этой суке. Срок давно наступил, и, к сожалению, он продлился слишком недолго.
Когда они сели в Субару Сары, Вик и я ехали следом на Харлее.
— Остальные будут в порядке без нас? — спросила я, думая о теле Логана и двух его отвергнутых любовницах.
Вик кивнул, но не сказал очевидного: конечно, они будут в порядке. Мы были в школе Прескотта, это наша территория.
Мы залезли на байк и держали безопасное расстояние. Слишком безопасное, на мой взгляд. Постоянно гадала, потеряем ли мы их.
Мои руки крепко обвились вокруг талии Вика, и я закрыла глаза. Здесь чувствовала себя безопаснее всего. Во всем мире это было единственным местом, где я на самом деле могла быть собой. Потому что Виктор меня не видел, но был здесь. Потому что он не знал, плакала ли я.
Сжала веки сильнее, и он убрал одну руку с руля, чтобы прикоснуться ко мне. Все длилось лишь секунду, но этого было достаточно. Так взаимодействовали я и Вик. Нам не нужно было проговаривать все словами. Как только я произнесла то судьбоносное слово — Хавок — думаю, мы оба знали.
Нас никогда невозможно будет разъединить, не без кровопролития.
Спустя несколько кварталов, стала понятно, что Сара на самом деле никуда не ехала.
Она просто катала Кали.
Наконец, мы остановились на парковке школы Прескотт. Кали вышла из машины Сары, и села в чью-то другую.
— Чья это машина? — спросила я Вика, а он лишь издал смешок.
— Кайлера, — сказал он, когда к нам присоединились другие парни Хавок.
— Куда, думаешь, они поедут? — обыденно спросил Кэл, его руки были засунуты в карманы.
— На афтерпати, — сказала я, и Вик кивнул, заводя двигатель.
— Встретимся там, — сказал он остальным, и мы выехали с парковки и поехали за Кайлером.
* * *
Афтерпати организовала никто иная, как небезызвестная Стейси Лэнгфорд. Нам даже не надо было знать, где это будет — у нас попросили разрешения провести ее в Вендлинг. Это буквально город-призрак, построенный компанией «Бут-Келли Ламбер» во второй половине 1800-х годов. Все, что от него сейчас осталось, — это несколько разрушающихся каменных зданий, в том числе часть тюремной камеры. В основном это зона тяжело проходимых лесов по среди гребаной пустоты.
Совсем рядом возник сельский район, но и там дома уже заброшены. Некоторые люди просто не смогли пережить пандемию, когда все деньги, вырученные в рамках финансовой помощи, пойдут жадным банкам и корпоративным дерьмо-компаниям. Можете поблагодарить COVID-19 и наше коррумпированное правительство за находящиеся поблизости пустые дома.
Этой ночью кто-то украсил мост огнями. Из крошечных колонок громко играла музыка, а место кишело студентами. Не такое модное, как организованная Стейси вечеринка Хэллоуина, но, опять-таки, это День Снежка, так что всем все равно. Ученики Прескотта выкладывали линии кокаина на голые животы худеньких девочек Оак Вэлли и качков из Фуллера с жестким прессом.
Вик не потрудился припарковаться на краю улицы. Вместо этого он заехал на своем байке прямо в толпу, заставив их разойтись в стороны, как Красное море. Когда мы слезли, все пялились на нас
— Пошли, малышка, — сказал он, беря меня за руку и ведя к холодильнику, наполненному напитками.
Вик открыл пиво и протянул его мне, его глаза были прикованы к машине Кайлера. Нет смысла пытаться прятаться, они знали, что мы придем. Кали сидела на капоте, а Кайлер стоял рядом. Пока мы следили за ними, Кайлер бросил взгляд через плечо, а потом отмахнулся от Виктора.
Виктор лишь улыбнулся.
— Будь осторожна сегодня, — сказал он, опираясь на свой байк. — Учитывая, что оба его брата мертвы, Кайлер не будет играть в игры.
Я кивнула, но мое внимание было приковано не к Кайлеру Энсбруку. А к Кали.
Мои руки чесались от темного желания обвить ее горло, как Вик сделал с Логаном. Часть меня ненавидела себя за то, что хотела так сильно причинить ей боль. Остальная же часть знала, что другого выхода не было. Если мир не заставит таких засранцев, как Кали, отвечать за свои поступки, они так и останутся засранцами.
А Кали.. может быть, она не такая плохая, как Найл, или не так опасна миру, как Эрик Кушнер. Но она — мой особенный монстр, мой личный демон.
Я сделала глоток пива, когда подъехал Бронко Аарона и из него вылезли остальные три парня. Камаро сейчас был не в самой горячей форме, его оставили припаркованным в гараже. Готова поспорить, Хаэль безумно скучал по машине, но сложно сфокусироваться на чем-то ином, кроме возвращения Аарона. Меня убивало видеть автомобиль и знать, что он не в нем.
— Здесь пахнет жестокостью и незаконченными делами, — сказал Хаэль с острой ухмылкой. В правой руке он держал пару болторезов. Я опустила на них взгляд, вспоминая сцену в кабинете Ванна. Потом подняла глаза и обнаружила, что Хаэль осторожно меня изучал. — Взял их для ворот на холме, — сказал он, кивая подбородком в общем направлении. — Там находятся старая площадка и кладбище, но, технически, эта земля все еще принадлежит лесозаготовительной компании.
— Детская площадка и кладбище, — аккуратно повторила. Я была в Вендлинге раньше. Не было ни одного человека, выросшего в Спрингфилде, который бы не знал о старом городе-призраке. Это идеальное место для вечеринок, идеальное место, чтобы тайно перепихнуться или покурить. — Подходит. Вик, не мог бы ты открыть сумку?
Он сделал, как я попросила, открыв ее, и достал коробку, которую я никогда раньше не видела. Она располагалась поверх того, что мне было нужно: маска, пистолет и нож.
Прежде чем у меня появилась возможно спросить, Вик достал коробку и протянул ее мне.
— Моя королева, — сказал он, улыбка изогнула его губы.
Его татуированные пальцы подняли крышку, и внутри оказалась корона. Прямо, как я просила. Уставившись на нее, подумала, либо он заплатил за это слишком много.. или же украл ее. Надеюсь, второй вариант. Я подняла взгляд на черные глаза, когда мой рот немного нахмурился.
Корона была прекрасной, сделанная из какого-то темного металла, который переливался в абстрактном свете фар припаркованных машин. Здесь не было другого света, и даже если бы
