Читаем без скачивания Сердечные перемены - Джуд Деверо

Не обмениваясь ни словом, Таггерт и Джулиан сидели возле весело потрескивающего костра. Прошло уже больше часа с тех пор, как Рэнди ушла.

Уоллес нутром чуял, что его отношения с шефом, всегда носившие чисто деловой характер, претерпевают необъяснимые изменения.

Не выдержав, Джулиан глубоко вздохнул и спросил:

- А вы сказали Рэнди, что любите ее? - Фрэнк молча и задумчиво смотрел на огонь. - Конечно, при желании вы способны одурачить кого угодно, но только не меня. Когда вы поняли, что полюбили?

- Как только увидел, что не нравлюсь ей, - бросил Таггерт.

- Фрэнк, я не знаю пока ни одного человека, которому вы нравитесь.

Таггерт криво усмехнулся:

- Вы говорите о тех, кто завидует моему положению в обществе или тому, что у меня есть деньги, а у них - нет. Кроме того, это совсем не значит, что их неприязнь или зависть вызывает во мне ответные чувства.

- Не обманывайте себя, Фрэнк. - Уоллес подбросил в костер сосновое полено.

- Их раздражает ваша душевная холодность.

- Ну это кого как. Женщин, например, нет.

- Правда. Только они почему-то всегда считают своим долгом с первой же встречи с вами прикидываться законченными дурами. Меня это всегда удивляло.

- А что здесь странного? Подкрасться к чужим деньгам всегда проще, усыпив бдительность. Кстати, - Таггерт перешел на шепот, - я владею великолепной техникой секса, а энергии у меня еще больше, чем денег!

- Скажите по секрету, где вы изучили эту технику? В воскресной школе?

- Да. Я был отличником...

- Рэнди не похожа на других, правда? - перебил его Уоллес.

- Она обладает тем, чего не хватает мне. От нее веет теплотой и мягкостью.

Рэнди, я уверен, любит легко и свободно, без всяких условностей, ей абсолютно безразлично, богат ее избранник или беден. Такая женщина, как Миранда, может в корне изменить любого мужчину, но ей необходима взаимность. Если, например, возлюбленный вдруг забудет поздравить ее с днем рождения, она, по-моему, сочтет это достаточным основанием для разрыва.

- Рэнди не полюбит того, кто способен забыть о ее дне рождения.

- Ну если бы такой казус произошел со мной, то, полагаю, путешествие в Париж неделей позже заставило бы ее простить столь досадный промах.

- Простила бы... Неужели, по-вашему, Рэнди подходит вам? Вашему стилю жизни? Если не ошибаюсь, ваша последняя пассия защитила докторскую диссертацию по китайской поэзии, свободно владела четырьмя языками и даже площадной бранью.

- Джулиан вспомнил свое объяснение с бесноватой лингвисткой.

- Наша докторша была скучна до безобразия, - заметил Фрэнк. - Джулиан, не знаю, как это объяснить, но за эти два года со мной что-то произошло. Я бы назвал это душевными переменами, но, вы знаете, почти все считают, что у меня вообще нет души. Те, кто посмелее, иногда спрашивают меня, что я собираюсь делать с такими деньгами. Я с глубокомысленной миной отхожу в сторону, но вообще-то действительно не знаю, что ответить, ведь вопрос-то не праздный.

Продолжать вкладывать деньги в дело? Корпорация и так дает солидный доход.

Что-нибудь купить для себя? Но у меня есть все, что нужно. Если у меня нет необходимости в яхте за сто тысяч, я никогда не стану покупать ее ради дешевого эффекта. Я просто хочу... - Он вдруг умолк.

- Вы хотите выиграть, - довольно жестко отрезал Джулиан, хотя почувствовал жалость к боссу.

- Да, может, и так.

- Что же произошло с вами два года назад?

- Я познакомился с мальчиком по имени Илай, честолюбивым и так сильно стремившимся к самосовершенствованию, что мне показалось, будто я встретил самого себя. Мальчик воровал в офисах бланки официальных документов и рассылал на них письма.

- Конечно, тайком - Еще бы! Но его цели! Он вот так стремился помочь людям. И тогда я стал мечтать о таком сыне. Тогда я впервые в жизни подумал о том, чтобы завести ребенка.

- Слава Богу, последний из Таггертов образумился!

- Ах да, моя семейка! - Он усмехнулся. - Порой мне кажется, они спят и видят меня в роли отца. Мои братцы размножаются как кролики.

- Понятно. А вы вроде были отщепенцем. Но наконец повстречали Рэнди.

- Да. Рэнди. Настоящую женщину. И я не желаю другой матери моим детям. Тогда еще и жены для себя, не забывайте.

- Само собой. - Фрэнк тяжело вздохнул. - Когда со мной произошла эта глупость, - он указал на свою руку, - я временно вышел из строя, и у меня появилось время разобраться в себе. Если бы я, предположим, свернул себе шею, мне бы не помогли ни миллиард долларов, ни десять миллиардов.

И никто не пришел бы всплакнуть на мою могилу. На следующий день после неприятности с рукой мне позвонила наша любительница китайских стихов. Думаете, чтобы выразить сочувствие? Узнать, не нужна ли помощь? Дудки! Ее интересовало, не вызывает ли у меня боль повышенного желания!

- Почему бы вам не рассказать обо всем этом Рэнди?

- О чем? О том, что я всю жизнь ищу такую женщину, как она? Ей, приехавшей сюда ухаживать за человеком, сломавшим руку? Любой здравомыслящий человек в такой ситуации сочтет меня либо сумасшедшим, либо законченным жмотом, пытающимся таким образом зажать причитающееся жалованье.

- Скажите ей честно, что она нужна вам.

- Рэнди не поверит. Для чего нужна? Для приготовления еды днем и для постели ночью? А ведь именно так она и подумает.

- Фрэнк, я не удивляюсь, что вас ненавидят женщины.

- Да? Однако эта ненависть проявляется явно лишь тогда, когда я даю им понять, что не собираюсь жениться, а уж тем более давать право распоряжаться моими деньгами.

Воцарилось долгое молчание, но наконец Джулиан нарушил его:

- У вас, кажется, и впрямь нет сердца. Неужели вам не ясно, что если вы не объясните Рэнди того, что происходит внутри вас, то потеряете ее навсегда?

- Джулиан, вы знаете, как я умею делать деньги. В бизнесе меня мало беспокоит то, что обо мне подумают деловые партнеры. Это как азартная игра, ведущая к выигрышу или проигрышу, когда важен процесс, а не результат. С моим капиталом я могу позволить себе поразвлечься. Но с Рэнди...

- Мысль сумбурная, но, в общем, я вас понял. Вы не решаетесь сказать ей все, опасаясь, что она навсегда исчезнет из вашей жизни?

Таггерт посмотрел на Уоллеса каким-то незнакомым взглядом:

- Я не переживу, если она исчезнет.

- Вы так сильно полюбили ее? - изумился Джулиан.

Лицо Фрэнка снова превратилось в обычную холодную маску:

- Не понимаю сам, почему... почему так случилось, но, боюсь, вы правы.

- Так что вы тогда сидите, черт побери? Скажите ей об этом, пока не поздно!

- Думаю, это хороший совет, - пробормотал Фрэнк, уставившись на огонь.

- Несмотря на все, что вы говорили, некоторые женщины действительно проявляли к вам интерес, именно к вам, а не к вашим деньгам. Но вы и их причислили к акулам, выискивающим жирную добычу. Мои слова - не просто догадка, вы же знаете, мне почти всегда приходилось играть роль громоотвода, выслушивая обиды и претензии покинутых дам. Исходя из своего опыта, рискну утверждать, что Рэнди совсем не похожа на женщину, избалованную мужским вниманием, она проста, непосредственна, явно относится к среднему классу, и ко всему прочему вы ей нравитесь. Рэнди, конечно, станет это отрицать, но я видел ее глаза. Пытаясь развлечь эту женщину на берегу, я заметил, что она испытывает к вам вполне определенный интерес. Так вот, я убежден, она может полюбить вас, вы ей небезразличны. Я совсем не собираюсь уговаривать вас объясниться с Рэнди, а уж тем более не хочу утирать ей слезы - и вообще отказываюсь впредь заниматься делами подобного рода В данном случае я просто констатирую факт.

Джулиан перевел дух, надеясь, что Таггерт ответит ему, но тот молчал.

- Фрэнк, я работаю у вас десять лет, восхищаюсь вашим талантом вести коммерческие операции, уважаю вас и, признаюсь, временами даже завидую вам. Но сейчас я не чувствую ничего, кроме жалости. Примите мои соболезнования!

Пренебрегая своими интересами, я исполнял ваши поручения, заключал сделки по купле-продаже... Например, этот уик-энд я собирался провести в обществе прекрасной девушки, но вам понадобилась эта проклятая отчетность. Вы позвонили мне и приказали доставить все бумаги, не попросили, а именно приказали. Послав все мысленно к черту, я покинул эту девушку и примчался сюда Очень сомневаюсь, что она теперь захочет со мной разговаривать.

- Жалованье, которое я выплачиваю вам, дает мне право приказывать.

- Без сомнения. Вы платите мне так много, что я и не помышляю о другой работе. Я уже сейчас могу уволиться и безбедно жить до самой смерти. - Уоллес с недоброй улыбкой взглянул на Таггерта. - Что, собственно, я и намерен сделать.

Прошение об уходе я подам в понедельник, Он вскочил, немного потоптался у костра, ожидая, что Фрэнк остановит его, и, поскольку тот молчал, быстро направился по тропинке.

Глава 10

Когда Джулиан вернулся домой, Рэнди, обуреваемая яростью, готовила оладьи.