Читаем без скачивания Каюсь - Полина Раевская

– Мне все равно полдня нечего делать, лучше уж работать. А отдохнуть всегда успею, – отмахнулась я и поежилась.

Сентябрь подходил к концу, вечера стали холодными, а я все еще ходила в тонкой кофте. Стас покачал головой, а затем снял кожаную куртку и накинул мне на плечи. Меня сразу же окутало тепло и резкий запах мужского парфюма. Я немного согрелась, обдумывая происходящее. Стас не сводил с меня пристального взгляда своих карих глаз. Мне все это не нравилось, но в то же время было приятно.

– Спасибо! – выдавила я из себя, улыбнувшись краешком губ, а затем нехотя сняла предложенную вещь и протянула Стасу со словами, – Не нужно, а то простынешь в одной футболке, а работать за двоих мне не хочется.

Опыта общения с мужчинами у меня не было, поэтому я не знала, что еще сказать. Главное – соблюдать дистанцию. Стас, кажется, это понял. Нахмурился, забрал куртку и вновь накинул мне на плечи.

– Какая ты заботливая. Мне это нравится, – усмехнулся он и погладил мои плечи.

– Заботливый из нас скорее ты, – парировала я непринужденно. Хотя его руки, все еще лежащие на моих плечах, нервировали.

– Ну, я надеюсь, что ты это оценишь и согласишься со мной встретиться в неформальной обстановке. В это воскресение? – подмигнул он мне, заглядывая в лицо.

Я же готова чуть ли не материться. Магнетизм из меня прет изо всех щелей, только почему-то притягивается все не то. Стас продолжал улыбаться в ожидание ответа, а я быстро пытаюсь сообразить, как отделаться от него. Еще же надо не обидеть. Идей ноль.

Благо мы подходим к метро. Это дает мне хоть какую-то передышку, но сев на свою электричку все же отвечаю.

– Я еще не знаю, что буду делать в воскресение. Давай я тебе ближе к выходным дам ответ? – уклончиво произношу, следя за реакцией Стаса. Но он все так же улыбался.

– Договорились, – кивнул он, вызывая у меня раздражение.

Так и хотелось спросить: « Неужели не ясно, что не хочу я с тобой встречаться?» Не люблю навязчивых людей.

Всю последующую дорогу, мы говорили о работе, но меня и это напрягало.

Когда подошли к моему дому, облегченно выдыхаю. Я чувствовала себя неловко, прощаясь, а когда Стас наклонился и поцеловал меня в щеку, чуть не зарычала от досады, мысленно обласкав парня всеми известными мне матами. Резко отстранившись, отдала куртку и, холодно сказав «пока», зашла в подъезд не оборачиваясь. Мне оставалось надеяться, что мое поведение будет принято к сведенью.

В квартиру я поднялась взвинченная и злая. Это сразу же было замечено тетей Катей.

– Ты чего недовольная такая? – спросила она, когда я вошла в зал.

– Как отвязаться от ненужного ухажера? – вырвалось у меня от досады. Сев в кресло, я со стоном наслаждения вытянула уставшие ноги, а потом перевела взгляд на крестную. Она на секунду оторвалась от своего сериала, ничуть не удивленная моим вопросом, и не раздумывая, ответила:

– Завести нужного.

Я усмехнулась и продолжила отвлекать ее от просмотра:

– Это проблематично. Вы ведь не разрешаете с мамой .

– Верно. Никаких мужиков! А то плакала твоя учеба. Но ты можешь сделать вид, что ухажер у тебя имеется.

– Все знают, что я одна, – призналась я с сожалением.

– Ой, Янка, вот учу тебя, учу. А ты все такая же простая, как три рубля. Не очень умно с твоей стороны все рассказывать о себе. А что там за ухажер–то нарисовался? – окончательно потеряв интерес к сериалу, переключила она все внимание на меня.

– Стас, который со мной работает, – призналась я с тяжелым вздохом, прикрывая глаза.

– О, хуже служебных романов может быть только роман с женатиком! – глубокомысленно изрекла крестная, по дороге на кухню, – Кушать будешь?

– Да поздно уже, – устало откликнулась я, открыв один глаз.

– Садись, поешь, а то исхудаешь, сиськи обвиснут и будут как уши кокер-спаниэля.

Я засмеялась. Тетя Катя улыбнулась и продолжила меня уговаривать.

– Чуть-чуть совсем положу.

– Ну, давай, – согласилась я, поднимаясь с кресла и еле передвигая ногами, подошла к столу, – Что мне все-таки делать? – спросила я, садясь за стол. Передо мной тут же возникла тарелка с салатом и небольшой отбивной. Тетя Катя села напротив и пожала плечами.

– Не знаю, Янка, просто игнорируй. Может быть, дойдет до человека.

Я согласно кивнула, принимаясь за еду.

– Ты чего сотовый не взяла с собой? Лерка уже весь телефон разбила, да и мать тоже переживает, где ты ходишь допоздна, – спросила она спустя минуту.

– Зачем он мне на работе нужен? – пробубнила я, жуя.

– Ты что-то с Лерой ни разу за эти три недели не виделась, – осторожно заметила крестная. Я сделала вид, что вопрос нисколько меня не смутил.

– У меня нет времени. Да и мы созваниваемся каждый день, – коротко ответила я, отставляя пустую тарелку.

Поблагодарив тетю Катю, поднялась из-за стола. Мне не хотелось развивать беседу на тему моих отношений с Лерой.

Как ни противно признавать, но я завидовала подруге по-черному. Каждый ее день был насыщен событиями, новыми знакомствами, впечатлениями и знаниями, которыми она спешила со мной поделиться. Мне же рассказывать ей было абсолютно нечего, кроме сплетен и склок, которыми была богата моя рабочая жизнь. Точнее – существование. Подобное положение дел вызывало у меня чувство собственной ущербности.

Я люблю Лерку и очень сильно к ней привязалась за эти два месяца. С ней всегда весело, она поддерживает меня, как может, но каждый раз после разговора с ней у меня на душе все равно остается неприятный осадок от понимания, какой могла быть моя жизнь, если бы я не была, как правильно выразилась крестная « простая, как три рубля».

Спать я легла с очередной порцией безнадежных мыслей, но усталость не позволила долго заморачиваться и я уснула.

А утро, как всегда, оказалось мучительным и торопливым. Не выспавшаяся, голодная и злая спешу на проклятую работу, матерясь про себя из-за отвратительной погоды, превращающей меня в чудище. Как назло, когда я вышла из дома, пошел дождь, а я без капюшона и, конечно же, без зонта. Пока добралась до ресторана, промокла насквозь.

Не успела войти, как Алла огорошила меня тем, что Ксю заболела, и мне придется взять ее столики.

Чертыхаясь, влетаю в раздевалку, где в считанные минуты срываю с себя мокрую одежду и быстро натягиваю форму. Наш повар по салатам додумался прихватить с собой фен, к которому теперь выстроилась вереница желающих. Я присоединяюсь к ожидающим, благо у многих короткие волосы. Моя очередь подошла быстро, но времени остается всего несколько минут. Торопливо сушу волосы, а затем стягиваю их в шишку. Подхожу к зеркалу и ужасаюсь: от тонального крема не осталось и следа, наэлектризованные экстремальной сушкой волосы торчат в разные стороны, пусть и расчесаны, на щеках румянец, словно мне по ним нахлестали, а глаза горят от злости и раздражения.

– Ты прекрасна! – тихо сообщает мне Стас, проходя мимо. В ответ я скорчила скептическую рожу, а после, тяжело вздохнув, отошла от зеркала. Пора приниматься за свои обязанности.

Я еще не знаю, что через несколько часов такой обычный день станет одним из самых важных в моей жизни. Я суечусь и не подозреваю, что всего мгновение отделяет меня от такого непостижимого, вечного и нерушимого. От чего-то, что разделит мою жизнь на «до» и «после». Всего минута, после которых целых восемнадцать лет станут просто «до него».

Как много нам не ведомо. Мы словно слепые котята бредем по этой жизни, полагаясь на судьбу, Бога, вселенную… Иногда нам любезно приоткрывают глаза, но чаще всего, когда уже становится слишком поздно. Все это, конечно, лирика. Вернемся к двадцать третьему сентября две тысячи одиннадцатого года.

Я разрываюсь между столиками, стараясь не ошибиться. Мне не хочется в очередной раз обманывать людей. После того случая с «мачо», я несколько раз повторяла подобный опыт, но при этом чувствовала себя не лучшим образом. Еще парочка таких стрессов и нервный срыв мне обеспечен.

Дополнительные десять столиков были ощутимой нагрузкой. Я не успевала вовремя выполнять заказы, а потому на меня со всех сторон сыпалось: «Девушка, а нельзя ли побыстрее?!», «Долго я еще буду ждать, когда вы соизволите меня обслужить?», «Обслуживание сегодня кошмарное!». Я была на взводе, голова шла кругом от обилия заказов и пометок.

– Яна, работай живее. Ксюша успевала пахать за двоих без особых трудностей, – делает замечание Змеища. Беру поднос с кофе и корчу рожу, пока она не видит. Так и хочется по голове ей съездить этим чертовым подносом. Чтоб ты захлебнулась своим ядом, падла! – бормочу про себя, проходя мимо. Поднимаюсь на второй этаж, ко мне подлетает Люба со словами:

– Иди быстрее, второй столик вернулся.

К слову, второй столик из резервных. Сколько я здесь работаю, еще ни разу не видела, чтобы он был занят, а может быть, не замечала. Его Ксю обычно обслуживает. Выполняю предыдущий заказ, а после направляюсь к «постоянному» клиенту, который бывал здесь реже, чем все остальные.