на несколько месяцев куда то на льдину. Решив что КСОР групп снова проявила интерес к его разработке, предложив контракт, а значит и крупное вознаграждение, она бросила свой съемочный процесс, разругавшись с продюсерами и примчалась домой. Андрей не ожидал такого скорого явления жены, тем более что собирался обставить свой отъезд в тайне, но теперь, когда тайное стало явным, в глубине души был рад возвращению Ирэны. При ее появлении, Андрея кольнула мысль, что он до сих пор продолжает сильно любить ее.
— Андрюшенька, милый — голос Ирэны звучал слащаво, почти как в тех глупых сериалах, в которых она снималась — Как же я соскучилась, ты даже себе не представляешь — она так быстро захлопала ресницами и картинно бросилась ему на грудь, отчего у Громова резко забилось сердце, чувствуя близость женского тела.
— Ирюша, я тоже соскучился — он обнял ее, прижавшись в ней всем телом — Как же я по тебе соскучился, милая.
— Знаешь нам чаще надо быть вместе, но все эти съемки, кастинги и бездушные режиссеры отнимают столько драгоценного времени, ты даже не представляешь себе милый — щебетала Ирэна, оглядывая комнату, в которой она на была несколько дней — Ты уезжаешь милый?
— Да мне предложили контракт на разведку одного месторождения, правда это информация достаточно секретная, хотя ты откуда то узнала о ней — Андрей отклонился и посмотрел в глаза жены, сообразив, что действительно не догадывается, откуда она узнала про отъезд.
— Милый, я знаю намного больше чем ты думаешь — Ирэна взъерошила на его голове волосы и заливисто рассмеялась — Не думай обо мне плохо, но и у меня есть свои информаторы. — она расправила складки на платье и вышла в коридор, продолжая разговаривать на ходу — Когда ты уезжаешь?
— Завтра — глухо ответил ей Андрей, понимая, что не до конца знает свою жену.
— Уже завтра? Космодамианский так торопит тебя?
— Космодамианский здесь ни при чем — зло ответил ей Андрей — Меня отправляет другая организация.
— Другая? — Ирэна стояла в дверях комнаты с удивленным лицом — Разве ты едешь не от КСОР?
— Нет, я еду не от них, а что это меняет? — Андрей смотрел прямо в глаза Ирэны — Поездка будет не менее важной и серьезной, тем более другого шанса у меня наверное не будет.
— Понятно. — протяжно произнесла Ирэна, — Я думала тебе предложили выгодный контракт.
— Послушай Ирюш — голос Андрея дрогнул — У меня не было выбора, тем более я еду по поручению Зуева, он предложил мне интересную работу и я не отказался.
— Павел? Это он тебя отправляет? — Ирэна с удивлением смотрела на него — Он что большой начальник?
— Достаточно — уклончиво ответил Андрей — Если бы не он, я. я не знаю что бы сейчас делал. — Андрей обхватил голову руками и сел на диван.
— Андрюшенька — Ирэна обвила его своими руками — Раз Павел стал большим начальником, думаю он не бросит тебя — она загадочно поглядела на него — И у меня еще будет возможность стать английской королевой! — она откинула голову и ее длинные волнистые волосы рассыпались по плечам.
— Я постараюсь — смущенно ответил Андрей, чувствуя как по его телу прокатываются волны желания. Близость знакомого тела вызывала в нем вполне земные желания, он ухватил Ирэну, крепко прижав к себе и впился в ее губы. Ирэна не сопротивлялась, наоборот ее тело сделалось тягучим, а губы превратились в мягкое желе. Не пытаясь больше совладать с нахлынувшим желанием, Андрей подхватил на руки обмякшее в неге тело и перенес на диван, навалившись сверху, судорожно срывая одежду, лаская шею и губы, слившись с ее податливым, желанным телом перед долгой разлукой.
23
Приближаясь к объекту, Громов поймал себя на мысли, что чувствует себя безумно счастливым, несмотря на полугодовое пребывание в этой ледяной пустыне. В последние месяцы хандра навалилась на него особенно отчетливо, забирая с собой желание работать и двигаться к цели, мешая работе и отдыху, встревая бессмысленными ссорами с коллегами, снова заглушая желание жить. Лишь ответственность, взятая им в свое время за жизнь этой базы, не давала опустить руки и отойти в сторону. Ребята стали замечать за ним усталость, перемежавшуюся со вспышками беспричинного гнева, а иногда и безысходностью. Сам Громов ловил себя на мысли, что возможно совершил ошибку, замешкавшись тогда на мосту и проявив слабость и нерешительность. Сейчас его удерживала в том числе и отеческая привязанность к Алексею, это он отчетливо понял, когда тот спас его от неминуемой смерти, вытолкнув из под обрушившегося снежного козырька. В тот день Громов как обычно выскочил из дверей после ночного урагана, не заметив нависший с крыши большой пласт снега и льда. От вибрации и перепада температуры, льдина соскочила с крыши и практически накрыла собой Громова, но Алекс в последний момент успел оттолкнуть его в сторону, приняв на себя скользящий удар. Выскочившие на шум мужики, втащили оглушенного Громова в коридор, а Алекс получивший травму головы, без сознания, был найден позже. Громов, посчитал его погибшим, но когда тот пришел в себя, был безмерно счастлив и благодарен судьбе за такого товарища, ценой своего здоровья спасшего другого человека. Сотрясение мозга, которое выявил у него Колька, не шло ни в какое сравнение с той душевной травмой, которую получил Андрей, переживая и кляня себя за свою неосмотрительность. Через две недели Алекс уже был на ногах, сказалась сила молодого организма и тяга к жизни. Громов для себя решил что когда нибудь отплатит той же монетой, даже если на кону будет его собственная жизнь..
Весеннее солнце даже в высоких широтах обладало своим магическим действом, растапливая понемногу снежную корку. Экспедиция по всей видимости шла к своему логическому завершению, чему наверняка были рады все члены экспедиции, выдохшиеся за время полугодовой отлучки из дома и изголодавшиеся по простым земным радостям. Руководитель экспедиции, Павел Зуев бомбардировал их все это время посланиями, имевшими вначале миролюбивый и отеческий тон и сменившимися к концу на грозные, а порой даже истеричные электронные письма. Громов успел устать от этого вала негатива, свалившегося на него, но теперь, когда результат был близок, стал мысленно обдумывать причины столь сильно затянувшие процесс бурения. Защитная оболочка, оказалась непростой и загадочной субстанцией. Испускаемое ею радиоактивное поле, можно было объяснить наличием радиоактивных изотопов в структуре почвы острова, но объяснить непонятное сопротивление, которое оказала эта оболочка в ответ на бурение, Громов не мог. В его памяти всплывали
