Когда она открыла дверь и вышла, Джастин сидел в кресле, погрузившись в чтение какой-то книги. Увидев Маргерит, он воскликнул:
— Ага, вот и ты! Насколько я понимаю, ванная свободна… Какие у нас планы на завтра? — поинтересовался он, прихватывая с кровати аккуратно сложенную пижаму и махровый халат. — В какое время ты планируешь завтра отправиться домой?
— После ланча, — ровно ответила Маргерит, пытаясь ничем не выдать своего раздражения. Она рассудила, что, коль скоро им предстоит спать в одной комнате, следует вести себя цивилизованно, не волноваться из-за пустяков.
Джастин отправился в ванную, а Маргерит стала тщательно расчесывать волосы щеткой, рассчитывая к его возвращению лечь в постель, а в идеале — заснуть. Нет, она вовсе не боялась того, что Джастин попытается соблазнить ее, куда больше Маргерит пугало, что он вновь примется жалеть ее.
При мысли об этом она невольно вспыхнула. Как он посмел жалеть меня! Как он посмел!
Глава четвертая
В плену у прошлого
Маргерит металась в кошмарном сне. Ей привиделось, что Грегори, живой и невредимый, преследовал ее, дразнил, мучил, угрожал… Когда же он бросился на нее и принялся душить, Маргерит вскрикнула, в очередной раз пытаясь вырваться, и… очнулась. Вспыхнул ночник, и хриплый мужской голос сонно поинтересовался:
— Господи, в конце-то концов, что тут происходит?
Маргерит понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где она находится и кому принадлежит голос. Джастин к этому моменту уже сидел в постели и озадаченно смотрел на Маргерит.
— Тебе приснился кошмар, — констатировал он и провел рукой по лицу, сгоняя сон. — Все в порядке?
Она хотела ответить «да», но слова застряли в горле. Маргерит тоже села, дрожа от ночной прохлады. Неосознанный страх по-прежнему не покидал ее, отражаясь в широко распахнутых глазах. Она нервно оглядела комнату.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил Джастин. — Может быть, чашку чаю?
Боже, она готова была сейчас что угодно отдать за чашку чаю!
— Я спущусь вниз и приготовлю нам чай. Ты оставайся здесь!
Нам! Как фамильярно звучит! — неприязненно подумала Маргерит, провожая Джастина взглядом.
Однако без него ей сразу же стало одиноко. Ночные кошмары снова обступили ее, увлекая в прошлое. Почему именно сегодня ночью в ее памяти всплыла картина рокового объяснения с Грегори во всех ее отвратительных подробностях? Ей даже показалось, что на теле можно увидеть синяки, оставленные Грегори.
Маргерит тихо застонала, качая головой, и именно в этот момент вернулся Джастин. Он нахмурился, поставил дымящиеся чашки на туалетный столик и тяжело опустился на кровать.
— Ты не хочешь рассказать мне о том, что произошло? — спросил он, и рука его убрала спутавшиеся пряди с разгоряченного лица Маргерит. — У тебя изумительные волосы, — пробормотал он. — Чистый шелк. И кожа такая белоснежная! — Взгляд его одобрительно пробежал по вырезу ее ночной рубашки.
Маргерит вспыхнула.
— Не говори так, — сказала она, пытаясь уйти от этой темы, но Джастин уже обвил рукой ее талию и притянул Маргерит к себе.
— Что именно я не должен говорить?
— Не надо льстить мне.
— А зачем мне льстить тебе? — мягко, но настойчиво поинтересовался он. — Лесть — орудие торгашей, а я просто констатирую факты. У тебя на самом деле очень красивые волосы и кожа.
Он коснулся ее плеча, и сладкая дрожь пробежала по телу Маргерит.
— Ты замерзла.
И прежде чем она успела что-либо сказать, Джастин привлек ее к себе и с легкой усмешкой поспешил успокоить:
— Не бойся, я всего лишь помогу тебе согреться и прийти в себя, не более того. Выпей чаю!
Он протянул ей чашку, и Маргерит пришлось взять ее обеими руками, потому что руки у нее дрожали и не слушались.
— Господи, Маргерит! Что с тобой? — изумленно спросил он, увидев как по щекам ее заструились слезы.
Маргерит заревела в полный голос и уткнулась в грудь Джастина. Он гладил ее бормоча что-то утешающее, и от звука его голоса, напоминающего сейчас шелест набегающих на песок волн, Маргерит стало лучше. Она ощутила спокойствие и уверенность, находясь под надежной защитой этих сильных теплых рук.
Осознав вдруг, что не хочет покидать эти объятия, Маргерит встревоженно вскинула голову и… На этот раз она даже не пыталась уклониться От губ Джастина.
Этого не может быть! — изумленно подумала она, неотрывно глядя на него. Я не должна находиться здесь, в постели с этим по сути дела незнакомым мне человеком, позволять ему целовать меня и при этом изнемогать от желания принадлежать этому мужчине.
Внезапно она больше не захотела ни о чем думать, только ощущать его ласки и прикасаться к нему, быть как можно ближе к Джастину, стать с ним единым целым…
Вырвавшийся из ее горла вскрик был заглушен неистовым поцелуем Джастина. Маргерит машинально обвила руками его шею, прижалась к нему, мечтая лишь о том, чтобы ничто их больше не разделяло. Руки Джастина скользнули по ее плечам, ночная рубашка сползла вниз, и вот уже груди Маргерит обнажились, словно призывая его к действию.
Глаза Джастина потемнели от страсти.
Маргерит не узнавала себя. Никогда еще она не вела себя так вызывающе и провокационно, никогда не давала мужчине столь ясно понять, что желает его.
— Ты не остановишься на этом? — почти умоляюще прошептала она, и Джастин хрипло ответил:
— Пусть кто-то попробует остановить меня!
Он сорвал с нее ночную рубашку. Сначала Маргерит смутилась, но тут же жаркая волна радости и блаженного ощущения свободы захлестнула ее, потому что она увидела, какое ошеломляющее впечатление ее тело производит на Джастина.
Он сбросил с себя пижамные брюки, и вид восставшего мужского естества не оставлял никаких сомнений в том, что именно чувствует сейчас Джастин. Пальцы Маргерит коснулись его загорелой кожи и побежали — все ниже и ниже, так что ей оставалось лишь потрясенно удивляться собственному бесстыдству.
— О Боже, что же ты со мной вытворяешь! — простонал Джастин, прокладывая дорожку из поцелуев по ее шее и груди.
Джастин опустил Маргерит на подушки, одной рукой лаская ее упругую грудь, другой — длинные, шелковистые волосы.
— Я мечтал об этом, едва увидел тебя! — пробормотал он и припал губами к розовым соскам.
Маргерит потеряла всякую способность думать и, томимая невыносимой жаждой наслаждения, простонала:
— О, Джастин!..
— Вот и чудесно! — глухо пробормотал он. — Я мечтал увидеть тебя такой с первого момента нашей встречи.
Все ночные кошмары рассеялись, как мрак ночи в лучах утреннего солнца, не было ничего, кроме Джастина и ощущений, которые он принес в ее жизнь. Маргерит отвечала лаской на каждую его ласку, каждой клеточкой тела желала его, как вдруг в какой-то момент ею овладело кошмарное ощущение, что она находится в объятиях Грегори и в следующую минуту подвергнется насилию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
