Прикусив припухшую губу своей человечки, скользнул ниже, исследуя самое желанное тело.
Ненадолго задержался на часто вздымающейся соблазнительной груди, увенчанной аккуратными розовыми сосками. Втянул вершинку в рот, наслаждаясь бурной реакцией, что не заставила себя долго ждать.
— Вот так, детка, расслабься! Не думай ни о чем! — прошептал между ласками, чувствуя, что даже в таком состоянии ее волновало неправильность происходящего. — Моя хорошая девочка… Завтра ты вновь станешь колючкой, а сегодня позволь доставить тебе удовольствие!
Ярослава не сводила с меня глаз, и я намеренно медленно скользнул языком по чувствительному соску. В ответ она застонала, запуская пальцы в мои волосы.
— Давай, сладкая, отпусти себя…
Целуя нежную кожу, скользнул ниже, прокладывая путь к разгоряченному естеству избранной.
Ее близость заставляла желать большего. Не мог избавиться от видений, как вхожу в податливое тело, резкими толчками погружаюсь все глубже, срывая с чувственных губ громкие стоны.
Но мне это было недоступно… не сейчас…
Устроившись между разведенных женских ног, закинул их себе на плечи.
От горячего дыхания на влажных лепестках, Яра задрожала в предвкушении. А я погладил гладкие истекающие желанием складочки.
— Однажды, ты станешь моей! — заверил я девушку, и заскользил языком по чувствительному комочку нервов.
— Боже, Даркас! — вскрикнула Яра, выгибаясь дугой от столь незначительной ласки. И мне до боли захотелось узнать, правда ли она такая чувствительная, или дело в травах, что дурманят ее разум.
Удерживая девушку за бедра, втянул в рот маленькую жемчужинку, заставляя избранную кричать сильнее.
Наслаждался бурной реакцией, продолжая уверенно двигать языком. Ее вкус сводил с ума. Член болезненно упирался в замок брюк, яйца отяжелели и безумно ныли, требуя немедленной разрядки, которую сегодня придется получать самостоятельно. Казалось, стоит нежной ручке моей человечки прикоснуться к члену, и я мгновенно кончу. Не мог так опозориться, не желал этого. Да и вообще боялся снимать штаны, ведь стоит единственной преграде слететь с тела, и моей выдержке придет конец. Я возьму ее несмотря ни на что. Ведь сейчас именно этого она желает… вот только завтра меня не встретит ничего, кроме неловкости, и возможно даже ненависти…
Острые ногти Яры впивались в кожу головы, тянули за волосы, пока девушка извивалась под моими губами.
Добавив два пальца, погрузил их в горячую глубину, вновь зажимая губами клитор. Движения были рваные, хаотичные. Я слушал ее крики, молясь всем богам, чтоб помогли мне удержаться.
И вот, упругие стеночки сжали пальцы, а человечка выкрикнула мое имя. Стоны превратились почти в жалобный плач, после чего она затихла.
Меня будто окатило ледяной водой. Страх за то, что сердце этой малышки не выдержало, накрыл с головой, мгновенно остужая безумное желание.
Поднявшись на локтях, взглянул на истинную и прислушался к сумасшедшему трепету ее сердца, что постепенно приходил в норму, и дыханию, замедляющемуся с каждой секундой. “Все закончилось… Бедная человечка устала настолько, что последний оргазм стал для нее обморочным. Оно и к лучшему. Пусть отдыхает”.
Осторожно поднявшись, укрыл свою избранную одеялом, поправляя растрепавшиеся волосы цвета расплавленного шоколада.
“И за что ты мне, такая проблемная досталась?” — поймал себя на мысли, что улыбаюсь как дурак, не в силах оторвать глаз от девушки, что непременно станет моей женой.
Глава 16. Двое против системы!
Аласдэр
Теплый ветер обдувал меня, ласково перебирая перья крыльев. Сложив их за спиной, сидел на покатой крыше одной из башен, всматриваясь в спящий замок.
Во дворе еще время от времени показывались слуги, что задержались за работой, но в основном вокруг царило умиротворение. И лишь моя душа не знала покоя. Терзаемый неведанными ранее эмоциями, спрятался от всего мира, лишь в этом месте, чувствуя себя не пустым местом. С самого рождения я носил титул кронпринца. И казалось бы, чего еще желать, вокруг меня всегда было много людей. Нянечки холили и лелеяли. В юношестве, да, впрочем, и сейчас, от девушек не было отбоя, вот только это все фальшь!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лиши меня титула, убери корону и кто останется? Одинокий демон, не имеющий своего места… Стычка с отцом как всегда закончилась угрозами лишения власти. А я был и не против.
Он требовал от меня более активных действий. Хотел, чтоб я стал таким как он, а мне было мерзко! Мерзко от того, что я видел в нем свое отражение. Мерзко, от того, что нас все время сравнивали! Я никогда не уподоблюсь ему! Если мне и суждено занять трон правителя демонов, я стану лучшей версией самого себя!
Легкие хлопки крыльев привлекли мое внимание. Обернувшись, увидел Даркаса. Я не был готов сейчас с ним встречаться, но показывать свою слабость не собирался, даже побратиму. Сложив темные, переливающиеся пламенем крылья, мужчина устроился рядом.
— Знал, что найду тебя здесь…
От него все еще пахло Ярославой. Вероятно он не собирался скрывать произошедшее.
“Неужели сейчас скажет, что заявил на нее права? Что она выбрала его? Не просто ж так он позволил мне понять, что был с ней…”
— Ты ведь уже знаешь? — вопрос прозвучал равнодушно, и я застыл, ожидая продолжения, но его не последовало.
— Знаю! — копируя его холодность, ответил в ответ.
— Ал, я не заявил на нее права. У Яры не было выбора. Рядом оказался я. Думаю, ты бы поступил так же… — пусть я и любил своего побратима и знал его с самого детства, сколько себя помню, мы были соперниками, так что в ночной тиши его слова прозвучали как гром.
— Почему?! — удивленно повернул голову к другу, вглядываясь в желтые глаза.
— Ее опоили… — я надеялся, что это его остановит, успокаивал себя этой мыслью, но все же мерзкое сомнение пожирало меня изнутри, и сейчас я чувствовал себя совсем разбитым.
“Как я мог не доверять ему? Как мог сомневаться в его честности?! Этому фениксу я мог доверить все — свой народ, свою жизнь, но смог бы доверить ему свою истинную? Видимо, да!”
— Я знаю, это сделал мой отец. Он рассчитывал, что Листария отвлечет тебя, а я оставлю брачную метку на человечке. Почему ты этого не сделал?! — вновь спросил я, желая услышать реальный ответ.
Но феникс поднялся с крыши, всматриваясь в светящийся лик ночного светила.
— А ты бы смог? — хмыкнул он, не глядя на меня. — Можешь не отвечать. Я и сам знаю. Для демона ты слишком благородный.
— А если ты ошибаешься?! — рыкнул я, понимая что он прав.
— Я могу ошибаться насчет всего! Даже в утверждении, что сейчас ночь. Но тебя, Аласдэр, я слишком хорошо чувствую… — на секунду он замолчал, подбирая слова. — Знаешь, Яра потеряла сознание ближе к закату. Весь световой день ее мучила похоть… И это было чертовски сложное испытание. Но оно позволило мне понять, насколько сильно я ошибался. Когда человечка уснула…
— Зачем ты мне это рассказываешь?! — рявкнул я, не желая слушать, что творилось в спальне. Я прекрасно понимал, что у Дарка не было выбора, а еще знал, что этот день сблизит их.
— Позволь мне закончить, — так же холодно ответил феникс, не сводя глаз с луны. — Когда Ярослава заснула, я долго рассматривал ее, обдумывал свою жизнь и понял, что все мои слова, сказанные ранее, пустой треп! Я смогу быть с ней. Наверное даже смогу отказаться от других женщин, ведь чувства приходят постепенно. Я начинаю дорожить этой мелкой занозой, — хмыкнул он.
Прекрасно понимал, о чем он говорит. Чем больше времени проходило с момента нашей встречи, тем больше понимал, как сложно будет отказаться от нее. Как невыносимо будет смотреть на Яру в объятиях побратима.
А он все продолжал.
— Но есть еще одна душа, которой я дорожу не меньше чем истинной, — он обернулся ко мне, а глаза вспыхнули пламенем решительности. — Нас вынуждают ненавидеть друг друга, отказаться от доверия, вопреки природе побратимов. Если я женюсь на Яре, ты будешь страдать, что безусловно будет ломать меня. Если же на ней женишься ты, медленно умирать в душе буду я, а тебе предстоит это чувствовать. Не лучшая перспектива, согласись?
