Читаем без скачивания В тылу врага - Александр Омельянович

— Рядовой Клюска просит назначить его проводником. Местность знаю хорошо, литовский и немецкий языки тоже. Я их доведу до места назначения.

Орлов, Василь и Бабинич взглянули на партизана.

— А как ваше здоровье? — спросил Бабинич. — Вы же были тяжело ранены. А братья?

— Эдек мог бы пойти со мной, а Ромек останется. Что касается меня, то я здоров. Чувствую себя хорошо. Задание выполню лучше, чем кто-либо другой.

— Ну, не будьте так самоуверенны, — улыбнулся Бабинич.

Майор Орлов спросил Генрика, хорошо ли он знает местность.

— Он родом из тех мест, — сказал Бабинич, — из пограничных районов.

Василю, который молча рассматривал Генрика, этот рослый парень сразу же понравился. Обменявшись с ним несколькими фразами, он обратился к командиру отряда:

— Разрешите, товарищ Бабинич, одолжить у вас этого партизана. Это как раз тот, кто нам нужен.

7

Генрик, лейтенант Василь и Эдек шли во главе десантной группы. Обоим братьям майор Орлов выдал новые автоматы. Едва только наступил вечер, они двинулись на север. Чарну Ханьчу пересекли возле деревни Микашувка, миновали Плоское озеро, деревню Дворчиско и вступили в непроходимый лес. Небо заволокло тучами. Назойливо жужжали комары.

Казалось, что бор не имел ни начала, ни конца. Обходили стороной перекрёстки, мосты, на которых могли подстерегать немецкие засады. Идти было тяжело. Приходилось нести оружие, радиостанцию и снаряжение. Начался дождь. Барабаня по листве и хвое, он заглушал шаги. Было уже далеко за полночь, когда группа достигла опушки бора и направилась в сторону деревни Бялогуры. Генрик с Василем подошли к дому Чокайло.

Спустя минуту все сидели в избе. Чокайло не видели Генрика с того времени, когда он, раненный, лежал у них, поэтому очень обрадовались встрече. Хотя жизнь крестьян во время оккупации была нелёгкой, хозяйка дома выставила на стол всё, что имела. Чокайло и Мелания рассказали Генрику об обстановке в окрестностях деревни. Повсюду разведчиков подстерегала опасность. Хозяева уговаривали их отдохнуть как следует, но время не ждало, они могли остаться здесь лишь до рассвета.

Попрощавшись с гостеприимными хозяевами, двинулись дальше. Шли полями. На рассвете добрались до деревни Скустеле, через которую проходило шоссе с оживлённым движением. Мимо них следовали колонны автомашин и войска. По другой стороне шоссе тянулся лес. Там они провели весь следующий день. Трое разведчиков установили наблюдение за шоссе. Сторожевые посты залегли на опушке леса. Натянули антенну, и Ольга передала в эфир зашифрованную радиограмму, в которой сообщила местонахождение группы и полученные разведывательные данные.

Едва спустились сумерки, партизаны двинулись дальше к границе с Литвой, обходя стороной деревни Романовце, Михновце, Жвикеле и другие. Границу пересекли между деревнями Полюньце и Станкуры. Теперь они были уже на литовской земле. В лесу между деревнями Вингранце и Бунишки остановились на целый день. Шёл дождь, смывая следы. Недалеко от деревни Вежболы увидели одиноко стоявшую хату. Генрик и Василь отправились на разведку. Литовец, услышав, что Генрик говорит на его родном языке, гостеприимно принял пришельцев и ответил на все их вопросы. До места назначения оставалось ещё несколько километров, но остаток пути не предвещал особых трудностей. На ближайшем привале Генрик и Эдек стали советоваться, что им делать дальше. Задание, которое они взяли на себя, было выполнено: они привели десантную группу в Литву. Надо было возвращаться в отряд. Однако это их не особенно устраивало. Их увлекла перспектива борьбы с врагом в новых условиях. Разведка, засады, сбор информации непосредственно для фронта — это было ново и заманчиво. Хотя они знали десантников всего несколько дней, но успели крепко подружиться с ними. Рассказы о фронтовой жизни, молодость, весёлость и непосредственность парашютистов располагали к себе.

Братья рады были бы остаться, но не знали, как будет встречено это предложение. Как-никак парашютисты представляли собой подразделение регулярной армии, и неизвестно, имели ли они право принимать добровольцев, тем более другой национальности. Одно дело — временное сотрудничество, другое — постоянная работа в разведке. На эту тему они никогда но разговаривали ни с Василем, ни с другими. Они не хотели навязываться и боялись получить отказ.

Партизаны тактично отошли в сторону, не мешая десантникам совещаться, хотя и предполагали, что это совещание связано с тем, что группа прибыла к месту назначения. Лишь спустя некоторое время к братьям подсел Василь. Он закурил и выжидательно взглянул на Генрика. Наступила минута неловкого молчания. Первым нарушил его Генрик.

— Слушай, Василь, — промолвил он. — Мы должны были довести вас до Литвы.

— Да, Генрик.

— Задание мы выполнили. Нам пора возвращаться.

— Ваше право, — сказал Василь. — Но мне почему-то кажется, что вы останетесь с нами.

— А можно?

— А почему нет? — удивился Василь. — Я тебе откровенно скажу, Генрик: вы нам пришлись по душе. Ты парень смелый. Как тебя не полюбить!

— Мы сами думали над тем, чтобы остаться с вами. Но как это сделать?

Василий рассмеялся:

— А вот так! Дай руку!

Он крепко пожал протянутую руку Генрика и продолжал:

— Главное, чтобы вы хотели. А формальностей никаких не будет, никакой бумажки вы не получите. Если немцы схватят нас, то всё равно убьют — неважно, кто ты: поляк или русский. Позже, когда сюда придут наши, оформим вас по всем правилам.

— Значит, нас примут в Красную Армию?

— Конечно.

— Но мы же поляки.

— Ну и что? Это наше общее дело — бить фашистов. А разве мало среди нас поляков? Много. И для вас найдётся место, я гарантирую.

— Мы согласны, — промолвил Генрик. — Остаёмся.

Ударили, как положено, по рукам, а остальные разведчики, узнав в чём дело, подошли к ним и начали обнимать и поздравлять от всей души. Сразу стало легче, у всех поднялось настроение.

Так состоялся их приём в разведывательную группу. Генрик остался Генриком, а Эдека окрестили Аликом.

Пополнившись ещё двумя партизанами, десантная группа снова двинулась в путь. Разведчики обходили стороной деревни, шли через леса и поля. Спустя два дня без особых приключений вошли в огромный бор, тянувшийся до самого Шостакува — конечного пункта их пути. В нескольких километрах от деревни Видзгалляй в глубине леса разбили базу. По радио сообщили в Центр о местонахождении группы. На следующий день на разведку под Шостакув отправилось два дозора. Один из них должен был следить за движением к железнодорожному узлу, другой — на перекрёстке дорог. С помощью сильных биноклей разведчики установили постоянное наблюдение за перевозками противника, фиксируя следовавшие по железной дороге платформы с танками и артиллерией, а также проезжавшие по шоссе автомашины и их опознавательные знаки. (Каждая немецкая часть имела свой отличительный знак в виде льва, быка, птицы, рыбы и т. п. Эти знаки были нарисованы на танках, орудиях, автомашинах и других средствах передвижения. По ним можно было установить, в состав каких дивизии или армий они входят.)

Весь день дозоры вели наблюдение, а когда опустились сумерки и видимость ухудшилась, они вернулись на базу. Уже в первый день удалось собрать весьма ценные сведения. Василь составлял радиограммы в Центр. Радистка Ольга ночью передавала их.

Когда на шоссе или железной дороге наблюдалось что-нибудь особенно важное, шифрованные радиограммы посылали в эфир немедленно. Не один транспорт противника был встречен в пути советской авиацией и не дошёл до фронта. Помимо постоянного наблюдения за движением на железнодорожном узле Шостакув разведчики совершали и более дальние вылазки: под город Кальварию и в другие пункты. Вели наблюдение, собирали информацию у литовцев. Так проходили день за днём. Продовольственные запасы разведчиков довольно быстро истощились, и им пришлось доставать продукты у местных жителей.

8

Подходила к концу первая неделя их пребывания в лесу под Шостакувом. В один из вечеров Генрик, Эдек и Саша возвращались с задания на базу. Запутанная лесная тропинка вилась среди кустов. Разведчики шли осторожно. Вдруг впереди послышались голоса. Разговаривали по-немецки. Разведчики притаились. По тропинке шли двое немцев. Рукопашная схватка была короткой. Связанные, с заткнутыми ртами, пленные были доставлены на базу. Они оказались унтер-офицерами артиллерийского полка, стоявшего в близлежащей деревне. Генрик и Василь начали допрос. Численность полка, количество орудий, командный состав и десятки других подробностей были переданы радиограммой в Центр.

Исчезновение унтер-офицеров вызвало переполох в их части. Начались поиски. Высланные Василем дозоры доложили, что немцы готовят артналёт на лес и облаву. Необходимо было избежать боя и сменить месторасположение. Ночью двинулись к бухтянским лесам. В глубине их находились болота и непроходимые топи. Лучшее место для базы найти было трудно. Проскользнув мимо расставленных на каждом шагу вокруг леса постов, разведчики пересекли оживлённое шоссе и железнодорожную линию. В бухтянских лесах почувствовали себя как дома.