class="p1">“Опять?” – вяло спросил Лабьет.
– Что-то вроде того.
Карета свернула в темноватый переулок, над которым между крышами были натянуты полотнища: видно, жителям здешних квартир не нравился слишком яркий свет. Кучер прогнал повозку по узкому ходу. И тут из какого-то закоулка пахнуло едва начавшей рассеиваться магией.
– Стой! – велел Ренельд вознице.
Карета резко остановилась.
“Ты чувствуешь?”
Лабьет заполошно загарцевал на месте, пока ему не открыли дверь.
– Да.
Пёс первым ринулся в сырой проход между домами, в котором, кажется, ничего не было. Может быть, мусор или тупик. Обычная подворотня – в таких порой и случаются самые страшные преступления.
Чем ближе подходили, чем яснее становился след недавно использованной магии. Здесь были перемешаны несколько аур. Одна – более сильная, другая – теперь ослабленная, едва сияющая, но при этом кричащая о помощи.
“Здесь человек, – издалека донёсся голос Лабьета. – Живой”.
Ренельд прибавил шаг и скоро тоже добрался до конца этой непонятной кишки с весьма смутным предназначением. На земле и правда лежал человек, слабо шевелился и бормотал невесть что. Он, похоже, вообще мало что видел вокруг, мало что понимал. Но он жив – это уже хорошо.
– Месье! – окликнул его Ренельд, пока Лабьет бегал вокруг и принюхивался.
Да тут и демоническо-собачьего чутья не нужно, чтобы понять, что дело дрянь. Незнакомец схватился за голову и неуверенно приподнялся, видно пытаясь сесть.
– Меня ограбили, месье, – пробормотал он, покачиваясь и надавливая ладонями на виски. – Ограбили…
– Что случилось? – Ренельд попытался заглянуть в лицо мужчины.
Выглядел он вполне себе благополучно. Брюки из плотного льна, под жилетом – лёгкая рубашка и кремового цвета шейный платок, который теперь сбился на сторону.
– На меня напали… Какая-то ловушка, – сбивчиво забормотал незнакомец. – Или что-то вроде этого. Поглотитель ауры. Только светлой. Меня мутит, простите.
Он ещё и извиняться умудряется! Мужчина спешно качнулся вбок – и его стошнило прямо под лапы Лабьета. Тот брезгливо отпрыгнул, послав Ренельду поток ментальных и весьма грязных ругательств. А мужчина отпрыгнул от него. Прямо так, сидя. Наверное, больно ударившись задом о брусчатку.
– Месье де Ламьер? – тут же озарило его.
Ну да, о королевском дознавателе и его псе из Бездны не слышал, верно, только глухой. Или мадам д’Амран.
Мужчина повернулся, торопливо вытирая рот платком. И в тот же миг Ренельд тоже его узнал: один из магистров Санктура. Ноэль Ливр – преподавал, помнится, теоретическую артефакторику. На другом курсе – детали артефактов. В целом это даже можно назвать удачей: когда он придёт в себя, то, может, сумеет объяснить что-то подробнее. Всё, что успел понять и заметить.
– Магистр Ливр, – Ренельд помог ему подняться, – как вы тут оказались?
– Как оказался? – в обычной ворчливой манере ответил Ноэль. – Шёл домой после зачёта. – Он махнул рукой в сторону улицы. – Решил срезать через один переулок. Хоть он мне и не нравится. Но что-то так устал… Хотел поскорей. И, видно, не там свернул. Иду, и тут как будто на меня упала сеть. Какая удача, что я встретил вас, ваша светлость. Грех Первородных! Что же это такое творится! Среди бела дня…
Пока Ноэль в красочных подробностях рассказывал, куда стоит провалиться тем, кто всё это устроил, и через какое место самой страшной твари Бездны одни должны туда попасть, Ренельд обошёл вокруг него. Внимательно оглядел мостовую, прислушиваясь к тихому шороху разрушающихся магических потоков, которые рассыпались на несметное количество неразличимых частиц. Достал из-за пазухи плоский диск фиксирующего артефакта и развернул сферу, чтобы запечатлеть хотя бы остатки следов чужих аур. Позже их можно будет рассмотреть подробнее.
“Рен! – позвал его Лабьет. – Глянь тут”.
Ренельд повернулся следом за призывом шинакорна: тот стоял, задрав голову, а чуть выше его носа на стене явственно виднелся подпаленный круг. Вдоль расплывчатой его границы располагались другие – поменьше. А вот знаки внутри них уже нельзя было разобрать.
– Сможем отыскать след? – мысленно спросил он у Лабьета, особо ни на что не надеясь. Но вдруг?
Шинакорн покрутил носом, приблизившись к тому, что осталось от некогда развёрнутой здесь ловушки.
“Его не дураки здесь оставили, – пробурчал недовольно. – В него было вплетено заклинание разрушения, которое уничтожает любой след после того, как ловушка сделала своё дело”.
Чего и следовало ожидать.
– Да, я знаю, – задумавшись, ответил Ренельд вслух.
Магистр, который всё это время продолжал что-то рассказывать, уже весьма далёкое от сути, смолк. А затем озадаченно проговорил:
– Откуда?
Что он имел в виду, Ренельд не уловил. Потому просто подошёл к Ноэлю, который стоял, прислонившись к другой стене, и подхватил его под локоть.
– Я подвезу вас до дома, магистр, – повёл мага к карете, – а вы расскажете мне всё, что запомнили.
– Хорошо, что у меня с собой был защитный артефакт. Удалось разорвать сеть. Не так быстро, как хотелось бы… – не отказываясь от помощи, продолжил бормотать Ноэль. – Как же дурно-то, а… Вот же Бездновы отродья.
Похоже, шок всё-таки довольно сильный, раз даже острый ум магистра поплыл, выдавая теперь разрозненные обрывки воспоминаний и рассуждений. Лабьет смиренно терпел все гневные отсылки к тварям из Бездны и проклятья на их головы, что сыпались из уст ошарашенного мужчины. До разума только иногда доносилось его глухое рычание.
Ничего толкового за время пути до дома магистра Ливра выяснить у него не удалось. Утащили, попытались вытянуть светлую ауру с помощью некоей ловушки, которая сработала, как только он оказался в радиусе её действия, – дальше всё расплывалось.
– Если ещё что-то вспомните, я буду ждать от вас известий. И вы всегда можете обратиться к месье Лимиеру, – напомнил ему напоследок Ренельд. – Жандармы осмотрят то место, где на вас напали, со всем вниманием.
Магистр рассеянно покивал, из вежливости предложил зайти выпить чаю со льдом, но пришлось отказаться. Некогда. Месье Лимиер, верно, уже заждался.
Потому, распрощавшись с Ноэлем, Ренельд и Лабьет снова погрузились в карету. Охлаждающий артефакт уже окончательно разрядился, потому повозка постепенно начала напоминать жерло проснувшегося вулкана.
Благо до столичной резиденции короля теперь доехали быстро. Во дворе бодро брызгал фонтан, даря обманное ощущение прохлады и осыпая всё вокруг мелкими каплями. По открытой галерее первого этажа неспешно прогуливались придворные и сновали слуги – все старались спрятаться в тени.
– Ваша светлость! – прилетело в спину, когда Ренельд с Лабьетом уже поднимались по главному крыльцу замка Марбр.
Месье Лимиер, на ходу промакивая блестящие залысины платком, бежал следом, нежно прижимая к груди пухлую кожаную папку с бумагами. Но сразу придержал шаг, когда шинакорн повернул к нему морду. Лёгкая неприязнь была у них взаимной.
– Доброе утро, Зелин. –
