— Не думаю, что вы признаетесь ему, — сказал он дерзко. — Это разрушит его иллюзии.
У нее появилось сильное желание снова залепить ему пощечину, но она сдержалась.
— Мистер Вэнс, — в ее голосе было холодное достоинство, — чтобы тайно встречаться с вашим братом, мне нужно было уходить из дома с наступлением темноты.
— Ну, это нетрудно. У вас есть автомобиль.
— Я не умею водить машину, а также ездить верхом, — она старалась сдерживаться. Он заколебался.
— Кто-нибудь вас отвозил.
— Да, конечно. Но тогда мои родители знали бы, что я уезжаю из дома по вечерам одна. А я не делала этого никогда в жизни.
Она разрушала его теорию. Торн нахмурился. Ему не нравилось, что она предъявляла ему голые факты.
— Случай, о котором мне рассказала Сэлли, произошел на вечере, где были ваши родители, — он отвел глаза, его беспокойство росло.
— Я понимаю. Я была осуждена, не имея возможности защитить себя, — она смотрела вперед. Вдруг она задрожала, ужасная мысль поразила ее, и она судорожно сжала сумочку.
— Я предполагаю… Ваша жена не только вам сделала это признание?
— Она рассказала Лу, жене Курта, — ответил Торн.
Трилби закрыла глаза. Теперь понятно, почему жена Курта так зло смотрела на нее. Возможно, отвратительная сплетня уже обошла всех соседей. И все потому, что ей нравится Курт, ей нравится разговаривать с ним. Но ведь это совершенно невинно.
— А почему бы вам не спросить Курта о наших отношениях?
— И вынудить его лгать, чтобы спасти вашу репутацию? — засмеялся Торн. — Это будет благородно, не так ли?
— Мистер Вэнс, я даже подумать не могу, что вы можете поступать благородно, — резко сказала она.
— А ваше отвратительное обвинение безосновательно и совершенно несправедливо. Я обо всем рас скажу родителям, — она повернулась к нему. — Я знаю, что правда — лучшее оружие. А вы, сэр, еще пожалеете, что поверили клевете, если даже она исходила от вашей покойной супруги.
Трилби замолчала и больше не сказала ни слова. Она вышла из машины без его помощи и направилась к дому. Он последовал за ней.
Родителей и Тедди не было, поэтому не было необходимости объяснять причину враждебности Трилби.
Она вошла в свою спальню, хлопнула дверью и повернула ключ, не сказав Торну ни слова.
Он стоял перед закрытой дверью. Его беспокойство росло. Почему она вела себя, будто он сделал что-то немыслимое, а ведь он говорил только правду?
— Черт бы побрал этих женщин, — зло выругался он и направился к выходу.
Когда Джек и Мери вернулись, Трилби успела вымыть лицо и руки холодной водой, но глаза и нос были красны.
— Что с тобой? — воскликнула Мери. — Что случилось, дорогая?
— Ваш герой предстал в истинном обличье, — Трилби дрожала от возмущения. — Его жена сказала ему, что видела, как я целуюсь с его кузеном Куртом. Он уверен, что мы любовники.
Мери была поражена. Лицо Джека потемнело от гнева.
— Как он посмел! — воскликнул он. — Как он мог обвинить тебя в этом?
— Я больше не хочу видеть мистера Вэнса, — Трилби сжимала руки. — Я говорила вам с самого начала, что считаю его дикарем. Может быть, теперь вы поймете, почему.
— Просто не верится, — Мери была сильно расстроена. Она обняла Трилби, отвела в сторону и усадила на диван.
— Слава Богу, что здесь нет Тедди. Он чинит сбрую с мистером Торренсом. Было бы ужасно, если бы он услышал это.
— Да, — сказал Джек с болью, — Торн его кумир.
— Мистер Вэнс — преуспевающий бизнесмен. — Трилби почти задыхалась. — Он богат, и мы не можем себе позволить ссориться с ним. Но теперь, пожалуйста, не нужно поощрять наши встречи! Он считает меня… женщиной легкого поведения и когда мы были одни, он вел себя… не по-джентльменски, — она сжала руки на груди. Ей было больно говорить об этом родителям. — Мне ненавистно его общество, я не хочу его больше видеть.
— Это само собой разумеется, — коротко ответила Мери, взглядом оборвав любые возражения мужа.
— Конечно, — пробормотал Джек. Он тяжело вздохнул и провел рукой по седеющим волосам. — Трилби, я ошибся в этом человеке, очень жаль.
— Мне тоже жаль, папа, ведь ты обожал его.
— Как он мог поверить этой лжи? — простонала Мери. — Почему его жена говорила такие страшные вещи? В этом нет никакого смысла.
— В этом есть огромный смысл, если эта ложь должна была отвести подозрения от нее, — Джек нахмурился. — Но об этом мы никому не должны говорить, — предупредил он женщин. — Я боюсь нападок в наш адрес, тем более что наши финансовые дела не так хороши.
— Я не прошу, чтобы вы ссорились с мистером Вэнсом, — сказала Трилби с достоинством. — Я только хочу держаться от него подальше.
— Не беспокойся, — заверил Джек. — Если его присутствие здесь будет необходимо, ты будешь предупреждена заранее, моя дорогая. Мне очень жаль, что ты оказалась в таком неловком положении.
— Вы не представляете, как я ему неприятна, — горько сказала она отцу. — Зачем мы уехали из Луизианы! Ричард скоро вернется домой…
— Ты хочешь увидеться с ним? — Мери улыбнулась и ласково посмотрела на дочь. — Он может приехать к нам в гости. Ты хочешь этого? Он может гостить у нас, сколько захочет.
— Правда, вы согласны? — обрадовалась Трилби.
— В самом деле?
— Конечно, — Мери засмеялась и обняла ее. — Нам будет веселее, когда появится молодой человек.
— А можно пригласить Сисси и Бена? — спросила Трилби о сестре и брате Ричарда. — И, может быть, его кузину Джулию?
— Конечно.
— Минуточку, — рассмеялся Джек. — Как я прокормлю такую ораву?
— Мы можем забить молодого бычка, — ответила Мери. — А овощей у нас много.
— Я сдаюсь. Приглашай его.
— Папа, какой ты хороший! — Трилби даже забыла свои неприятности, радуясь предстоящей встрече. Она снова увидит Ричарда. Это будет наградой за боль, которую она испытала сегодня.
Глава 4
Трилби послала письмо сестре Ричарда Сисси Бейтс и пригласила всех четверых на ранчо. Проходили дни, она занималась домашними делами, с нетерпением ожидая ответа.
Воспоминания о Торне Вэнсе отошли на задний план. Ее больше не волновало его мнение…
Отец нанес визит Курту и Лу Вэнсам на следующий день после неудачной поездки. Он вернулся домой злой. Они с Лу успели обменяться колкостями, когда вошел Курт и спросил, в чем дело. Когда Джек рассказал ему все, Курт был в ужасе.
Джеку, однако, показалось, что Курт чувствует себя неловко, хотя тот решительно отверг какую-либо связь с Трилби. Курт извинился за своего кузена и нанесенную Трилби обиду. Он отругал свою жену и пообещал поговорить с братом и с любым, до кого могла дойти сплетня, чтобы снять с Трилби незаслуженное оскорбление. Джек ушел, удовлетворенный, но обида и злость не проходили. Он не понимал, как Торн мог легко поверить в такую чудовищную ложь.
