— Себя надо любить, Саша, — встав в стойку, заверил он и скрестил пальцы на ладонях.
Вдох. Выдох. Сейчас я полечу…
— А ну, не болтать! — взревела староста, прерывая наш безумно увлекательный диалог, остановив меня в полёте. — Меня слушаем…
Так и оглохнуть недолго.
***
— Я щас сдохну, девочки, — влетела в комнату и тут же плюхнулась на свою кровать.
Тело ныло. Душа не отставала. Такой фееричный треш не случался со мной со времён третьего класса, когда вознамерилась участвовать в конкурсе талантов с шикарным, как мне казалось, стихотворением собственного сочинения. Зал ржал в голосину.
Сегодня, конечно, вышло не так плохо. Я даже не упала, но как меня смущало то, что Артеменко все-таки смог меня поднять, да ещё и покрутить в воздухе. Эта тренировка и этот танец точно займут вторую строчку моего личного топа неудач за начавшийся учебный год. Первым, конечно же, шло похищение моего первого поцелуя.
И думается мне, что список непременно еще будет пополняться…
— Не утрируй. Не сейчас, — фыркнула Оля, отвлекаясь от разговора с Женькой. Только сейчас я соизволила обратиться внимание на то, какой порядок царил в комнате, не в пример тому, что было ранее. Девчонки сидели за рабочим столом, видимо, помогая друг другу с выполнением домашки. Но было ясно, кто кому больше помогал. — По вскидке не раньше, чем через лет пятьдесят-шестьдесят.
— Меня добровольно-принудительно заставили участвовать в танце черлидеров, — простонала, стягивая с себя одежду и забираясь под одеяло.
— А, ну, тогда такими темпами даже больше, — позитивно заявила Оля, похоже только радуясь передышке в виде разговора со мной. — Спорт это жизнь.
— В паре с Артеменко, — в моём голосе было столько мрака, что можно было вызвать самого дьявола. Может, в сатанисты податься? А чем не кружок…
— Сашенька! — услышав заветное имя, подскочила с места розоволосая, всё это время не участвующая в разговоре.
— Жень, третий параграф, — осадила её Оля.
Девушка тут же проговорила вслух только что заученный наизусть текст. За что и получила похвалу от нас в виде вытянутого вверх большого пальца.
— Вы никогда не задумывались зачем это всё нам? — спустя время, когда всё уже легли, вопросила, пялясь в потолок. — Мы же медики, будущие врачи. От нас будет, возможно, зависеть чья-то жизнь. А они гоняют нас как скот. Только и успеваешь, что блеять испуганно.
— Саш, это просто танец, — уверенный голос Оли, как всегда, отрезвлял.
Но позитивнее мой настрой не стал.
— Угу, — только и буркнула себе под нос невесело.
В этот момент мой телефон пиликнул о входящем смс от неизвестного номера.
"Нужна твоя помощь. Завтра в обеденный перерыв в 302 аудитории".
Не имела привычки отвечать незнакомцам, поэтому не открывая сообщение, зашла в профиль, мысленно сгорая от стыда. На фото красовался Дмитрий Евгеньевич. Весь такой на пафосе, в тёмных очках, загорелый.
— Девчат, а наши номера есть у преподавателей? — осторожно поинтересовалась, стараясь не выдать собственного волнения.
— Конечно! — не обнадеживающе заговорила Женя. — Старосты же в первый день собирали. Со дня на день преподы чаты общие создадут, для передачи информации. Им так удобнее оказалось после дистанционки.
Какая же срань.
— Хм, — только и выдавила из себя Оля. Кратко так. И многозначительно.
— Почему спрашиваешь-то? — розоволосая даже привстала с кровати, отчего мне показалось, что её глаза блеснули лихорадочным блеском. В темноте!
— Да так, глупость в голову пришла, — попыталась вновь съехать с темы, отворачиваясь к стене. — Спокойно ночи.
Кажется, завтра меня ожидал ещё один непростой день. И, дай бог, я смогу пережить его без последствий!
Глава 7.2
Дима
Возле университета было оживленно. Опаздывающие студенты мчались вдоль аллей на всех парах, до глубины души страшась упасть в глазах собственных преподавателей, забывая даже о банальных правилах дорожного движения. Это те, конечно, кто хоть как-то держался за свою успеваемость — бездельников и разгильдяев поблизости даже не было видно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К несчастью, мне так же приходилось толпиться на светофоре с гурьбой студентов, поскольку припарковать своё авто я мог лишь за два квартала от университета.
Будь прокляты богатенькие родители накупившие своим чадам навороченные тачки! От этого же одни проблемы…
И нет, я не был в числе опоздавших. Путем проб и ошибок, мне удалось выяснить, что только так ко мне не привяжутся некие особы преклонного, и не только возраста, у которых пустовала страница в паспорте, предназначенная для штампа о браке. Как оказалось, в данном университете таких было уж слишком много.
Их даже охотницами за богатствами не назовешь. Все чаще я ловил себя на мысли, что свободным женщинам за сорок почему-то было жизненно необходимо найти привлекательное мужское плечо. Может, они и сами понимали, что уже не молоды, чтобы выбирать. А, может, это я был пресловутым магнитом для внимания женщин постарше.
Молодой, умный, с приличной работой, а главное — свободный…
И ладно бы я был чуть помоложе, хотя бы лет на десять, как и эти особы, тогда бы моей радости предела не было. Каждый мальчишка радуется, когда на него заглядывается более зрелая, а значит и опытная дама, но нет… Мне повезло обрасти цветником к двадцати восьми годам. Когда за плечами гора неудачных отношений, по своей продолжительности убывающие в геометрической прогрессии.
Это был мой осознанный выбор. Я ещё лет в двадцать понял, что не хочу обременять себя ни семьей, ни детьми, чтобы в конечном счёте не остаться напыщенным придурком, которому наставили рога.
И такое бывало, да.
Я и сам прекрасно понимал, что стоит людям сблизиться настолько, что чувство влюблённости притупляется банальной привязанностью, как они забивают на себя: на свой внешний вид, поведение. Перестают стараться ради своего партнёра, сбрасывая со счетов эту вечную погоню за идеалами.
Такое было не по мне. Я всегда предпочитал только самое лучшее. Шикарный пентхаус в центре города, машина последней модели, телефон. Это всё только ради наглядного доказательства собственной успешности. Показатель результативности моих усилий. И девушка тоже должна быть — лучшей. Не факт, что последней, но не хуже предыдущей.
И поскольку ни одна из женщин, состоящих в преподавательском составе не подходила под данные критерии, на работу мне приходилось являться ровно к началу пар. Чтобы ненароком не столкнуться ни с кем и обзавестись парой тройкой внуков, идущих прицепом. Знал я этих женщин: им только улыбнись, сразу возьмут в оборот. Одна Катя чего стоила. А ей только-только исполнилось двадцать три.
— Дмитрий Евгеньевич, вот Вы где!
Но покой мне только снился…
Прямо у входа в аудиторию, где должна была проходить моя первая пара, меня успел поймать декан нашего факультета. Валерий Иванович — солидного вида мужчина, немного за сорок, с весьма выразительной проплешиной на голове и небольшим, но визуально видимым пузом. Именно через этого человека и трудоустроила меня сестра, когда я пылу пьяного угара пожаловался ей на то, что устал от разгульной жизни. Никто за язык не тянул. Сам виноват.
— Я вроде и не прятался, — обернулся, прижав к себе портфель, дабы освободить ладонь для рукопожатия.
— Ну, не скажите, — криво улыбнулся мужчина, хотя в глазах его не было и капли смешинки. — Вас с огнём не сыщешь! Вы у нас теперь нарасхват. Не против, ненадолго заглянуть в мой кабинет?
— Кхм, да, конечно, — мрачно согласился, проглотив возмущение из-за оценки моей "популярности", потому что против фактов не попрешь. И пошёл следом за своим непосредственным начальством.
Студенты же знают правило пятнадцати минут? Не думаю, что разговор продлился бы дольше. К тому же, всем известно, что преподаватель не опаздывает, а задерживается…
