Нанять совет директоров БКФ было очень недешево. Доход конфедерации вырос в четыре раза – с 18 миллионов долларов в 1997-м до 79 миллионов в 2000-м. Но расходы все же росли быстрее: из-за увеличения сумм зарплат, бонусов, процентных ставок по кредитам, и к 2000 году конфедерация была в долгах! Рикардо нашел немедленный ответ. Сократить расходы на футбол с 55 % до 35 %!
Но если Рикардо собирался продолжать вести тот королевский образ жизни, которого придерживался, у него не было никакого другого выбора. В октябре 1997 года он провел четыре дня в Нью-Йорке и не мог снизойти до того, чтобы ездить на такси, как все остальные. Так что он нанял лимузин на постоянной основе, пользуясь им при каждом удобном случае, и это высосало из резервов конфедерации 1185 долларов. Кстати, дешево кормить Рикардо и подавно никогда не удавалось! Следователи из конгресса проанализировали его счета в ресторанах за три месяца 1998 года. Они выделили 18 блюд общей стоимостью 12 594 долларов и отметили, что каждый раз, когда президент БКФ ест, конфедерация расходует в среднем 700 долларов.
Конфедерация выделила Рикардо кредитную карту, и она никогда подолгу не лежала в темном месте, собирая пыль и покрываясь паутиной. Карта была очень хорошо знакома сотрудникам магазина Lidador, известного своим ассортиментом марочных шампанских вин.
РИКАРДО ПОГЛОЩАЛ ВЕДРАМИ шампанское в собственном ресторане El Turf в феврале 1996-го. Помимо Dom Perignon и многочисленных бутылок виски большой выдержки, он заказал стейк из филе и сочного цыпленка и залил все это 1300 литрами пива. Счет оплатила БКФ. Он и его друзья отмечали запуск Института помощи бразильскому футболу.
Идея звучала просто прекрасно. Рикардо сообщил, что целью этой некоммерческой организации было улучшение жизни 60 тысяч игроков прошлого и настоящего. Там им должны были помочь найти работу, организовать профессиональные курсы. Для травмированных игроков собирались построить пять госпиталей, а для всех бывших атлетов и их родных обеспечить бесплатное страхование жизни и оказание юридической помощи, если таковая требовалась.
Но расследование конгресса не нашло никаких госпиталей. Они не увидели выгод для игроков. Но зато нашли много выгод для друзей Рикардо. Он лично отобрал 17 человек в штат (включая своих трех сестер, двум из которых также платили зарплату в конфедерации), и 95 % суммы гранта Института помощи бразильскому футболу попало в их карманы. Остальное ушло на постоянные расходы и счета за обслуживание. Сенатор Диас сухо прокомментировал: «Для осуществления реальных дел осталось очень мало средств».
Другой деталью, беспокоившей Диаса, было то, что одним из членов наблюдательного совета Института был Вагнер Абраау, близкий друг Рикардо, который заключал деловые соглашения с конфедерацией. Отчет Парламентской комиссии по расследованиям ставил вопрос: была ли вероятность того, что он будет критиковать хоть что-нибудь в деятельности Института помощи бразильскому футболу? (Мы вернемся к господину Абраау в главе 7, когда рассмотрим бизнес на чемпионатах мира.)
ПОСЛЕ ЧЕМПИОНАТА МИРА в финансовом отделе ФИФА творилось нечто странное. В 1999-м Рикардо отправил огромную сумму в 2 989 593 доллара со счетов конфедерации в ФИФА. Когда у него спросили, зачем он это сделал, Рикардо ответил максимально невразумительно. Это было «подбивание баланса по счетам, чтобы покрыть дебиторскую и кредиторскую задолженности, которые были у двух организаций друг перед другом», – что бы это ни значило. Куда на самом деле ушли деньги? Куда они попали, осев на счетах ФИФА? Ни Блаттер, ни Тейшейра не ответят.
Сага с бразильскими деньгами от Чемпионата мира во Франции и от ФИФА продолжилась и в 2000 году. Как-то раз Рикардо вошел в офис департамента финансов ФИФА в Цюрихе. Он держал в руках увесистую сумку. «Чем могу вам помочь, сэр?» – спросили у него. Он открыл сумку и вывалил из нее 400 тысяч долларов наличными.
С абсолютным спокойствием на лице Рикардо заявил, что деньги – досрочная выплата БКФ, которая компенсирует расходы на ее появление на Чемпионате мира 1998 года во Франции, за год до старта турнира. Он не объяснял, где взял столько наличных и от кого.
Рикардо сказал сотрудникам перевести деньги на счет конфедерации. Клерки из финансового отдела были озадачены – они думали, что эта сумма денег уже была ей выплачена. Но когда они проверили, никаких записей о том, что деньги добрались до конфедерации, обнаружено не было. История Рикардо была таинственной от начала и до конца.
Клерки согласились перевести деньги, но настояли на том, чтобы они были переданы на текущий счет конфедерации и промаркированы как выплата от его имени. Но Рикардо не согласился.
Вместо этого он попросил вернуть ему деньги, но на этот раз чеком. Удивительно, но он его получил. В тот момент ФИФА превратилась из дома футбола в криминальную лавку по отмыванию денег.
Через несколько дней Рикардо вернулся в офисы ФИФА, вернул чек и попросил обратно свои наличные. Фантастика, но финансовый департамент ФИФА согласился – и выплатил ему 400 тысяч, вновь выдав их в сумке. Весьма вероятно, что он успел съездить на такси в любимый цюрихский банк с документом о том, что ФИФА выплатила ему деньги чеком.
Я нашел эту историю закопанной на 19-й странице секретного ежегодного отчета за 2000 год, который аудиторы ФИФА из цюрихского отделения KPMG[5] передали Блаттеру. KPMG, вежливо изъясняясь, пришла в ужас от увиденного, рекомендовав в будущем выплачивать чеки и деньги только «уполномоченным людям».
Я отправил электронные письма Рикардо, ФИФА и KPMG, спрашивая об источнике этих денег. Мне никто не ответил.
ЖУРНАЛИСТЫ РАССЛЕДОВАЛИ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОНФЕДЕРАЦИИ и опубликовали несколько историй, проливающих свет на менеджерские ошибки Рикардо и таинственные денежные операции. Болельщики ненавидели его. Почему судьи, политики, юристы и другие футбольные чиновники не используют свисток, не покажут ему красную карточку, не отправят в тюрьму? Как Рикардо сошло это с рук?
Ответ: им платили. Русло денежной реки, которая текла от производителя обуви, перенаправили от футбола в сторону политических кампаний, спонсируя создание цепочки политиков, которые будут защищать незаконные дела Рикардо в Бразилии и в правительствах штатов.
Наличные распределялись в виде «пожертвований» футбольным федерациям штатов, которые затем передавали их политикам, чтобы бороться на выборах. Следователи обнаружили, что дотации БКФ задерживались на счетах некоторых федераций штатов всего на сутки, прежде чем уйти налево политикам.
Диас описывал схему по воровству денег, как любовный треугольник между БКФ, федерациями и предвыборными кампаниями. Это было мошенничество, скупка голосов в стране, которая в тяжких муках заново училась демократии после двух десятилетий военной диктатуры. К 2000 году «пожертвования» подскочили до более чем 7 миллионов долларов. Таковая была цена протекции; но «пожертвования» делались щедрыми ребятами из Орегона, которые, разумеется, ничего об этом не знали.
БКФ никогда не требовала отчетности от федераций касательно того, как они тратят свои деньги, и это была еще одна раздача денег. Им не приходилось отчислять ежегодные взносы в конфедерацию. Диас сказал, что Тейшейра, позволяя им оставлять деньги у себя, создавал таким образом узы прочной зависимости и добивался полного подчинения. Он считал федерации распространителями привилегий и твердынями покровительства, их приоритетной целью была поддержка политиков, выбираемых бесконечно.
Политики, дошедшие до конгресса в Бразилии, обнаружили, что Рикардо следил за всеми их нуждами и потребностями. Для их эксклюзивного пользования на ферме у Южного озера был арендован дом стоимостью миллион долларов.
Рикардо никогда не забывал о том, что его партнер Зепп называл «футбольной семьей». В 2000 году 8000 долларов были отправлены в жилой район к северо-востоку от Рио. На счетах конфедерации эти деньги проходят как «помощь городу Пираи». Средства незамедлительно поступили на счет кузена Рикардо, который надеялся выиграть выборы в местный совет. Диас также отмечал, что Рикардо владел в Пираи тремя фермами. Потеряв всякий стыд, он продавал молоко, получаемое на них, прямиком в конфедерацию.
Диас заключил, что, пока деятели в системе Рикардо чувствовали себя очень хорошо, живя на деньги производителя обуви, никаких систематических пожертвований и финансовой помощи бывшим игрокам и их близким не осуществлялось.
Рикардо покупал своих политиков. Многие считали, что покупал и судей. Некоторые из них с удовольствием катались на чемпионаты мира в Америке в 1994-м и во Франции в 1998-м, и за это им не приходилось ничего платить. Они наслаждались перелетами бизнес-классом, проживанием в комфортабельных отелях вместе с женами. Некоторые из них потом присутствовали на слушаниях по делам, связанным с Рикардо и БКФ. При допросе один из судей объяснил, что соглашался на подобные предложения, потому что считал очень важным понять вектор развития популярной культуры.
