И где-то там, на полпути, я женился и у меня родился сын. Причем в тот самый день, когда я поступил в космическую школу. Двумя годами позже семья распалась. Это звучит странно, я понимаю, но обстоятельства оказались необычными.
Когда ко мне обратился "Пфицнер" и попросил собрать пробы грунта для него, я думаю, мне привиделась еще одна церковь, с которой я мог бы идентифицировать себя - что-то человечное, долговременное, безличностное. Но вскоре я обнаружил, что эта новая церковь не собирается приветствовать счастливыми возгласами своего нового прихожанина. Вот результат таков, что я плачусь на вашем плече. - Он улыбнулся. - Я понимаю, это едва ли похоже на лесть. Но вы уже помогли мне выговориться до такой степени, что единственным последующим шагом может быть принесение извинений. Это я и делаю. Надеюсь, вы их примете.
- Пожалуй, приму, - сказал она и затем, как бы пробуя, улыбнулась ему в ответ. Результат заставил его почувствовать звон в ушах, словно атмосферное давление внезапно упало фунтов на пять на квадратный дюйм. Энн Эббот оказалась одной из тех исключительно редких, в общем-то простых девушек, чьи улыбки полностью преображали их самих так же неожиданно, как взрыв звезды. Когда на ее лице было обычное, пожалуй несколько мрачное выражение, никто бы не обратил на нее внимание. Но мужчина, увидевший хотя бы раз ее улыбку, мог вполне пожелать трудиться до смерти - лишь бы заставить ее улыбаться снова и снова, как можно чаще. Красивая женщина, подумал Пейдж, наверное никогда бы не пользовалась такой верностью, как Энн Эббот, найди она подходящего мужчину.
- Благодарю вас, - сказал, несколько замешкавшись, Пейдж. - Давайте, что-нибудь закажем, и затем я хотел бы услышать, как вы говорите. Боюсь, что кинул Историю Моей Жизни прямо вам в руки несколько преждевременно.
- Заказывайте сами, - произнесла она. - Вы что-то говорили о камбале сегодня днем, так что вам, наверное, известно здешнее меню. И вы так галантно вывели меня из кэдди, что мне хотелось бы сохранить иллюзию.
- Иллюзию?
- Не заставляйте меня объяснять, - ответила она, слегка покраснев. Но... В общем, иллюзию того, что в этом мире остались еще один-два джентльмена. И поскольку вы не являетесь лишней женщиной на планете полной ленивых мужчин, вы не поймете ценности одной или нескольких незначительных знаков галантности. Большинство мужчин, с которыми я встречалась, хотели, чтобы я им показала свою "молекулу" еще до того, как они попытались бы узнать, как меня зовут.
Пейдж заржал так, что заставил повернуться всех, кто был в ресторане, в их сторону. Он тут же заглушил хохот, опасаясь, что разочарует девушку, но она снова заулыбалась, заставив его почувствовать, будто он только что проглотил один за другим три стаканчика виски.
- В общем, я довольно быстро сменил роль, - произнес он. - Ведь сегодня я уже выступал в роли шантажиста. Ладно, давайте попробуем камбалу - фирменное блюдо этого заведения. Меня оно нередко преследовало в виде призрака, пока я жевал концентраты на Ганимеде.
- Я думаю, у вас правильное представление о "Пфицнере", - медленно произнесла Энн, когда официант ушел. - Я не имею права разглашать вам какие-либо секреты, но в состоянии сообщить кое-какие общедоступные вещи, которые, очевидно, проскочили мимо вас. Проект, над которым сейчас работает наша фирма, как мне кажется, в точности соответствует вашему описанию. Он явно гуманитарной направленности, и не предназначен для кого-то лично. Он такой же длительный, как и любой другой серьезный проект, который я могла бы себе представить. Он - как раз то, к чему можно привязаться. И это, мне кажется, куда лучше, чем стать Правоверной. Если рассуждать с вашей точки зрения, по отношению к нему я испытываю в некоторой степени религиозные чувства. Думаю, вы можете понять, почему. Понять даже лучше, чем Гарольд Ганн. По крайней мере, мне так кажется.
Теперь пришел его черед почувствовать себя смущенно. Он скрыл это, теребя свои голубые нашивки с надписью "Уорчестершир", пока те не измялись весьма заметно.
- Хотел бы я знать - почему.
- Дело вот в чем, - начала она. - В западной медицине в период между 1940 и 1960 годами произошли большие перемены. ДО 1940 ИНФЕКЦИОННЫЕ БОЛЕЗНИ ЯВЛЯЛИСЬ ОСНОВНЫМИ УБИЙЦАМИ. К 1960 ПОЧТИ ВСЕ ОНИ БЫЛИ ПОГОЛОВНО УНИЧТОЖЕНЫ. Настоящие перемены начались с появлением сульфамидных препаратов. Затем появились Флеминг и Флори, а с ними - массовое производство пенициллина во время Второй Мировой войны. После войны мы обнаружили целый арсенал новых препаратов против туберкулеза, который прежде был неизлечим - стрептомицин, изоцианид, биомицин и так далее, вплоть до изоляции Блохом ТБ-токсинов и создания метаболических блокирующих препаратов.
- Затем появились антибиотики широкого спектра, вроде тетрамицина, для борьбы с заболеваниями, вызываемые Простейшими и даже червями. Эти лекарства дали нам исключительно ценные нити к решению целого ряда весьма трудных проблем. Последняя значительная инфекционная болезнь - билхарзия или шистосомоз [шистосомоз - болезнь, вызываемая развивающимися под кожей животного или человека, червями; была распространена в странах Азии] оказалась сведена на уровень легкой неприятности к 1966 году.
- Но инфекционные болезни существуют по-прежнему, - заметил Пейдж.
- Да, это так, - ответила девушка, наклонившись вперед, так что маленькие точки атомов на ее броши отразили свет свечей. - Никакое лекарство не уничтожает само заболевание, потому что просто невозможно уничтожить все опасные организмы, существующие в мире, излечивая только пациентов, зараженных ими. Но опасность можно уменьшить. К примеру, в пятидесятых годах малярия являлась одной из величайших убийц в мире. А теперь она столь же редка, как и дифтерия. Хотя обе эти болезни по-прежнему сосуществуют с нами. Но сколько времени прошло с тех пор как вы слышали хотя бы об одном случае заболевания?
- Ваш вопрос - не по адресу. У нас, на космических кораблях, вирусные инфекции - вовсе не такое уж обычное дело. Мы списываем любого из членов команды, который появляется пусть даже с легкой формой простуды. Но так или иначе - счет пока в вашу пользу. Продолжайте. Так что же произошло потом?
- Нечто зловещее. КОМПАНИИ, СПЕЦИАЛИЗИРУЮЩИЕСЯ НА СТРАХОВАНИИ ЖИЗНИ, И ЛЮДИ, ЗАНИМАЮЩИЕСЯ СТАТИСТИКОЙ, НАЧАЛИ ТРЕВОЖИТЬСЯ ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО НА ПЕРВЫЙ ПЛАН ПРИНЯЛИСЬ ВЫХОДИТЬ ДЕГЕНЕРАТИВНЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ. Такие, как артрит, коронарная болезнь сердца, эмболия, практически все формы рака. Болезни, при которых тот или иной орган человеческого тела без всякой видимой причины вдруг становится неуправляемым.
- Не является ли старость причиной этих заболеваний?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
