переглянулся с Берией и выдал на-гора информацию. Охренеть! Наши, оказывается, уже немцев обули. Вывезли почти все их запасы металлического урана и попутно умыкнули несколько тысяч тонн богатейшей урановой руды из Конго. Это кто ж у нас там в Рейхе такой проворный? Не, не колется Лаврентий Павлович. Ну оно и понятно. Нечего имена наших «штирлицев» трепать попусту[13].
– Так вы, товарищ Брежнев, уверены, что по вашим записям можно будет быстрее и дешевле создать советскую атомную бомбу? – спрашивает Сталин.
– Я, конечно, не специалист, и подводных камней в процессе, думаю, окажется много, но ничего непреодолимого там не будет. Тут ведь главное в том, что точно известно, что этот путь правильный и не надо разбрасываться на другие тупиковые и затратные направления. Справится товарищ Курчатов, без сомнения. Другой вопрос, что не надо забывать про носители этих бомб. До Англии мы долетим без проблем. А вот до США – проблема. Думаю, уже сейчас надо ставить задачу по созданию бомбардировщика со следующими характеристиками: дальность – 10–12, а лучше – 16 тысяч километров, бомбовая нагрузка – 4–5 тонн, но лучше – 10 тонн, максимальная высота полёта – 15–16 километров. Американцы такой самолёт уже вроде бы должны начать делать, но полетит он году в 45-м, а на вооружение его примут в 49-м – это я про их «В-36» поясняю. Хотя у них к концу этого года «В-29» появится. У него дальности не будет хватать из Америки до нас дотянуться, но если они где поближе базу найдут, то вполне могут и этими самолётами к нам бомбы таскать. Но самолёты – носители атомных бомб – не долго будут основными в атомных ударах-атаках. Научимся и мы, и американцы сбивать их зенитными ракетами. К концу 50-х – началу 60-х годов у нас на первый план стали выходить межконтинентальные баллистические ракеты. Вот против них ещё долго противоядия не сыщется, чуть не до конца века. Вот по таким ракетам нам могут существенно помочь немецкие разработки. Есть у немцев такой тип – Вернер фон Браун. Не, не смог бы до конца войны этот Браун такую ракету сделать, но вот если его да с нашими Королёвым и Глушко объединить, то к началу пятидесятых в состоянии сделать ракету, которая долетит до Америки.
– Уже объединили, – проговаривается Берия.
«Охренеть! И Брауна уже успели к нам вывезти!»[14]
Ну вроде бы оттаял и успокоился Иосиф Виссарионович. Ещё поговорили. Рассказал о поражающих факторах ядерного оружия. Берии указал на то, что не следует уран-плутоний руками трогать. А то есть версия, что Лаврентий Павлович и без «заботы» Хрущёва мог преждевременно помереть. Любил сам лично посмотреть-пощупать всяки-раз-ны радиоактивные изделия. Про Сахарова рассказал. Творец термоядерной бомбы с неустойчивой психикой и моралью. Космические полёты слегка зацепил. Электронику, ЭВМ и сети по передаче данных осветил. На радиолокаторы обратил внимание, а то из всех крупных воюющих держав хуже дела по этой теме только у японцев и китайцев обстоят. Ну а с радиолокаторов плавно перешёл к проблемам десанта в Британию. А чего? В Академии преподаю, в Минск на переговоры привлекают, а на войну пока не направляют. Не то чтобы очень хочу маршалом стать, тут другое. Уважаю я Леонида Ильича, того, который в моей молодости Генеральным секретарём ЦК КПСС был. И хочу подправить, хоть в этой истории, его биографию. Хочу, чтобы маршальские погоны на его мундире были не за выслугу лет в мирное время, а за реальные победы в реальной войне с реальным врагом. В общем, нагло напрашиваюсь на командование десантной операцией на Альбион.
Виссарионович в раздумьях. Вроде бы и не особенно против, но что-то его тормозит.
– А вот скажите, товарищ генерал-полковник, а в вашей истории чем-нибудь товарищ Брежнев отметился?
«Он что, мысли читает?»
«Вот так вопрос! И чего отвечать? Врать не тянет. И вот так взять и заявить, что, мол, Брежнев через одиннадцать лет после Сталина у руля страны встал, как-то… А и хрен с ним. Нельзя врать-юлить. Да и срисует неискренность Виссарионович на раз».
Пришлось вкратце про Брежнева рассказать. Как Хрущёва смещали, как пытался навороченное-поломанное Хрущёвым выправить. Как СССР под его руководством чуть было не выиграл у США гонку-соревнование двух систем. Опять, блин, врачи и подозрение на отравление. Уж как-то совпало – болезнь-инфаркт-инсульт Брежнева и начало сдачи Союзом позиций в мире. Смерть, опять же произошедшая очень «вовремя». Ведь собрался Ильич, уходя на пенсию, рекомендовать Центральному комитету партии на должность Генерального секретаря Щербицкого. Но не успел. Умер. А Генсеком тогда стал Андропов.
– Андропов? – вскинулся Берия.
Поясняю по Андропову. Ого! Оказывается, нету уже Ювелира[15]. Самоотравился при попытке дать яда сидящему в Ярославской тюрьме Власову[16]. Ну туда ему и дорога.
Про Англию Сталин обещал подумать и приказал съездить в Генштаб изложить мои идеи Василевскому с Антоновым.
6 июня 1943 года
г. Дублин, Республика Ирландия
Первый и действующий премьер-министр Ирландии Эймон де Валера[17]мог гордиться своей прозорливостью. Можно сказать, по лезвию прошёл.
Проскользнул между струйками захлестнувшего Европу смертоубийственного ливня-урагана.
Когда в Германии к власти пришли нацисты, Эймон уже стоял у руля Ирландии, только должность его тогда по-другому называлась. Очень многое в нацистской идеологии было близко Эймону. И Гитлер был не прочь заиметь себе тогда союзника под боком у Британии. Не срослось. Бог отвёл. Британия после начала новой Великой войны настойчиво приглашала стать Ирландию её союзником и объявить войну Рейху. Черчилль, едва став в 40-м премьером Соединённого Королевства, в ультимативной форме требовал вступления Ирландии в войну с Германией, в противном случае угрожал оккупацией. Но пронесло. Прошло два с половиной года. Британия замирилась с Рейхом. И опять – требования вступить в войну, теперь уже с Советским Союзом. Оно нам надо? Даже трёх миллионов человек в Ирландии сейчас нет. Меньше. Чем мы сможем помочь Рейху? Мы лучше в стороночке постоим. А какие плюшки-заманухи каждый раз предлагали – закачаешься! Но удержался Эймон от соблазнов, не дал втравить страну в проблемы. И оказался прав! Какой Рейх? Какая Британия? СССР – рулит! Вот бы сейчас не кисло было, если бы всё же согласился на совместные англо-немецкие уговоры. Вот только несколько не сдержан был когда-то Эймон на язык. Когда начиналась новая всеевропейская война, успел он обозвать СССР агрессором за войну с Финляндией в 39–40-м, за оккупацию Польши в 39-м и Прибалтики в 40-м. За это русские приравняли Ирландию к фашистской Испании[18]. И нету сейчас дипотношений между Ирландией и СССР. А, ох, как они бы сейчас пригодились.
Из Лондона от Мосли кого
