если тебя попросят, но можно отключить мозг полностью. Душевая быстро наполнилась паром. Туомас уперся лбом в прохладный кафель и безучастно смотрел на розовую кожу в тех местах, где еще недавно зияли кровавые мозоли. Он позволил каплям молотить себя по спине, пока не исчезли все ощущения, кроме бесконечных уколов водяных игл.
Опустошив холодильник, Туомас по-прежнему ощущал дикий голод. Он поставил на зарядку валявшийся на полу мобильник, открыл ноутбук и пробежал глазами криминальную сводку: о трейлере не было ни слова, и лишь одна локальная газетка мельком упоминала о несчастном случае, жертвой которого стал бродивший в ночи «иностранец-нудист».
Найджел погиб…
…а ему предстояло выдержать еще одну ночь полнолуния.
Туомас вытряхнул на стол добычу из трейлера, скатал одежду Найджела в рулон, вынес на помойку вместе с остальным мусором и сбегал в супермаркет за месячным запасом кофе и полуфабрикатов. Он по-прежнему не разрешал себе ни думать, ни останавливаться, на автомате заполняя минуты рутинными делами. Душ, еда, уборка и сон — таков был план, но на полпути к кассе он вернулся и все же закинул в тележку пять килограммов сырого мяса.
Доверху нагруженные пакеты грозились лопнуть от перевеса, пока Туомас медленно поднимался на четвертый этаж. К несчастью, непрошеные мысли немедленно заполонили разум.
В квартире оставаться нельзя! Бежать, бежать как можно дальше…
Но куда? Без машины, с кусками сырого мяса в руках?!
Бежать, бежать немедленно!
Совсем рядом раздалось оглушительное тявканье. Туомас пошатнулся, из пакета вывалились коробка наггетсов и банка тушенки. Он поднял глаза и увидел соседку снизу — из рук тепло одетой дамы в круглых очках рвался лохматый грязно-бурый пудель, немолодой, но совершенно невоспитанный.
— …Так себя вести, Конни! — хозяйка что-то выговаривала рвущейся к Туомасу псине. — Ты напугал молодого человека, негодник.
Не в меру общительный Конни преодолел последние ступени и внезапно взвизгнул в полуметре от Туомаса, а затем метнулся обратно к хозяйке. Дама удивленно охнула, когда пудель дернул ее в противоположную сторону. Пока Туомас подбирал полуфабрикаты, глупое животное, поджав хвост и дрожа всем тельцем, прижималось к стене, и никакие попытки хозяйки сдвинуть его с места не помогали.
— Конни, да что это с тобой! Извините, он так легко возбуждается, — пояснила хозяйка Туомасу. Тот торопливо кивнул, подхватил пакеты и поспешил наверх, пока у собаки не случился инфаркт.
Псы не выносят запаха волка…
Мясо не влезло в холодильник, и Туомас оставил его лежать прямо у двери. До ночи оно не успеет испортиться.
Туомас перечитал записку Найджела, потом отыскал «Пособие по выживанию…» и просмотрел главу о том, как следует готовиться к Лунам. Каждый новый совет вызывал у него поток ругательств. Что делать человеку без дома с оборудованной комнатой безопасности в подвале и без денег, чтобы купить и отдать на растерзание зверю очередной трейлер?
Сидеть и покорно ждать, пока его тоже пристрелят?
За окном постепенно темнело, а решения не было даже близко. Хорошо, что он так и не позвонил Найджелу за прошедший месяц, иначе полиция вышла бы на него в считаные часы. Но его отпечатки по всему фургону…
Вариантов оставалось немного: свалить как можно дальше от города или прятаться в подвале собственного дома. Оценив время, Туомас понял, что вариант остался только один.
При мысли о том, что кто-нибудь, услышав его вой, решит спуститься в подвал, волосы на затылке вставали дыбом. Но часы показывали уже половину двенадцатого, откладывать дольше было нельзя.
В хранилище под лестницей он снял с велосипеда тяжелую цепь — во время учебы у него увели два подряд, и для третьего Туомас купил самое надежное крепление из возможных. Металлические звенья оплетал прозрачный силиконовый шнур, а полутораметровой длины хватало, чтобы обмотать оба колеса и сиденье. Сняв цепь, он поднялся за пакетом с мясом и оставил квартиру незапертой, не рискуя брать с собой ключ.
Нашарив в темноте выключатель, Туомас разочарованно оглядел подвальное помещение. Здесь хотели разместить прачечную, но жильцы предпочли ходить в общественную через дорогу — рассчитанная на три дома сразу, она обходилась гораздо дешевле. Домовладелец предлагал оборудовать в каморке хранилище для лыж, но идею отложили до зимы, так и оставив бетонную коробку пустовать.
Идеальная комната безопасности — если бы не пять этажей по три квартиры над его головой.
Туомас прикрепил цепь к заваренной водопроводной трубе. Подачу воды в несложившуюся прачечную давно перекрыли, так что поломка не грозила потопом. После этого он запер дверь изнутри на задвижку, обмотал велосипедный шнур вокруг талии и защелкнул.
Из одежды на нем осталась только длинная старая футболка — спускаясь по лестнице в таком виде, Туомас искренне радовался, что никого не встретил. Он стоял босиком на бетоне, переминаясь с ноги на ногу в ожидании полуночи — телефон и часы остались в квартире, так что призрачные секунды до катастрофы лихорадочным пульсом отдавались у него в висках.
Сколько еще?..
На третью ночь превращение оказалось не менее болезненным, чем на вторую.
Глава 4. Чужой среди своих
Самая опасная часть твоей жизни — первая Луна — окончена. Теперь наступает время самой раздражающей: проб и ошибок.
«Пособие по выживанию для оборотней», с. 36
Туомаса разбудили назойливые, полузнакомые голоса где-то на грани сознания. Он закашлялся. Голоса становились громче. Открыв глаза, Туомас увидел рядом с собой на полу широкую полосу света, с которой почти сливалась обглоданная до белизны широкая кость. Желудок взбунтовался, язык обожгло желчью.
— …Вызвать полицию, но решил сначала вам. Да я даже признал его не сразу, подумал, бродяга какой забрел. Жильцы-то мне всю плешь проели за ночь, мол, в подвале дикие псы воют, — раздался короткий неприятный смешок. — Придумают тоже. Ну, я сказал, что сразу утром приеду, и вот — нашел его. Пригляделся — и что же это такое, госпожа Эрлунд! Голышом, на бетоне, весь перемазанный…
— Спасибо, господин Ресинен.
Ханна! Туомас приподнялся на локте, презрев невыносимую боль в каждом суставе, повернулся на бок, прикрывая бедром причинное место, и не без труда вскинул голову. Треугольник света заслонила фигура, потом вторая.
— Но вот я думаю — тут не полицию, тут медиков надо, — продребезжал Ресинен совсем близко. — Вы меня понимаете, госпожа Эрлунд? Тут профессионалы должны разбираться, а не мы с вами…
— Спасибо, господин Ресинен, — голос Ханны перешел в непривычно стальной регистр. — Я, к счастью, и есть профессиональный медработник. Мы сегодня же заберем вещи. Квартира скоро будет свободна.
— Конечно-конечно. — Ресинен подался назад. — После такого сами понимаете…
