Читаем без скачивания Сибирская одиссея Ермака - Руслан Скрынников

Немало чернил потратили дьяки «именитых людей», а затем канцеляристы баронов Строгановых, чтобы приукрасить историю освоения Урала их предками-купцами.

Созданная ими легенда, однако, не заслуживает доверия. Предприимчивые купцы ловко использовали плоды Казанской войны, в которой они не участвовали. Пока властители Сибирской и Ногайской орд платили дань Москве, Строгановым нечего было тревожиться за свои приобретения в Пермском крае. Но они обнаружили полную неспособность справиться с трудностями, когда события приобрели неблагоприятный оборот, и в войне с Сибирским ханством им пришлось полагаться лишь на собственные силы.

Царь Иван затаил гнев на Кучума. Возможно, он намеревался покарать неверного вассала за вероломство.

…В-конце XVII века царские приказные люди в Тобольске скопировали из неизвестного источника старую запись: «До Ермакова приходу в Сибирь за восемь лет от царя Ивана Васильевича всея России прислан был в Сибирь полковой воевода князь Афанасий Лыченицын с ратными людьми проведать царство Сибирское и Кучюма царя воевать».

Воевода отправился на восток через год после того, как царь пожаловал Сибирь Строгановым. Но поход, согласно той же записи, завершился поражением: «Те ратные люди побиты от царя Кучюма в Сибири, а иные в полон взяты, немногие от них того приходу утекоша через Камень к Руси:.

Тобольский разряд был составлен в XVII веке, когда времена войны с Кучумом были прочно забыты. Тобольским грамотеям пришлось довольствоваться глухими преданиями.

Тобольскую запись о походе Лыченнцына можно было бы отбросить из-за ее очевидной недостоверности. II все же не будем спешить. Предание нередко скрывает в себе правдивое зерно. Среди воевод Грозного не было князя Лыченнцына. Такой фамилии не удается обнаружить ни в родословных книгах, ни в списках дворян XVI века. Это факт. Однако что, если Лыченицын был вольным атаманом и водил в Сибирь казачий отряд? Тогда понятно будет, почему его поход не получил отражения в книгах Разрядного приказа.

Строгановы были людьми практичными и трезвыми. Если они испросили у царя льготную грамоту на сибирские места, значит, они предприняли'какие-то реальные шаги к осуществлению своих замыслов. Гарнизоны строгановских крепостиц были слишком малочисленны длм осуществлении их планов. У купцов оставался единственный выход. Они должны были вновь пригласить с Волги вольных атаманов. В 1572 году им пришлось послать 1000 нанятых казаков в Подмосковье. В 1575 году Строгановы имели на руках жалованную грамоту царя, и ничто не мешало им вновь нанять вольных атаманов и отправить их в Сибирь.

Однако первый натиск казаков на Сибирь, если верить тобольскому преданию, закончился полной неудачей. Войско, ходившее в Сибирь, подверглось истреблению. Немногим из соратников незадачливого атамана удалось спастись и вернуться на Волгу.

В основе изложенной истории похода в Сибирь лежат не факты, а всего лишь зыбкие догадки. Определенно известно немногое. Получив царское жалованье, Строгановы не сумели вернуть Тахчеи и навсегда утратили свои земельные приобретения в Сибири.

НАКАНУНЕ СИБИРСКОГО ПОХОДА

Страх перед боярской изменой преследовал царя как кошмар. Через три года после отмены опричнины он объявил об отречении и усадил на трон молодого хана Семена Бекбулатовича. Татарин въехал в царские хоромы, «.великий государь» переселился в «удел» на Арбат. Теперь Грозный ездил по Москве г.просто, что бояре», а в кремлевском дворце разыгрывались сцены, приводившие в изумление видавших виды придворных.

Вновь организованная «удельная» армия как две капли воды походила на старую опричную гвардию. Под видом «.удела» царь воскресил в стране опричные порядки. Но гонения затронули на этот раз небольшое число лиц. Царь довершил разгром того боярского круга, который управлял опричниной в конце ее существования.

Строгановы не разделили участь опричных любимцев. Но их не приняли в удел. Вместе с царской милостью Строгановы утратили многие былые привилегии. Осталось позади время расцвета, когда торговым домом единолично управлял его основатель Аника Строганов.

Аника скончался на семьдесят третьем году жизни в окружении детей и внуков. От двух жен Аника прижил тринадцать детей, но большинство из них умерли в младенчестве. Дочерей, не вышедших замуж, отец пристроил в монастырь, а все имущество завещал трем сыновьям – Якову, Григорию и Семену.

Сыновья Аники привыкли ни в чем не перечить отцу и жить в его полной воле. После смерти Аники они первое время по привычке действовали сообща и старались поддержать славу торгового дома. Но согласию скоро пришел конец. Богатства разжигали алчность, и сыновья жестоко рассорились при разделе наследства.

Младший из сыновей, Семен, был начисто лишен отцовского ума. В Соли Вычегодской его знали как худшего мироеда. В конце концов терпению посадских людей пришел конец, и они убили Семена. Но произошло это много позже. Пока что Семен вступил в тяжбу с братьями, попытавшись завладеть причитавшейся ему долей богатств.

Старшие братья, Яков и Григорий, пожаловались царю на «воровство» Семена, и тот велел своим дьякам произвести проверку. В опричные времена Строгановы нашли бы пути, чтобы избежать скандала. Но добрые времена миновали, и Семену пришлось держать ответ за мошенничество. После розыска Грозный велел выдать Семена головой на руки старшим братьям. Яков и Григорий получили в свое распоряжение все имущество, которым «.они с Семенною делились».

Раздел имущества и ссора между наследниками поколебали финансовое могущество торгового дома Строгановых, Старшие сыновья состарились при жизни отца. Они пережили его всего на семь-восемь лет.

Семен Аннкпевич не обладал энергией и предприимчивостью Аники. Но он пережил братьев и при новом разделе имущества добился своего. На его долю досталось родовое гнездо в Соли Вычегодской. Там он и жил постоянно, по временам наезжая в столицу.

Передел имущества неблагоприятно отразился на делах торгового дома, и Семен постарался убедить старшего племянника не делить его на части. Максиму Яковлевичу был двадцать один год от роду, и он согласился взять под свое управление плохо обжитые, но богатые солью владения на Чусовой. Чусовскне городки стали его резиденцией.

Шестнадцатилетний Никита Григорьевич не ладил с родней и, следуя родительской воле, стал жить своим.жеребьем». Ему досталась давно освоенная камская вотчина с крепостью Орел. Тут Строгановы давно отстроили себе хоромы, основали в окрестностях небольшой монастырек.

Раздел ослабил финансовую мощь торгового дома Строгановых. Трудности, с которыми Аника справлялся без больших хлопот, досаждали его наследникам на каждом шагу.

Канула в Лету опричнина, и вместе с ней минуло время щедрых льгот для солепромышленников. Некогда Иван IV на 20 лет освободил от податей приуральские владения Аники Строганова. В 1579 году этот срок истек, и прибывшие в Пермские края писцы обложили строгановские деревни налогами.

Переселенцы-крестьяне, жившие в краю непроходимых, дремучих лесов, «среди древес великих и многовст-венных», не знали кручины, пока им не надо было платить государевых податей и нести повинности. Писцы положили в тягло 350 крестьян, вновь поселившихся в пермских владениях Строгановых.

Шла к концу Ливонская война. Военные расходы истощили казну, и власти вынуждены были несколько раз повышать подать. Царь велел обложить чрезвычайными военными поборами всех гостей и торговых людей Русского государства. Небольшой город Соль Вычегодская должен был заплатить в один прием почти две тысячи рублей. Основная тяжесть налога пала на Строгановых. Поборы повторялись в течение трех лет.

Государевы налоги росли, а доходы Строгановых падали, торговля приносила все меньше и меньше.

В разгар опричнины Русское государство пережило неслыханные стихийные бедствия. Урожай погиб на всей территории страны. Голодная смерть косила население повсюду. За голодом в Россию пришла чума. Наступило «великое разорение». Обезлюдели города и деревни. Некоторые местности напоминали кладбище, по которому кое-где бродили уцелевшие жители.

Соляная торговля давала Строгановым львиную долю доходов. Но продавать соль с прежними барышами становилось все труднее.

В пору расцвета на Каме дымили трубы 27 строгановских соляных варниц. В годы разорения владельцы закрыли половину.

Вскоре произошли события, которые привели к почти полной остановке соляных промыслов в Прпуралье. Строгановы беззастенчиво обирали местных манси – вогули-чей, «ясаи1ных-› людей обращали в своих холопов. Наконец терпение манси истощилось. Лето еще не кончилось, когда «чу сове кие вогул ич и», собравшись толпой, неожиданно напали на слободы Чусовскую и Сылвен-скую.

Вскоре наступила осень, принесшая Строгановым худшие испытания. Некоторые из чусовских манси уклонились от присяги и бежали за Камень к пелымским манси.