class="p1">Буквально через мгновение услышал топот по лестнице вниз и, почти свалившись, к нам выскочили мои охранники.
— Ну, наконец-то, — выдохнул я и упал рядом с алтарём.
Браслет контроля: подарок от бабушки
Глава 5
Артефактор семьи Шторм
Реальность прыгнула в лицо отвратительным запахом нашатыря. Сухов, убедившись, что я в сознании, убрал пузырёк в небольшую сумку, которую носил на поясе.
— Жив? — риторически спросил он.
Я еле поднял руку и показал большой палец. Андрей кивнул.
— Что там с этой тварью?
— С хрустящей корочкой, — со смешком ответил Антон.
Его широкая спина закрывала вход в камеру, и я не видел, что там происходит. Лишь помнил, что каким-то образом создал горячий ветер, который срезал часть лица грабителя.
— Говорить сможет? — спросил Сухов, поднимаясь и отходя к лестнице.
— Не скоро. Мальчик неплохо его отделал. — Он поднял руку и испустил жёлтую волну в сторону камеры. — Отправил в спячку, чтобы не мешал.
— Понятно, — сухо ответил Андрей и заглянул за дверь с птичкой в дальнем углу подвала. Пожав плечами, он её прикрыл.
Моя голова перестала кружиться, и я с трудом встал. Внутри было ощущение, словно от моих внутренностей остались только мумифицированные останки, а кровь превратилась в плотную слизь.
Я попробовал сделать порыв ветра, но даже тонкой струйки не появилось. Браслета на правой руке тоже не оказалось. Лишь лёгкое жжение.
Облокотившись на алтарь, я осмотрел Елизавету. Бледное лицо стало ещё бледнее, волосы растрепались, рядом с ухом зрел синяк. Видимо ударилась головой, когда отлетела.
Хлопнула дверь. Антон закрыл камеру с раненным грабителем, махнул рукой Андрею.
— У этого молокососа отличная регенерация. Дня через три придёт в себя. Тогда и зададим вопросы, — он говорил с лёгкой улыбкой, но глаза стали ещё холоднее и более колючими.
— Поднимите Елизавету в её комнату. Вызовите врача, — сказал я.
— Она говорила, что мальчишка, — Андрей кивнул в сторону закрытой камеры, — лекарь.
— Он привёл этого, — теперь я указал на камеру, где лежал грабитель с половиной лица, — и он чуть не убил меня и Елизавету. Не доверяю, что-то.
Плюс я ему на голову уронил подсвечник. Хорошо будет, если он сам себе поможет.
Андрей пожал плечами, Черкасов кивнул и, легко подхватив девушку на руки, понёс её наверх.
Я же подошёл вслед за ними к лестнице. Что-то меня беспокоило. Я хмуро огляделся и вдруг понял: исчезла сила!
Я быстро вернулся назад и потянул за ручку двери с символом птички. Она легко поддалась. Заглядывая внутрь, я рассчитывал увидеть артефакт, монстра или хотя бы следы чего-то такого, но внутри оказалось пусто. Только посередине комнаты стояла простая картонная коробка. В такую любят залезать котики, чтобы поспать.
На Инъектор, который хранит силу богов не похоже. Почему-то я был уверен, что такой артефакт будет иметь круглую форму. Чисто из-за безопасности. Да и не будут его хранить в коробке из-под принтера даже за закрытой дверью.
Для успокоения совести зашёл и заглянул внутрь коробки. Пусто и чисто. Прищурился, чтобы оценить материал на уровне структуры при помощи Взгляда артефактора и вот здесь кое-что изменилось: картон коробки, казалось, засветился, наполненный магической силой. В своей прошлой жизни я видел такое только у особо редких материалов или после долгой обработки минералов с концентрацией Дара.
Здесь же речь шла про обычный гофрированный картон. Не удержавшись, я коснулся рукой коробки и почувствовал чуть тягучую энергию. В глазах мигнуло, но тут же прошло.
— Нельзя оставлять такое сокровище рядом с предателями, — проворковал я и взял в руки коробку.
Когда я поднялся наверх, встретил удивлённого Сухова.
— Вы открыли дверь внизу? С птичкой? — спросил я у охранника.
— Она была открыта, когда мы прибежали.
— А какую-нибудь силу, движение, жар оттуда вы чувствовали?
Андрей посмотрел на меня, как на психа.
— Ничего кроме мусора там не оказалось.
Он выразительно посмотрел на коробку, потом на меня и со вздохом пошёл к западному входу, ворча под нос:
— Ох уж эти подростки. Мусор им важнее людей.
Знал бы он, сколько стоит такой «мусор». Я пока не понимал, что именно смогу сделать из коробки, какие свойства имеет вложенная в неё энергия, но уже чувствовал: это хорошая основа, чтобы вернуться к своему любимому делу.
Судя по тому, что я успел увидеть за короткое вчера-сегодня, артефакты в этом мире используют, несмотря на обычное оружие и магический Дар. А значит точно найдутся гильдии, мастера и поставщики.
Я на секунду мечтательно закатил глаза, прикидывая, что мне нужно заполучить первым делом и насколько местные материалы и условия отличаются от привычных.
Поднявшись на второй этаж, я заглянул в комнату Лизы. Она уже сидела, опершись на подушки, а вокруг неё хлопотали двое из её работников.
Увидев меня, она неловко улыбнулась:
— Прости, что не смогла тебя защитить.
Мне вдруг стало жутко стыдно.
— Нет, это я накосячил. Он был крупнее меня, сильнее. Полез вперёд, как глупый мальчишка. Так мало этого, ещё и тебя подставил. — Я покачал головой. — Врач скоро должен приехать, осмотрит тебя, чтобы убедиться, что всё в порядке.
Лиза замотала головой.
— Не надо, всё хорошо!
— Это не обсуждается, — чётко остановил я, в очередной раз удивив жену своего брата. — Ты пострадала по моей вине и это моя ответственность в том, чтобы убедиться, что ты в порядке.
Елизавета вздохнула, сделала жест рукой и работники — или всё же слуги? — вышли, оставив нас вдвоём.
Со стороны мы наверно выглядели забавно: растрёпанная бледная женщина в постели, а напротив напористый подросток с картонной коробкой в руках.
— Сергей, я всё понимаю. Ты стал старшим в семье. Ты принимаешь ответственность. Это здорово, — она наигранно улыбнулась. — Но ты не должен брать на себя непомерную ношу. Я справлюсь.
Криво улыбнувшись, я ответил:
— Хорошо. Тогда за вызов врача платишь сама, поскольку с семейными финансами я пока не разобрался. А то небось к аристократам ездят серьёзные врачи, а не из городской поликлиники.
Убедившись, что глаза Елизаветы стали ещё больше, я развернулся и вышел в коридор.
Теперь нужно было найти свою комнату. Сознательная часть меня этого не помнила, но память Сергея могла подсказать. Закрыв глаза, я постарался прочувствовать ощущение «домой,
