рвоты, и лишь выблевав все на пол, утерев лицо рукавом, он зачем-то вновь поднял глаза на трупы. То ли надеясь, что увиденное исчезнет, то ли еще зачем.
Но нет. Все было так, как было.
Оба черепа лежащих трупов были выедены дочиста.
Олег не без труда разогнулся и вдруг заметил, что тело Михаила, которое по всем правилам должно лежать еще пару часов, начало дергаться, зашевелило руками и… начало подниматься. Нервы гаишника не выдержали, и с громким воплем он выскочил из комнаты, закрывая за собой двери.
Возле входной двери его повело, он чуть было не упал, однако смог выйти, и ему хватило сил захлопнуть обитую дермантином коричневую дверь страшной квартиры.
Пачкая за собой кровью стену, цепляясь за нее, за перила, Олег спустился на два пролета, открыл дверь своей квартиры и ввалился в нее.
Дверь за ним медленно вернулась на место, но все же не захлопнулась, упершись в его ногу.
Сил подняться, повернуть ручку замка у него уже не осталось, тем более вызвать скорую, и он, успокоив себя мыслью, что сейчас немного отдохнет и сможет подняться, просто закрыл глаза.
И тут же провалился в черное небытие.
Глава 5
Пушка
Женя
Не без труда, но дозвонился до Ани. Долго говорить она не могла, поэтому побеседовали быстро. В больнице бардак. Свою смену Аня уже отработала, но уйти домой ей не позволили. Менты постоянно привозят новых «буйных» или укушенных.
По моей спине пробежал холодок. Начинается… как пить дать, начинается…
Я попытался было уговорить ее просто свалить, но Аня не согласилась, и когда я начал настаивать, заявила, что ее зовут и нужно бежать, после чего бросила трубку.
В целом, ожидаемо. Она ведь упрямая, как… как я.
Я тяжело вздохнул. Аньку сейчас из больницы за уши не вытянешь. Ну и что с ней прикажете делать?
Насильно вытаскивать? Похоже на то. Но это надо делать вдвоем.
Кстати! Чего там Вовка?
Тут же набрал его.
У Вовки, как оказалось, уже имелась своя история, которую я выслушал, а затем поделился тем, что было на сервисе.
В конце нашего разговора Вовка попросил узнать, что с пострадавшими из супермаркета, где и произошло нападение, свидетелем которого он являлся. А еще попросил узнать про бухгалтершу из своего офиса — ее утром цапнули.
Я сразу сообразил, что у него появились какие-то догадки. Интересно потом будет выслушать его и поделиться своими, но сначала…
Снова набрал Аню, попросил пробить людей по тем фамилиям, что Вова дал.
Тут Аня не отказала. Она перезвонила буквально через несколько минут.
Интере-е-есно получается…
Бухгалтершу куснули утром, и она уже отдала богу душу.
В маркете укусили двоих. Мужик спокойно домой пошел, а тетке поплохело. Кусал их один и тот же «бешенный». Укусы, как я понял, не особо серьезные. Во всяком случае, Анька так сказала. Так почему же кому-то хоть бы хны, а кто-то в реанимацию укатывает?
Черт! Опять одни вопросы и ни одного ответа…
Пока Анька не бросила трубку, снова попытался убедить ее уйти с работы. Пытался даже как-то аргументировать это. Не получилось — теперь она просто бросила трубку, даже не пытаясь оправдаться.
Вот ведь дура, а…
Далее вновь набрал Вову и пересказал ему все, что узнал от Аньки.
Судя по тому, как он замолчал, выслушав все, я прямо почувствовал, как у него тоже в голове шестеренки активно шевелились, и он судорожно соображать начал. Ну, точно какая-то теория у него наклевывается!
Пока мы с Вовой разговаривали, к сервису подъехали менты — видел проблесковые огни за воротами. Так что разговор я быстро закончил.
Но, вопреки сказанному Вове, к ментам идти не спешил — передумал.
На территорию сервиса зашли двое, молча стояли, выслушивая Дилика, активно жестикулирующего. Затем забрали нашего «друга» и уехали.
Лишь после этого я вылез из машины и подошел к нему.
— Ну, чего там? — поинтересовался я.
Самому к ментам идти не хотелось. Еще напрягут, как Вову, протокол подписывать, показания давать. Ну на фиг!
— А ничего, — отмахнулся Дилик, — менты уже с самого утра устали. Говорят, таких, как этот, — он кивнул под навес, где пленник был, — уже несколько было. Все кусаются, все дикие…
— Отлично просто, — вздохнул я.
Похоже, вечером надо все же заглянуть к Олегу. Наверняка много чего интересного расскажет о сегодняшнем дне.
Но это вечером, а сейчас у меня есть дело. Вова дал наводку, и я был в растерянности, с кого начать — Пешего или же сервисника, о котором Вова напомнил. Кому из них позвонить сначала?
Начать решил все же с более надежного или, скорее уж, знакомого варианта — Пешего.
Вот только трубку он не брал. Я уже решил, что нет смысла продолжать звонить, когда на том конце нашарили трубку и хриплым, злым голосом ответили:
— Кто б ты ни был — гори в аду, сволочь! Чтоб тебя там черти жа…
— Пеший, в следующий раз поедешь домой на такси!
— А, Джей… Чего тебе, блин, надо? В такую рань то…
— Да какая рань? Темнеть уже скоро будет, — хмыкнул я.
— Ну тем более! Ночь на дворе, а он вызванивает… — проворчал Пеший.
— Так, Пеший, дело есть. Серьезное дело!
— А может, не сегодня? — страдальчески простонал Пеший. — Давай завтра, а? А лучше послезавтра!
— Сейчас надо, Пеший. И ты, я там слышу, приболел?
— Ну да.
— Скоро буду. Лекарства привезу тебе… — пообещал я.
— Минералочки! Минералочки привези! — тут же оживился он.
Я молча нажал отбой. Насчет минералки и так было понятно. А еще в силу того, что Пешего я знал неплохо, надо брать сигареты и пиво.
Судя по голосу, Пеший вчера насиделся от души. А раз так, то будет грустным, ленивым, и будет всеми силами сейчас стараться от меня отделаться, получив «лекарство».
Но «лекарство» отдавать я не буду, во всяком случае, пока он не подключит мозг и я не получу от него то, что хочу.
Прощаясь с Диликом, я прикидывал, а не завербовать ли его в свою группу «выживальщиков»? Нет… не настолько мы с ним хорошие знакомые, чтобы он мне поверил и уж тем более сорвался черт знает куда, не пойми с кем только потому, что этот кто-то верит в конец света… Да и вообще — Дилик ведь не один. Жена, дети, родственники… Он в любом случае останется со своими.
Но все же я не удержался и попытался объяснить ему, что будет в обозримом будущем. Пусть
