его подбородок. Отпустив руки Кенсея, я размахнулся, и ударил по нему локтем. Еще один противник выбил из боя.
Осмотревшись, я понял, что кроме нас с Айзеном на ногах больше никто не стоял. Соске улыбался с презрительной миной на лице, но это я очень скоро намеревался исправить. Этот тип должен получить по заслугам, ради будущего и справедливости. Ведь такого шанса у меня может больше и не быть. Нужно хватать в руки птицу удачи и принести в этот мир чуточку света.
Я наклонился и не спеша подобрал зампакто. Айзен даже не воспользовался моментом, чтобы сбежать, тем самым спасти свою шкуру. Он ведь должен был понимать, что на моем лице отображались сильные эмоции и они для него не означали ничего, кроме скорой расправы. Но этот злодей, так и стоял, не думая сражаться, а просто внимательно следил, как я иду на него, все быстрее сокращая дистанцию.
Он снова переиграл меня. Капитаны синигами — это не мальчики для битья, а умелые воины, которые могут встать даже после глубокого нокаута. Первым ожил Кенпачи и загоготал во все горло. Из его раны ручьем текла кровь, но капитан зловеще улыбался. Я остановился и понял, что наша битва очень скоро может перейти на иной уровень и тогда мне придется крайне неприятно. Не отрываясь, разглядывая Кенпачи, я заметил периферийным зрением, как поднимается Хирако Шинджи и, чертыхаясь отряхивает насевшую на хаори пыль. Этот капитан, судя по словам доносившимся из его рта, был крайне зол и хотел стереть меня в порошок или же пустить на котлеты. И то и другое отводили прелюдии в сторону, теперь наша битва переходит на следующую ступень. Отныне сражение будет идти в полную силу.
— Мальчик, ты меня позабавил, и я уже почти уважаю тебя! — вытрав кровь с губ, радостно произнес Кенпачи. — Но выдержишь ли ты второй раунд?! Ха-ха…
— Утырок! Я сам стираю свою одежду и очень опечален тем фактом, что теперь она напоминает половик, ты труп, сменный капитан! — гневно воскликнул Хирако, взмахнув зампакто. — Начнем с шикая или перейдем к куда более серьезным маневрам, что скажешь молокосос?!
— Предлагаю разорвать его в клочья и вручить эти останки лично Главнокомандующему в руки, этот тип явно враг и нужно его наказать за это! — голос Кенсея за спиной и по коже пробежал ледяной ураган, они оклемались, и скоро начнется основная партия.
— Ребята, отойдите в сторону и дайте мне совершить благое дело, — твердо произнес я, пока наши клинки не сплелись в грозном танце. У меня была последняя возможность достучаться до них и пояснить, что я не враг, а вот Айзен, и есть тот самый настоящий враг. Я направил указательный палец в сторону Соске и добавил, — он в ответе за глобальные разрушения и кто знает, что он затеял на самом деле и…
Смех прервал мои пояснения, и я был вынужден уклониться от натиска, что последовал со стороны Кенпачи. Капитан одиннадцатого отряда не хотел слушать, хотя о чем я думал? Этот парень не умеет слушать, ничего кроме звука битвы, и зевает при любом упоминаний о том, что лучше решить дело мирно. Его меч навострился на самое дорогое, что у меня есть. Интересно, Кенпачи специально метит в голову или это просто случайность? Но идти на поводу у грозного капитана означает проиграть. Я рубанул по его зампакто, что есть силы.
Звон металла, казалось, оглушил добрую половину Сейрейтея. Кенсей успел на выручку Кенпачи и играючи отбил мой следующий выпад своим миниатюрным кортиком. Делаю отскок и тут же встречаюсь с мечом Шинджи. Хирако пыхтит и старается одолеть меня силой, но куда ему тягаться с тем, кого натаскивал сам Король меча! Хватаю его за руку и с легкость отбрасываю в сторону. Раз уж пришло время для настоящей битвы, замахиваюсь зампакто и перед тем как рубануть воздух, выкрикиваю что есть силы:
— Гетсуга Теншоу!
Дуга ослепительно голубого света вырывается из моего зампакто, и уноситься в сторону Шинджи. Но наблюдать за исходом этой роковой встречи, совсем нет времени. Кенсей увидев реальную угрозу и осознав, что пришло время для серьезного противостояния, взвыл от возмущения.
— Сдуй его, Тачика…
Но он не смог договорить, по близлежащей территории ударил столб ослепляющего света. Кто-то еще решил присоединиться к моему избиению? Я сощурился и приготовился к чему угодно, крепко сжав зампакто и стиснув до боли зубы. Но в этот раз мне не пришлось вздрагивать от вида нового противника, совершив поступь, между мной и капитанами, что хотели порвать меня в клочья, материализовалась фигура моего отца. Он обернулся и презрительно посмотрел на меня.
— Вступать в битву против врага, что превосходит тебя числом — безрассудно, мой сменный капитан! — грозно выдал он на одном дыхании и покачал головой.
— Но…
— Нужно уведомлять меня раньше, желательно незадолго до того, как случается подобное, — он улыбнулся и чуть заметно подмигнул мне.
Ого, я буду драться бок о бок со своим отцом. Вот так номер! О таком я и помыслить не мог. Но высказывание отца, породили озадаченность в головах моих оппонентов и Кенсей деловито заявил:
— Ишшин, ты на стороне этого врага Общества душ?!
Отец пожал плечами и, ухватившись за рукоять зампакто, спокойно отозвался в ответ:
— Он из моего отряда и отчитываться за свои деяния будет только передо мной, а вы если хотите жить, то лучше отступите…
— Ха-ха, вот так бонус! — загоготал Кенпачи и облизнулся. — Подано жареным…
— Крайне неразумный выбор, теперь ты мой враг! — огрызнулся Кенсей и встал в боевую стойку.
Отец снова обернулся ко мне и едва слышно произнес:
— Если победим, то я угощаю, ты мне уже нравишься.
Я непроизвольно улыбнулся. Слышать от отца подобное, как-то непривычно, но прежде, чем поддаться предвкушению славного празднества, я сконцентрировался на поединке, двинувшись в атаку.
Карнавал мечей продолжался, а напряжение повысилось до предела. Ведь отец и сын – это поистине большая проблема для схватки, где можно с легкостью лишиться жизни. Ишшин жестом дал понять, что его противником будет Кенсей. Потом еще коротко буркнул:
- У нас давние счеты…
Я был не против, врагов хватало с избытком. Но оставался тот, кто немного пугал меня. Зараки Кенпачи замер и наблюдал за тем, как мы делили противников. Глаза его сияли и бегали, как два раскалённых уголька. Он выбирал с кем
