— Мама!.. — Настя прижимается к ноге.
— Тише, тише, все будет хорошо. Ты, главное, не отходи от меня, — крепко держу ее за руку.
— Доброго вечера, госпожа! — подходит ко мне здоровяк, склоняет голову так по-военному. — Можно ваши документы?
— Доброго вечера… Понимаете, у меня при себе нет документов, но мне нужна ваша помощь, — начинаю откровенно тараторить, — я не отсюда, мы сюда попали случайно. Но у меня ключ, — хочу достать, показать, — только он в одну сторону…
— Вы из другого мира? — сразу хмурится. — Вместе с девочкой?
— Да, да, из другого. Я торгую здесь, все разрешения у меня есть, можете запросить в Торговой палате.
— Однако разрешения на пересечение границы у вас нет, верно?
— Нет, но я же и говорю, все произошло случайно.
— Вам придется проехать с нами. Пройдемте в машину.
Адам
Жду! С нетерпением жду патрульную машину. У ребят должно было получиться. Я знал, что Кейна будет в мастерской с дочерью, успел изучить график ее работы. Оперативники проинструктированы, как и при каких обстоятельствах себя вести, все документы готовы. Благодаря Рише моя подпись в анкете получилась идентичной подписи Кейны, отдел консульского контроля ничего не заподозрил, когда сверился с данными Палаты межмировой торговли. Теперь у меня на руках вид на жительство; правда, необходим еще паспорт, но его можно получить только при личном присутствии.
И хорошо, что Отис уже спит, а то нервы на пределе.
Машина появляется минут через сорок, медленно сворачивает с трассы и поднимается по дороге, что ведет к дому. Надеюсь, ведьма проявит благоразумие. Заранее открываю ворота. Здорово жить на возвышении, обзор идеальный. А мысли меж тем путаются в голове, хвост успел обстучать все косяки и перила, но боли не чувствую, кажется, вообще ничего не чувствую из физического.
Когда авто въезжает во двор, скорее спускаюсь с крыльца.
— Все хорошо? — подхожу к оперативнику.
— Да, господин комиссар.
И вот показывается она, а за ней следом из машины выглядывает такая же рыжая девочка. Кейна как видит меня, так замирает, теряется.
— Что происходит? — бормочет с трудом. — Я ничего не нарушила, объясните своим, — косится на ребят, — людям.
— Сейчас во всем разберемся, идемте, — указываю на дверь.
— Но, — всматривается в дом, — это ведь не комиссариат. Куда нас привезли?
— Вас привезли ко мне, госпожа Кейна. Или вам было бы лучше сидеть всю ночь в камере?
— В камере? За что? — растерянно хлопает ресницами.
— До выяснения обстоятельств задержанных помещают в камеру. Такие правила.
На что она кивает, а еще замечаю, как ее трясет, зато девочка держится молодцом.
И пока они поднимаются на крыльцо, провожаю патрульных:
— В журнал данных не вносить, поняли?
— Да, — кивают синхронно.
— Всё, свободны.
Стараюсь выглядеть спокойным, но получается с трудом, внутри все сжимается. А когда поднимаюсь на крыльцо, когда смотрю в зеленые глаза Кейны, полные то ли удивления, то ли страха, понимаю, что поступил правильно. И добился своего. Теперь бы как-то ей потактичнее объяснить происходящее.
— Прошу, — открываю дверь.
А дома хорошо, тепло, я даже попытался прибраться, чтобы не шокировать гостей сразу с порога. По крайней мере, диваны с кофейным столиком освободил.
— Может, чаю? — провожаю их в гостиную.
— Господин Герон, что вообще происходит? — спрашивает Кейна уже не так робко. — Мне срочно нужно вернуться. Я ничего не нарушила, портал открылся сам. И да, моя дочь по глупости вышла, пришлось выбежать за ней. Но она же ребенок. Прошу, помогите нам вернуться.
— Кейна Артемовна, — опускаюсь на высокий подлокотник, — боюсь, вернуться не получится.
— Как так? Почему? — прижимает к себе дочь.
— Потому что вы здесь по моей воле.
— В смысле? — В этот момент она, кажется, все понимает. И взгляд ее наполняется совсем другим: яростью. — Ах ты, сволочь рогатая! — подскакивает с места. — И еще комиссар, называется! Самый настоящий бандит! Я требую, верни нас домой! Или…
— Или что? — тоже поднимаюсь, подхожу к ней. — Ну что? Пойдешь доказывать, что уважаемый всеми комиссар выкрал тебя с дочерью и посадил под замок? Тебя сочтут сумасшедшей, это все, чего ты добьешься. У тебя нет ни паспорта, ни вида на жительство, никаких документов, подтверждающих право не то что жить, даже находиться здесь. Так что или пойдешь на сделку со мной, или пройдешь все круги бюрократического ада, а закончишь свое славное путешествие за решеткой! И уж поверь, я мешать этому не буду.
— Готов пойти на такое? Серьезно? У меня маленькая дочь, тварь ты бездушная.
— Скажи спасибо, что я сейчас не при исполнении, — нависаю над ней. — И да, я совершенно серьезно готов пойти на такое. Если умеришь пыл и включишь голову, то довольно быстро поймешь, что все может быть не так-то и плохо. Работа на всем готовом, а главное, за достойную оплату. Я свое слово держу.
— Ты хоть понимаешь, что творишь? — резко меняет она гнев на попытку меня образумить, что совершенно бессмысленно. — У меня там дом, работа, вся жизнь. Зачем ты так поступаешь? За что?
— Я так поступаю ради своего сына. Ему нужна помощь, нужна забота и присмотр. И он к тебе проникся.
— Мам? — слышу голос девочки. — А мы скоро поедем домой?
— А ты, — опускаюсь перед ней на корточки, — уже дома, Настя. Теперь этот милый дом ваш, он очень большой, в нем много тайных комнат, есть чердак с домовыми. И завтра ты познакомишься с моим сыном, его зовут Отис. У верен, вы подружитесь. Кстати, меня зовут Адам, и я черт.
— Черт? — округляет глаза. — Чертей не бывает.
— Настя не знает, — вступает Кейна.
— Что ж, — кошусь на нее, — значит, пришло время узнать, — и снова смотрю на девочку: — Бывают, зуб даю. Посмотри-ка, — являю взору рога и хвост, — ну как?
— Ого, — расплывается в улыбке, — а можно потрогать?
— Конечно.
И рыжеволосая копия матери тычет пальчиком мне в рог.
— Жесткий. — Затем дергает за кисточку на хвосте: — Ух ты.
— Теперь веришь?
— Верю, — снова цветет улыбкой.
— Сейчас уже поздно, — поднимаюсь, — я вас провожу в комнату, а завтра утром поговорим о нашем дальнейшем сосуществовании в рамках твоей новой профессии, — и скорее прячу хвост с рогами.
— Никакой ты не блюститель порядка, — качает головой рыжая бестия, — ты преступник и самая натуральная нечисть.
— С последним отчасти согласен. Во мне от нечисти чуть больше, чем в тебе. Идемте наверх.
— Настя не ужинала.
— Я принесу вам что-нибудь перекусить.
Пока поднимаемся, смотрю ведьме в спину. Какое интересное на ней платье — вязаное, с вырезами. Неужели на свидание собиралась? Для чего еще так наряжаться? Не для лучшей вентиляции же, в самом деле? А кожа у нее с персиковым оттенком и небольшой россыпью веснушек. Пахнет Кейна как всегда вкусно, слишком вкусно. Еще ведьма очень стройная, до сего момента видел ее только в форме, здесь же совсем другой вид. И скорей отвожу взгляд, иначе созерцание закончится чем-нибудь очень позорным. Надо позвонить той официантке. Надеюсь, телефон не потерял.
Тем временем подходим к четвертой двери на этаже. Именно эту комнату я определил для Кейны, потому что она смежная с другой, поменьше. Как раз для двоих. К тому же тут есть своя ванная и просторный балкон с видом на холмы и леса. Правда, пыли многовато, но ничего, с пылью она потом сама как-нибудь разберется. Включаю свет. М-да, лампочки в люстре тоже под замену, одна светит из шести и то еле-еле. Все-таки стоило получше подготовиться. Но, увы, было не до этого. На работе аврал, плюс беготня с документами для Кейны. Безусловно, я ей соврал, однако это вынужденная ложь, потом-то отдам все бумаги, помогу оформить паспорт, а сейчас пусть так, пока что ее незнание этого мира, ее растерянность и страх мне на руку.
— Надеюсь, здесь вам будет удобно. В шкафу найдете чистое постельное белье, полотенца. Что любит твоя дочь? Из еды?
