- Да, наши пока ведут! - обрадовался Люцифер, потирая руки.
- Да наших бьют! - орал во всю глотку Бельфегор, свешиваясь вниз.
- У нас просто разные “наши”, - кротко улыбнулся Люцифер.
Гильем был палачом, и весьма преуспел в пытках Это было видно по тому, как он двигался, и меня спасало то, что я угадывал его движения. Многие были похожи на мои, но боевым инквизитором он не был. Не участвовал в походах и захватах ведьм, редко тренировался, однако форму не растерял до конца.
Я вспоминал, как сжимал в руках меч, чувствуя, как меня наполняет вера. Очень часто ведьма сопротивлялось, а на ее защиту вставали те, кому она оказывала свои услуги. Один раз пришлось биться, чуть ли не с армией, которую вокруг ведьмы выставить член синода, за то, что она извела его предшественника. Правая сторона у противника была слабой, ну что ж…
- Дурак!Дурак! - скандировала весьма любящая меня деревня.Ну хоть такая поддержка и то ладно, - Давай! Бей его!
Бой был недолгим. Серия ударов и Гильем уже лежал на земле, крестясь и поднимая руку вверх. Он сдался. Я опустил меч, развернувшись к инквизитору. Милостивы те, кто даруют жизнь. Милостивы те, кто умеет не отнимать ее без веского повода.
Деревенские кричали, а в гомоне их голосов я расслышал тихие, редкие аплодисменты. Инквизитор был доволен.
- Что ж, признаю, довольно сносно, Вот только... - я выдохнул, значит, есть шанс попасть в инквизицию. Что-то в его взгляде мне все равно не нравилось. Совсем не нравилось. Инквизитор усмехнулся - Бой не закончен!
- Сзади! - заорал кузнец, а я уже разворачивался, поднимая меч. Гильем, что только что просил пощады поднялся и занес надо мной меч. Время, как- будто остановилось, а моя реакция была слишком быстрой, для того, чтобы я ее заметил и отдернул руку. Это рефлексы. Я знал, что будет через мгновенье, но уже ничего не мог поделать. Я знал, что будет предсмертный хрип. Такой знакомый и всегда страшный. Будет удивление на лице, внезапно побледневшем и застывшем. А потом душа медленно будет покидать тело сквозь щель раны. И я уже ничем не смогу помочь. Даже, если бы хотел. Бедный Гильем, цепной пес, который действовал по указке главного, сейчас умрет.
Когда сознание прояснилось, я увидел, как противник медленно сползает с моего меча, опускаясь на колени, а капли крови с моего меча громко падают на землю, как набат в звенящей и глухой тишине изумления.
- Убивец! - заорала бабка, размахивая клюкой, а потом тише добавила, - Так им и надо!
А вот остальные, в отличии от бабки и кузнеца подвиг мои не оценили.
- Он убил инквизитора! - ревела толпа, хватаясь за оружие, - Нам теперь не жить! Убить его!
Толпа двинулась на меня, а я не понимал, что происходит. На меня напали со спины, я оборонялся. В моих деяниях нет ничего дурного. В индульгенции сказано, убийство при защите, не считается греховным.Что с ними? Инквизитор осмотрелся по сторонам и выставил руку вперед, призывая всех к тишине. Мы замерли, в ожидании, деревенские ждали его речи с тревогой, а я с интересом. Если он скажет, что причинит вред деревне, то я убью и его.
- Как имя твоё? - поинтересовался он, внимательно изучая меня, - Ты доказал, что готов служить церкви. Ты сильный воин. Забирай коня и я представлю тебя епископу. Из тебя получится отличный воин господа.
- Антоний - я кивнул инквизитору и направился к коню, убитого предателя. Залезая на лошадь, я поймал взгляд кузнеца и прошептал одними губами : “Скажи ей”.
Я прыгнул в седло и мы тронулись. Ну, что же, Антоний, одна цель достигнута.
- Ура! Мы победили! - послышался рев Бельфегора, а он ударил по-дружески по плечу Петра. - Туся молодца!
- Ключ!!! - заорал Петр, пытаясь поймать вылетевший ключ из рук. - Ключ от врат рая! Ловите его!
Золотой ключ падал вниз, а братья смотрели, куда он упадет.
- Аккурат в дом ведьмы! В камине лежит! - забегал Петр, едва ли не рыдая.
- Не подходи к нам, - тут же растворились апостолы, а Петя захныкал. Михаил отвернулся, словно слабо знает Петра, а Гавриил сделал вид, что облако такое красивое и интересное, словно видит его впервые. То самое, которое уже тысячу лет топчат.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Заметьте, - поднял палец Люцифер. - Уже второй раз! Умеют они вовремя постоять в сторонке! Бель, ты куда?
- За ключом! - оскалился Бельфегор, явно что-то предвкушая. А мы видели спящую ведьму, рыжие волосы которой разметались по лежанке.
- Не пускайте Бельфегора! Она рыжая! - заорал темнокрылый ангел, но Бельфегор расправил крылья и исчез с такой улыбкой, что всем все стало понятно.
- Что он делает? - заорал Гавриил, когда Бельфегор вошел в дом ведьмы, Софа спала, а демон с мерзкой улыбкой осмотрелся, облизываясь при виде прикрытых ветошью женских форм. - Остановись!
Бельфегор оскалился в улыбке и направился к полке, где стоял гримуар.
- Так, и чего у нас нашел наш библиотекурь? - ехидно проворковал Бельфегор и стал аккуратно снимать банки и бутылки с настойками. Бельфегор и “аккуратно” редко встречались в одном предложении. Чаще всего встречалось слово “Ой! Оно само сломалось!”. Даже если это был чей-то хребет. - А вот и ты,мой хороший! Так! А этого издания у меня не было! Ыыыы! Какие картинки!
Бельфегор начал листать книгу и иногда присвистывать от иллюстраций, которые видел. Казалось, что текст его не интересовал вообще. Он надолго залип на главе “Темные ритуалы с демонами”, похотливо облизываясь и скалясь в улыбке.
- Вот это задница! - чуть громче, чем хотел восхитился демон, а потом умолк и бросил взгляд в сторону ведьмы. Та заворочалась на кровати и что-то сонно пробубнила, но не проснулась, замерев в тревожном полусне. - Так, а зачем я, собственно, здесь?
- Клю-ю-ю-ю-юч! - заорал святой Петр, так что заставил ангелов поморщиться, - Принеси ключ!
- Ну все, прикрылась райская лавочка! - потер руки Люцифер, глядя на очередь за вратами. - Вот этих двух я себе заберу!
- Ну они же покаялись! - возразил Петр, с ужасом поглядывая на очередь, которая забыла про “кротость и смирение”, устроив скандал.
- Под пытками каются все. Кто будет громче всех орать, я заберу с собой в одно теплое местечко! - рявкнул Люцифер, а очередь притихла, смиренно опустив головы.
Бельфегор поморщился и почесал ухо мизинцем.”И незачем так орать! - передал послание Бельфегор, гаденько скалясь, - Будешь так орать, козявка, ключ себе оставлю, тогда вся моя Империя к тебе переедет”. Петр причитал, выдирая на голове седые волосы, пеняя на то, что это два олуха виноватые, и всю эту кашу заварили они, проклятые! И что он первый побежит к Отцу рассказывать о случившимся, опережая огненные сандалики Люцифера.
- Скажи, чтобы она не искала его, - поджимая губы и отводя глаза произнес Михаил, явно зная больше, чем остальные, - Он убьет ее. Она должна забыть о нем. Навсегда.
Бельфегор скривился и показал язык. Он явно находил забавной сложившуюся ситуацию. Забрав с собой гримуар и прихватив ключ от райских врат, он подошел ближе к кровати ведьмы и хищно улыбнулся.
- Так и соблазняет, чертовка, - цокнул языком Бельфегор, и не долго думая отвесил звонкий шлепок по попе, и тут же вылетел в открытую дверь.
Ведьма взвизгнула от неожиданности, подскочила на кровати и стала осматриваться по сторонам, но уже никого не увидела.
- Ух, хороша! - поделился впечатлениями Бельфегор, передавая ключ святому Петру, - Если Туся так тупить и будет, я ее себе возьму. Да Люсь? Все равно вы с Досей говорили, что мне жениться пора. Вот, не плохой вариант! Рыжая!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Спаси, папа, -подавился Люцифер, с жалостью глядя на паникующую Софу, что оббегала избу уже по третьему кругу, безуспешно звав того, кто это сделал, - Даже не думай! Мне девушку жалко, ей и так интеллектом Туси досталось на пару веков вперед. Мы тебе кого-нибудь еще подберем. Ту, у которой терпения побольше и нервы покрепче.
