Глава 7
ТОРИ
Я каким-то образом умудрилась избегать Ронина большую часть недели. Мы проводили немного времени вместе, пока я готовила, а он убирался, но в остальном мы по большей части оставляли друг друга в покое.
Я работала и брала дополнительные смены, чтобы быть более занятой.
Он немного продвинулся в ремонте дома и поджимал губы, когда хотел упрекнуть меня в чрезмерной занятости.
На самом деле все протекало довольно спокойно.
А его волк был просто душкой. Большим, уютным плюшевым медведем. Я бы точно никогда не стала жаловаться на то, что он меня согревает.
Ронин не пытался убедить меня встретиться с его стаей.
Я не просила его об этом и не звала в свою стаю.
Но это не было неловко. Только странно вежливо.
Когда наступил седьмой вечер, я уже начала думать, что мне может понравиться его соседство.
Как бы я ни ненавидела быть голодной, но не говорила ему о своем голоде с тех пор, как ощутила его несколько дней назад. Кормление означало бы секс с ним, а мне слишком понравилось заниматься с ним сексом, чтобы поддерживать дружеские отношения.
И я не знала, как развить эту часть наших отношений, не заставляя его думать, что хочу большего.
Так что я игнорировала свое вечно надоедливое желание и заставляла себя жить дальше, как будто не сдерживалась, чтобы не наброситься на Ронина.
Последний кусочек моего ужина был уже на полпути ко рту, когда в животе заурчало.
Громко.
Я на мгновение замерла.
Глаза Ронина, которые всегда были устремлены на меня, когда мы проводили время вместе, сузились.
Я откусила кусочек и стала жевать.
Он наблюдал за мной.
Я старательно не смотрела на него, откладывая вилку в тарелку и смахивая пыль с передней части своего спортивного бюстгальтера, чтобы хоть чем-то себя занять.
Краем глаза я заметила, как он положил руки на стол и начал ко мне наклоняться.
Черт.
Мне нужно было срочно что-то предпринять.
— Смени облик, — прорычала моя волчица.
— Слишком давно моя волчица не брала контроль, — пробурчала я. — Она хочет побегать. И познакомиться с твоим волком.
В груди Ронина зарокотало. Его волк был в восторге от перспективы побегать с парой, и, надеюсь, это его отвлечет. Так что он не станет спрашивать о моем урчащем желудке.
Конечно, мне придется что-то с этим сделать.
Мне придется питаться от него.
И это может привести к сексу.
Но, по крайней мере, пробежка поможет мне выиграть немного времени.
— Мы обратимся после того, как ты выпьешь моей крови, — сказал Ронин.
— Дерьмо, — прошептала я своей волчице.
— Пожалуй, это хорошая идея.
Я поспешила ответить:
— В этом нет необходимости. Я в порядке.
— Ты не сменишь облик, пока голодна. — его слова прозвучали резко, а выражение лица ожесточилось, чтобы я не сомневалась, что он передумает. — Если ты не готова к сексу, можешь выпить из моего запястья.
Мое лицо вспыхнуло.
Черт, да и все мое тело тоже.
Вдобавок к этому опустились клыки.
Мне не следовало так переживать из-за мысли о сексе с ним, но, черт возьми, я переживала. То, как мы оба потеряли контроль над собой в прошлый раз, было так восхитительно.
— Отлично, — сказала я.
Ронин не спеша подошел к стулу рядом с моим и сел.
Я медленно, неуверенно вздохнула.
Когда он протянул мне свое запястье, я взяла его с неохотой.
Мои пальцы слегка впились в его кожу, когда я поднесла его руку к своему рту. Мои клыки запульсировали от его запаха. Вряд ли я когда-нибудь устану от его запаха.
— На этот раз я буду держать себя в руках, — сказал Ронин.
Я не смогла сдержать фырканья.
Его ответная гримаса заставила меня улыбнуться, прижавшись к его руке.
И наконец я укусила.
Мой стон заполнил комнату, когда его вкус заполнил рот.
Ронин ухватился за край стола свободной рукой, а на той, что была в моей руке, сжался кулак.
Ему удалось удержаться на своем месте, пока я быстро пила, делая большие и глубокие глотки.
А мне?
У меня не очень хорошо получалось бороться с этим.
Мое желание было горячим и густым, а потребность — непреодолимой.
Бороться с ним, пока его кровь текла в моем горле?
Это было практически невозможно.
Я почувствовала, что тянусь к нему.
Беру Ронина за свободную руку.
Тяну ее со стола.
И прижимаю к своему центру.
Он застонал, когда его пальцы прижались к моему клитору через ткань леггинсов.
Мои бедра стали слегка покачиваться.
Я потянула его руку к поясу своих брюк.
Когти вспороли плотную ткань, разрезав и мои стринги.
Горячие, грубые пальцы нащупали мой влажный центр.
И наконец, Ронин прикоснулся ко мне.
Он был не нежным, но и не грубым.
Надавливал сильно, но не болезненно.
Ронин работал надо мной, и мои ноги раскрывались все шире, из меня вырывались отчаянные звуки, когда он доводил меня до грани наслаждения.
Наконец он ввел в меня свой палец, большим пальцем продолжая поглаживать клитор, и я потеряла контроль над собой.
Вскрикнула, вцепившись в его руку, и мои клыки выпустили его кожу, когда тело пронзила кульминация. Моя грудь быстро поднималась и опускалась, пока я отчаянно подрагивала и раскачивалась на его руке.
Движения Ронина замедлились, пока я спускалась с высоты, но он не убрал пальцы.
Наконец я открыла глаза.
И увидела, что его взгляд прикован ко мне.
Не к нижней половине тела, а к лицу.
К тому, как я вцепилась в его руку, чтобы кончить, и на кровь, которая, вероятно, размазалась по моим губам после того, как я ее отпустила.
Его взгляд наконец-то прошелся по мне и остановился на уровне бедер.
Я позволила себе проследить за ним, и все мое тело сжалось, когда он остановился.
Мои ярко-желтые леггинсы были разорваны между бедер, а полоски ткани растянулись и закрутились беспорядочными лоскутами.
Его рука была влажной и блестящей, один из пальцев все еще был погружен в меня, а большой палец лежал на моем клиторе.
Ронин медленно обвел его, и у меня перехватило дыхание.
Его взгляд вернулся к моему лицу, хотя мой оставался прикованным к его руке.
Палец внутри меня задел что-то чувствительное, и мои бедра снова дернулись.
— Ты чертовски великолепна, — сказал он, голос Ронина был достаточно низким и ровным, чтобы заставить меня задрожать. — Я хочу снова увидеть, как ты кончаешь на моей руке, и чтобы твой яд не затуманивал мой разум, Тор.
Его большой палец
