минуту смыкать глаза! Больше такого позора она не вынесет…
Неподалёку от выхода из сектора прилёта обнаружилась автостоянка. На крыше выстроившихся в ряд белых автомобилей горели зелёные фонари TAXI – всё, как и обещала Мари. Поздоровавшись с водителем, Женя без лишних слов протянула ему листок с адресом. Кучерявый мужчина, с лицом, заросшим щетиной, вскинул густые брови:
– Экс-ан-Прованс?
Он что-то быстро затараторил по-французски, но Женя то ли в силу усталости, то ли из-за отсутствия языковой практики с трудом поняла лишь то, что за поездку выйдет не меньше семидесяти евро. Она, конечно, полагала, что добраться до города будет недёшево, но чтобы столько!
