Читаем без скачивания Жрец Хаоса. Книга VIII - М. Борзых

подмечать и запоминать некие мелкие детали поведения, жесты у своих домашних, дорогие их сердцу и отзывающиеся теплотой либо, наоборот, негативом, то есть вызывающие яркие эмоции. Именно такие детали в дальнейшем и помогут мне при создании иллюзий. Казалось бы, одно никак не связано с другим, но отчего-то я понимал, что Ражев пошёл в моём обучении хоть и с азов, но весьма интересной дорогой.

А между тем до окончания занятий Эльзы оставался ещё час. Я вспомнил о том, что нам необходимо будет написать ещё эссе по ресурсной международной экономике. Нет, конечно, можно было явиться к бабушке и спросить прямым текстом, за какие ресурсы воевали между собой Российская и Японская империя, архимагам явно было известно, за что они проливали кровь. Но это был запасной вариант. В конце концов, при наличии свободного часа времени вполне можно было и самостоятельно поискать информацию на эту тему. Вдруг выищется ещё что-то уникальное, кроме обезмагиченного Алаида. Потому я решил поучиться собственными мозгами и направился в библиотеку.

Такая башня тоже имелась в нашей магической академии. Располагалась она не так далеко от главной и студенческого общежития. Высоту имела что-то около шести этажей. Но при этом если вокруг столовой, башни с учебными полигонами, и главной башни постоянно сновали студенты, то отчего-то дорога к библиотеке была абсолютно пустынна. Хоть меня подобное и несколько удивило, однако же я отправился всё равно туда.

Внутри всё было привычно: лабиринт из высоченных книжных шкафов, запах книжных страниц, изредка типографской краски либо же старинных рукописных чернил. Перейдя на магический взор, я заметил, что большинство книг фонили остаточными эманациями самых различных видов магий.

Я заметил и ещё одну деталь. Перекрытый между этажами не было, потому верхушки книжных шкафов терялись в сумраке.

Как во всём этом можно было разобраться и помнить, где какой фолиант либо свиток находится, я понятия не имел. Однако же для этого в любой общественной библиотеке имелся хранитель. Здесь таковой тоже имелся. Вернее, таковая. Это я определил, пока шёл по клетчатому мраморному полу, весьма напоминающему шахматную доску, к небольшой деревянной стойке, за которой скучала сударыня с аккуратным розовым маникюром на тонких пальцах, держащих раскрытую газету. Видимо, это и была местная хранительница мудрости, скрытая за страницами бульварной прессы.

— Сударыня… — попытался было обратиться я к неизвестной библиотекарше.

Однако же та, даже не отрываясь от газеты и не показывая собственного лица, голосом юной девицы ответила:

— Супруг требуется. В содержанки не пойду. Капиталов не имею. От титула и фамилии придётся отказаться.

Более оригинального приветствия в своей жизни я, пожалуй, ещё не слышал, а возможно, что и даже в двух. Слегка закашлявшись, чтобы скрыть смех, я всё-таки решил повторить попытку знакомства.

— Сударыня, мне бы книгу…

Страницы разворота газеты медленно спустились вниз, открывая миловидное личико в очках из костяной оправы, расходящейся по углам, словно крылья бабочки. Сама девушка имела русую косу толщиной в руку, серые умные глаза и была вполне миловидна.

— Вот это номер, — произнесла она. — Так ко мне ещё никто не подкатывал.

— Да, я как бы… не с этой целью, — осторожно напомнил я о своём вопросе. — Вы ничего не подумайте, вы прелестно выглядите, весьма миловидны. Однако же ни супругами, ни содержанками я в ближайшее время не планировал обзаводиться. Мне бы эссе написать по международной ресурсной экономике и, в частности, по ресурсам, сокрытым у нас на Курильских островах. Поможете, прекрасная незнакомка? Если уж у вас столь настоятельная потребность в поисках мужа, то могу оказать содействие и помочь найти достойного кандидата.

Девица нахмурилась, поправляя роговую оправу.

— Ресурсная экономика… Сахалин, Курилы, Камчатка… Водники… Нет, маг. ресурсы… Да нет, источники… Одну секундочку.

Она тут же принялась шелестеть некими формулярами, проверяя, видимо, собственные мысли, и, наконец, найдя нужный, даже нахмурилась.

— Сударь, простите, не знаю, как вас зовут…

— Юрий Викторович Угаров.

— Мария Анатольевна Берсенева, рада знакомству, — отстранённо сказала библиотекарша, а после вновь уткнулась в формуляр. — Так вот, Юрий Викторович, последний раз сей фолиант брали на ознакомление сто пятнадцать лет назад. Судя по отметке формуляра, здесь обозначено, что вам необходимо будет дать клятву крови о неразглашении.

— А как же эссе? — удивлённо переспросил я.

— А вот как вы будете выкручиваться из этой ситуации, история умалчивает, — хмыкнула девушка. — Так что, будете ознакамливаться?

— А давайте, раз уже заинтриговали, Мария Анатольевна, — кивнул я.

И девушка тут же на маленьком пультике принялась управлять раздвижной лестницей, которая поднималась всё выше, выше и выше, пока не потерялась в сумраке явно наивысших этажей.

— Погодите пару минуточек, пока я принесу вам фолиант, — сообщила девушка и принялась ловко взбираться по лесенке.

«Вот это работа, — подумалось мне. — На шестой этаж по самой обычной лестнице за фолиантом… Как-то поудобнее они это всё устроить не могли? К тому же это же… А если она ещё и не угадает, допустим? Ну вот, ошиблась она по памяти, где расположена эта книжица, и это надо будет спуститься вниз, снова использовать эту лесенку для перенастройки, передвинуть и вновь забраться вверх. Оттуда хоть спрыгивай для ускорения процесса».

Но даже эти мысли не мешали мне любоваться шикарнейшими ягодицами в обтягивающих брючках на библиотекарше, от покачивания которыми невозможно было оторваться. Зато понятно, откуда такая упругость, гладкость, округлость…

М-да, мысль завести себе содержанку уже не казалась такой уж крамольной.

Тем временем, Берсеньева успела уже вернуться. В руках у неё был фолиант размером примерно тридцать на сорок сантиметров и толщиной этак сантиметров двадцать. Весила такая красота, видимо, несколько килограмм, как минимум, имела кожаную обложку из шкуры неизвестной рептилии. И почему-то мне показалось, что корешок книги хищно оскалился при виде меня.

— «Атлас полезных ресурсов Российской империи, составленный естествооткрывателем Семёном Лаптевым». Прошу, вставляйте палец вот сюда, — указала мне Берсеньева как раз-таки на оскалившуюся пасть корешка книги. — И, пока палец находится там, вы будете платить кровью за чтение, заодно подтверждая собственную клятву о неразглашении. Находите нужный вам раздел, читаете всё, что вам интересно. После закрытия книги палец освободится. Собственно, покинуть пределы библиотеки у вас не выйдет, и более чем час ознакамливаться с подобным экземпляром не рекомендую — могут наступить необратимые ухудшения здоровья.

— Это какие? — на всякий случай решил поинтересоваться я у библиотекарши.

— А демоны его знают, но я обязана предупредить, поскольку это обозначено в формуляре. Самой интересно. Может, час с четвертью попользуетесь? — поинтересовалась у меня Берсеньева.

И при этом в глазах у неё загорелся тот самый огонёк естествоиспытателя-экспериментатора.

— Нет уж, пожалуй. Думаю, что