Группа образовалась в 2000 году. В ее музыке можно найти отзвуки кабаре 1930-х, джазовые интонации, традиции арт-рока и даже готики, не считая экспериментов в области электроники. В своем музыкальном багаже они имеют два альбома – «Шпионы гламура» (2009), куда вошла первая в России песня про Интернет, и «Татуированная роза» (2012), а также макси-сингл «Ноктюрн» (2002).
Музыкантов «Бостонского чаепития» называют рок-эстетами, рок-денди, рок-декадентами из-за их способности создать на своих концертах атмосферу богемного салона. Нередко группа выступает с театром.
«На сегодняшний день ребята – бесспорные лидеры московского рок-декаданса, после того как сошла со сцены мрачная «Агата Кристи», а «Оберманекен» впал в летаргический сон. Новый альбом «бостонцев» под названием «Татуированная роза», презентуемый с театрализацией на грани буффонады, включает как новые хиты, так и вещи периода 1990-х. Смесь старомодности и злободневности, положенная на фирменную музыкальную подкладку из джаз-рока и дарк-кабаре, не оставит равнодушными даже случайных посетителей», – пишет про «Бостонское чаепитие» журнал «Итоги».
«Это целый рок-театр с множеством сопутствующих арт-проектов, который участники «Бостонского чаепития» лукаво именуют и «куртуазным декадансом», и «экстремальным сентиментализмом», по сути – некое музыкальное действо, которое происходит «вне фарватера» и подчиняется исключительно вкусам и желаниям самих музыкантов. В этом смысле «бостонцы» наследуют особый дух ушедшей эпохи европейского декаданса, в особенности его ярчайших представителей – О. Уайльда и Ш. Бодлера, писателей, поэтов, денди, которые никогда не оглядывались на обычаи и нравы публики, не ограничивались в своем творчестве рамками дозволенного, с капризностью истинных гедонистов утверждая право собственного «хочу», – добавляет журнал Melon Rich.
А вот несколько слов о почитателях коллектива.
«На выступлении группы не увидеть хэдбэнгеров в помятых майках и с пивными кружками, зато за столиками смакуют вино и тонкие сигареты элегантные дамы под вуалями и персонажи, словно бы сошедшие со страниц фантастических романов Жюля Верна и Герберта Уэллса», – отмечает портал «Контрабанда».
Декадентская направленность многих текстов «Бостонского чаепития» несомненна:
Обнимите меня… На прощанье!А Вы как хотели?Не ищите меняНи в Москве, ни в бангкокских борделях.
* * *
Дурманящий запах, абсент,Ночь, кокаин и томик Бодлера.На руке свежий шрам,Но, как всегда, во всем полумера.
(«Тонкие сигареты», 2012)
Или вот та же тема любви, но не в цинично-фарсовых, а готическо-романтичных интонациях:
Прохладная ночь,Раскрытое настежь окно,Бледные тени…Нас не увидит никто.Тревожный жест,Взмах татуированной розой…
Ты не спешишь,Но я знаю – ты голодна.Манит вуаль, такой дразнящий цвет у вина.Я не в силах больше молчать, и яШепчу, как заклятье:
«Вонзи свою любовь мне в шею!Свою любовь за гранью добра и зла…Теперь в руках твоих наша судьба…»
(«Вампирская любовь», 2010)
Порой декаданс «Бостонского чаепития» перерастает в рафинированное гедонистическое эстетство:
Твое тело изогнуто, как Бенгальский залив.Виртуальный мир снова откроет двери тому, кто услышит.Я помню: мы были с тобой в китайском саду,Я видел, как двигалось море в такт диким вишням.Там была весна…
Я буду искать в отголосках игры твоих губСтаи шелковых бабочек.Еще одно утро взойдет и застанет нас на рассветеВ китайском саду.
(«Новый эскапизм», 1997)
Однако это эстетство насквозь пронизано томной романтичностью:
Старый трещит патефон.Чарли Паркер тревожит, как прежде,Невинные ласки,Тонкий дым благовоний.
Начнем все сначала,Начнем этот танец.Что нам осталось?Только любовь этих нот.Кто слышит их, кроме нас?Кто в этом городе жив, кроме нас?
Последнее танго в Париже,Последнее лето зимой.Мы становимся ближе…
Последнее танго в Париже.Нервное время, прощай!Мы танцуем на льдине…Задерни гардины…Ты чувствуешь – плавится лед.
(«Последнее танго в Париже», 2002)
Автор всех вышеприведенных текстов – лидер «Бостонского чае пития» Владимир Преображенский, который не случайно стал создателем и продюсером фестиваля куртуазного декаданса «Бархатное подполье».
Фестиваль «Бархатное подполье» в середине нулевых явился одним из самых загадочных явлений столичного артхауса, породив массу последователей и подражателей, в том числе в Воронеже, Санкт-Петербурге, Киеве.
Ориентируясь на наиболее рафинированные, утонченные, эстетские и прихотливые явления искусства, Владимир Преображенский собрал на одной «бархатной» сцене главные декадентские силы страны: группы «Бостонское чаепитие» и «Оберманекен», экс-шоумена «АукцЫона» Владимира Веселкина, культовый дуэт «Прощай, молодость», куртуазного Вадима Степанцова, российскую королеву бурлеска Лялю Бежецкую, готик-модель и писательницу Анну Бергстрем, проект «Кабаре Безумного Пьеро» и многих других.
Уникальная атмосфера фестиваля «Бархатное подполье» привлекла внимание и центральных телеканалов (Первый канал, «Россия 1», «Культура», ТНТ), и солидной печатной прессы («Новые известия», журнал Penthouse, «Мир новостей» и др.). Гостями «Бархатного подполья» становились историк моды Александр Васильев, режиссер Андрей Житинкин, актриса Елена Захарова и др.
Свои симпатии к необычному фестивалю проявили группа «Пикник», Вадим Самойлов («Агата Кристи»), Александр Ф. Скляр, группа «Колибри».
Осенью 2009 года в рамках «Бархатного подполья» были организованы декадентские салоны – мероприятия, невиданные для богемной жизни Москвы и сразу же принявшие культовый статус. Скупые видеозаписи этих салонов стали в Интернете «коллекционной» редкостью. В 2013 году декадентские салоны «Бархатное подполье» возродились, став еще интереснее.
Группа «Бостонское чаепитие» – загадка, ни один из концертов которой не похож на предыдущий.
Сергей Попов (группы «Алиби», «Жар-птица»), один из первых рок-музыкантов в СССР:
Мне вот кажется, что «Бархатное подполье» – живой пример настоящего эстетического андеграунда, антитеза разного рода «радио-шансонам», гей-парадам «Песня года» и гопническим прог-рок-альтернативам. Там женщины, а не телки, мужчины, а не качки, поэзия, а не рэп, музыка, а не три подзаборных аккорда.
«Как денди лондонский одет…» – это как раз про «Бархатное подполье». Я немного другой, я из параллельной вселенной, но мне приятно такое сосуществование: оно будит мысль, рифму и желание совершенства.
Из прессы
Владимир Макарихин, режиссер:
«Новый эскапизм» – так называется концертная программа московской группы «Бостонское чаепитие», современных апологетов дендизма и куртуазного декаданса. Премьера программы состоялась в прошедшую пятницу в изысканно-загадочном месте под названием «Ротонда».
«Эскапизм» в переводе с английского значит уход, бегство… Escape – клавиша на компьютере в левом верхнем углу. Декадансом же в советских справочниках называли упадок, разложение буржуазной художественной культуры… Формализм, уход от действительности… Многоточия, многоточия, многоточия… Поскольку общепринятые формулировки могут сбить с толку.
Массовая культура, конвейерное усредненное тиражирование искусства всегда вызывали чувство дискомфорта у людей образованных, воспитанных на шедеврах мировой музыки, литературы, живописи, у людей с эстетическим вкусом да и просто у тех, кто не желал ходить строем в серых шинелях или питаться «бигмаками» с кока-колой.
В конце 1970-х – начале 1980-х в Советском Союзе применительно к молодежной культуре более широко стали употребляться термины «андеграунд», «подполье», особенно если речь шла о музыке, о рок-н-ролле. Это явилось следствием неприятия молодыми музыкантами довлеющего засилья так называемой советской эстрады. Уход от литованного искусства, утвержденного многочисленными партийными худсоветами, тогдашними идеологами и функционерами, назывался упадничеством, разложением, декадансом. Но по сути настоящим декадансом являлась как раз советская эстрада того времени. Речь не идет об отдельных артистах, их творчестве, но о положении вещей в целом. Музыкальный же андеграунд 1970-1980-х являлся свежей струей, глотком воздуха в прогнившем советском искусстве.
«Перестройка» и «демократические преобразования» дали возможность осуществить свои творческие амбиции жаждущим уникальности в искусстве, но луч надежды, появившийся было на горизонте, почти сразу же потух. Современная массовая культура ничуть не меньше, чем в советские времена, изобилует усредненной, низкопробной продукцией. Мерилом ценности вместо худсовета и социалистической идеологии стали рейтинг, формат, у. е. (доллары, евро, рубли)…
