просто переживает сильно, в этом году двое из нашего дома попали к обречённым. Первая дочь нашего милода, и его брат младший. Всё просто в полном недоумении как такое может быть.
— А что случилось? — спросила я.
— Точно никто не знает, а они молчат, только Сорони, дочь хозяина когда её нашли всю в крови убитой служанки, сказала: “хитро, но так тому и быть”.
— Ага она попадает как убийца, а брат? — спросил Рома.
— А его обвинила подруга милоды Миры в том что он её попортил насильно, — вздохнул Лико, — вот это ваше жильё на эти дни.
Мы стояли около маленького сиреневого домика, ага флигель.
— Спасибо Лико.
Но парень уже отправился назад. Мы вошли в наш дом на пару дней.
— Странные истории, прям вот полная подстава и девушки и парня, — выдал Рома, отпуская Рико осматривать помещение.
— Согласна, — подтвердила я.
— Да почему? Всё же и так понятно, — возразил отец, — убила, а убрать не успела, прям на месте преступления и поймали. А с парнем, какая девица будет оговаривать себя, это же позор.
Мы с Ромой переглянулись, ну да среда и воспитание у нас разное в мирах, вот и мыслим по разному.
— Всё равно, надо будет проверить, — сказала я, — хотя, главный их, проверил же наверное.
— Ладно посмотрим, — махнул отец.
Мы проверили дом, выбрали себе комнаты и спустились, чтоб покушать. Но внизу нас ждала служанка, её отправили чтоб помогать нам, мы попросили её вскипятить воду на чай или отвар. Достали из своих запасов мясо и сладости, и посадили Дили пить чай с нами, заодно расспросили про дела дочери и брата хозяина.
Она нам рассказала тоже почти, что и Лико, только добавила, что всем до сих пор не верится, так как Сорони, была всегда добрая, внимательная. Видно, как выразилась Дили хорошо умела скрывать скверну, теперь понятно, куда пропадали последние годы некоторые слуги, а тут не успела.
А братец хозяина, бабник ещё тот, и что позарился на ту девицу, у него чуть ли не каждый день новая была и сами согласные, нет же силком взял девицу. Вот теперь и закончат жизнь такими молодыми.
Мы переглянулись, вот не верится мне что-то, что всё так просто. С другой стороны если их подставляют кому это надо?
— Катерин, не лезь ты в эти разборки, сделаем свою работу и домой, а им тут всем жить дальше, — вздохнул Степан, я пожала плечами.
Мы оставшийся день провели во флигеле, утром к нам пришёл сам главный.
— Простите, что времени нет всё поговорить, — начал он с порога, — скажите вы серьёзно хотите добровольно отправиться к высшим?
— Да, а что?
— Можно вас попросить?
— Мы готовы выслушать вас, а там посмотрим, — ответил Степан.
— Можно я ваших впишу, вместо дочери и брата? — выдохнул он.
— Нам как бы без разницы, но я сейчас вас спрошу, а вы подумайте, — начала я, — после разговора с главным, ваша подмена раскроется, мы же не задержимся, уйдём в свой мир, а вам что за это будет?
— От высших уйти нельзя, да и навряд ли вы дойдёте до короля, — сказал он.
— Вы же не глупый человек, и понимаете, что мы прибыли сюда, с малыми знаниями? Мы прекрасно знаем с кем нам придётся столкнуться, но у нас есть защита от высших и любых воздействий, так же мы в любой момент можем просто исчезнуть. Но вы решите сами, если мы пойдём в королевство высших в списке от вашего города, а потом исчезнем, что вам будет?
— Плохо будет, вы правы.
— А вы уверены что это совершили ваши родные? — спросил Рома.
— Да, они сами признались в своих преступлениях, — вздохнул он, — ладно спасибо что выслушали, и поняли меня. Пора на площадь, сегодня последний день, как раз вношу своих в список. Если вы всё-таки решили попасть в королевство к высшим, вам утром на заре, надо быть уже на площади, моих мы оставим уже после полуночи, если честно мы не знаем точного времени, когда прибывают за обречёнными, через три дня, мы выходим и вместо наших телег, стоят другие и рядом кони.
— Мы поняли вас, мы отправимся тогда с вашими родными, — подождём со всеми.
— Хорошо, тогда как только мы повезём их, я сообщу вам.
— А они берут с собой вещи? — спросила я.
— Нет, их забирают в чём есть, — грустно ответил он.
— Вы не поймите меня не правильно, но скажите можно у вас выкупить будет вещи вашей дочери и брата?
— Да я так отдам, даже драгоценности. Раз не смогут они их одевать, значит и никто из моей семьи не смогут к ним прикоснуться, — сказал он, — как вернусь, так соберу всё и пришлю со слугами. До вечера, вам.
И он удалился.
— Катюш, а зачем тебе вещи этих несчастных? — спросил Рома.
— И мне интересно, — подхватил отец.
— Если не получиться выкупить их, я просто их заберу, но не винные не умрут, а со своей женой пусть сам этот мэр разбирается.
— Почему ты решила, что это жена мэра, — удивился папа.
— Она и кто-то ещё, который и до этого ей помогал, и скорее всего это мужчина, возможно любовник. Старая песня, — пожала я плечами.
— Ну да я тоже на неё подумал, кому выгодно всё это? А так получается, брата как наследника, и дочь как наследницу убрали на законных основаниях. И если что, остаётся только она и их совместные дети, — выдал Рома.
— Идите вы, что у вас за мир то такой, что дети в семнадцать лет знают и понимают больше меня, — буркнул папа Стёпа.
Мы засмеялись. Прибежала наша Дили, приготовила завтрак и сообщила что она придёт позже, хозяин велел собрать все вещи дочери и брата, до мельчайших деталей, как в одежде, так и в украшениях, когда он вернётся с площади лично проверит, и если что-то пропадёт, он всех кто в доме сейчас будет, в список внесёт, как
