её автором.
– Писатель Ким тебе не понравился?
– Не могу сказать, что я от него в восторге, – честно призналась она. – Но сделаю всё от меня зависящее, чтобы его вторая книга поскорее увидела свет. Не ради него и его будущих успехов, а ради «Хэппи Букс».
– Правильно рассуждаешь, – покивал собеседник. – Рад видеть, что ты предана издательству. Для бумажных книг сейчас настали сложные времена. Ты и сама, как я заметил, в основном читаешь вебтуны в своём телефоне. Как почти вся молодёжь. Это удобнее, мобильнее, не нужно носить с собой лишний груз, если привык читать в общественном транспорте. Но ведь электронную книгу нельзя понюхать, положить под подушку, подарить другу с радующей его подписью, которую он, возможно, будет перечитывать через годы и вспоминать о тебе…
О Гихун погрузился в ностальгию о временах, когда никаких цифровых альтернатив бумажным книгам не было. И в чём-то Хан Минси его очень хорошо понимала. У неё тоже лежали книги, подаренные когда-то мамой или подругами. Они всегда подписывали их тёплыми и ободряющими поздравительными словами, и, листая книжные страницы, она мысленно переносилась в те дни, когда получила эти подарки. Но нельзя не признать, что время не стоит на месте, и если молодые люди предпочитают читать вебтуны на экранах своих смартфонов и планшетов, заинтересовать их книгами на бумаге едва ли получится; скорее, те придётся оставить для старшего поколения, ещё не утратившего старые привычки.
Минси подумала, что сотрудники входящих в корпорацию «Мун Групп» компаний, которые занимались электронными, выходящими по главам, книгами и вебтунами, наверняка зарабатывали больше и никогда не сомневались в нужности своего дела. Но она тоже не желала в этом сомневаться. И всякий раз, когда оказывалась в книжных магазинах и видела там изданные в «Хэппи Букс» книги, не могла сдержать радости и гордости от причастности к их созданию, хоть та и была невелика.
Остаток рабочего дня прошёл спокойно. Хан Минси занималась исключительно своими прямыми обязанностями, потому что Чхве Мигён вышла на работу. Правда, отправлять писателю Киму приглашение на вечеринку издательства пришлось всё-таки самой, а не коллеге, ведь это нужно было сделать ещё вчера.
Подумать только, как много меняется лишь от одного случайного поступка! Если бы Ким Хэджин получил своё приглашение, а Ким Бора адресованное ей письмо, ничего бы не случилось. И всё не изменилось бы так разительно. Ли Джунхо так и не заметил бы скромную молодую сотрудницу, проходя мимо неё в коридорах здания, а может, даже и не узнал про её существование. И она не стала бы личным редактором молодого, но весьма амбициозного писателя, чья первая книга ей совершенно не понравилась.
После работы Минси вместе с Сухёном поехала на метро в кафе, где она договорилась встретиться с подругами. На этот раз даже Ча Юми не опоздала. Все явились вовремя и сгорали от желания немедленно услышать рассказ, как прошла встреча с писателем Кимом.
И она рассказала. Про писателя, про его кошку по имени Сиянь, про сломанный в его доме лифт и десятый этаж, на который ей завтра придётся тащить кофе. Похоже, Ким Хэджин решил, что Хан Минси будет отрабатывать свою вину перед ним, иной причины для требования сделаться его личным редактором она не видела.
– А может, ты ему понравилась? – предположила Юн Черён.
– В таком-то виде?!
– Или наш совместно выбранный и купленный подарок так его впечатлил, – заметила Бора.
– Да ну, вряд ли, – усомнилась Минси. – Что он, сам не мог себе свой любимый мятный шоколад купить? Просто этот писатель очень вредный и ехидный тип! – заключила она.
– Ты же сказала, что он симпатичный молодой человек, – приподняла выщипанные брови Юми.
– Как будто симпатичный молодой человек не может быть вредным и ехидным типом! Мог бы сам спуститься и выпить кофе в ближайшей кофейне! Или курьера с кофе на вынос вызвать, а не меня заставлять!
– Дался тебе этот кофе, – покачала головой Бора, снова проявив свойственную людям её профессии серьёзность и основательность. – Я бы на твоём месте лучше о другом побеспокоилась. Например, о том, сможешь ли ты объективно оценить его рукопись и помочь ей стать лучше.
– Не уверена, – вздохнула Минси.
В это время им наконец-то принесли заказ, и она с аппетитом набросилась на острую жареную курочку.
Утолив первый голод, они принялись обсуждать дальнейшую тактику. В итоге пришли к выводу, что Хан Минси нужно придержать свой острый язычок и постараться угодить писателю Киму. Да, он может капризничать и выводить её из себя, но нельзя забывать, что на кону стоит карьера!
– А не заглянуть ли нам в норэбан[25]? – предложил Сон Сухён. Поначалу он почти всё время молчал, слушая девушек, но немного осмелел и решил проявить инициативу. – Я плачу.
– О, это я всегда за! – поддержала его идею Черён, которая очень хорошо пела и с детства мечтала выступать на сцене.
– Только не пой, пожалуйста, трот[26]! – попросила Сухёна Минси, зная о его старомодном пристрастии к этому жанру.
– Ну пожалуйста, всего одну песню! – скорчив умильную гримасу, взмолился он. И она рассмеялась, снова чувствуя себя расслабленной и счастливой в дружеской компании.
Вот бы рядом с директором Ли так себя ощущать! Но его было практически невозможно представить в такой обстановке – в маленькой закусочной с курочкой и пивом, с красными пластиковыми столиками и шумной говорливой аджуммой[27], которая владела этим скромным заведением и самолично обслуживала посетителей. Такие люди, как он, должны поедать дорогие стейки в ресторанах пятизвёздочных отелей. И не петь в караоке, а ходить на концерты оперной музыки. Вот такое ему бы действительно подошло, и наверняка именно так Ли Джунхо и проводил своё свободное время. Ну, может, ещё в гольф играл. Гольф – если судить по дорамам о чеболях[28]– представлялся Минси спортом богатых людей, недоступным простым смертным вроде неё самой.
И всё же она была счастлива оставаться собой и на своём месте, не мечтая о том, что могла бы родиться в другой семье, у других родителей, с другим положением. Что толку предаваться пустым иллюзиям? Нужно строить жизнь, исходя из той точки, в которой находишься, и не сравнивать себя с другими, которым, может быть, в чём-то повезло больше, чем ей. Зато у них, возможно, не было такой ласковой, любящей и самоотверженной матери, как у неё. Или таких замечательных подруг, с которыми можно и в огонь, и в воду!
Расплатившись с хозяйкой, они всей компанией двинулись в норэбан, где Сон Сухён исполнил свой обожаемый
