– Нормальное у меня настроение…
Он произносит это таким тоном, что я не могу сдержать смешок. Присаживаюсь рядом и внимательно вглядываюсь в его лицо.
– Сердишься на меня? Давай начистоту.
– Ты здесь только потому что она попросила?
– Айрис? – вопросительно вскидываю бровь. – Нет. Это было моё решение. Прости, что давно не виделись. Не было возможности приехать.
Он кивает мол «ладно, прощаю».
– И чем это ты был так занят? Девчонками? – выдаёт, насупившись.
Хохочу и качаю головой.
– Нет. Много работал и тренировался.
– Я видел, как ты уделал Баргиссона. Молоток! Когда у тебя следующий бой? – приподнимается на руках, чтобы занять удобное сидячее положение.
– В следующую среду. Будешь за меня болеть?
– Если у меня будет возможность, – ядовито отзывается Хью, ловко жонглируя моими же словами.
Смеюсь и, поддавшись внутреннему порыву, прижимаю мальчишку к себе. Тот сперва замирает, а потом, когда я уже хочу отстраниться, внезапно цепляется за меня в ответ и начинает… плакать.
– Я думал, что ты бросил меня. Бросил… – не удержавшись, шмыгает носом.
– Ты чего? Что ещё за глупости, дружище! – хлопаю его по спине.
– Мне недолго осталось, Картер, – шепчет вдруг он. – Я чувствую, понимаешь? Вот посмотришь, завтра эти монстры в белых халатах скажут, что у меня всё плохо.
От этих его слов становится не по себе.
– Ерунда, Хью, всё будет хорошо, – пытаюсь сглотнуть ком, застрявший в горле.
– Хочу застать тот момент, когда ты станешь чемпионом. Так чтоб номером один. Самым-самым, понимаешь? – восхищённо бормочет он.
Хочу застать тот момент…
Чёрт возьми, передо мной девятилетний мальчишка. Мальчишка, который спокойно произносит фразы, от которых в жилах стынет кровь, и мороз расползается по коже.
– Застанешь, – уверенно заявляю я. – И хватит накручивать наперёд, что за привычка?
– Надо быть реалистом, – глубокомысленно заключает он. – Как там твоя девчонка? Та, с которой я запускал змея, – уточняет он и пятится назад, смущённый проявленной слабостью. (Так-то подобные моменты для него крайне редки).
Ошарашил, конечно, своим вопросом.
– Она во Флориде, Хью. Готовится к чемпионату мира по художественной гимнастике.
– Не понял, – озадаченно хмурит брови, в недоумении глядя на меня. – Ты в Калифорнии, а она во Флориде? Как так?
– У неё всё в порядке, не переживай.
– Это она тебе сказала? – сощуривает один глаз.
– Нет, но я знаю. Так что переживать не стоит.
– Ты что… одну её туда отпустил? – наезжает на меня малец. – А если она там задружит с кем-нибудь?
– Ты посмотришь, что я тебе привёз? – протягиваю большой бумажный пакет, надеясь отвлечь его внимание от щепетильной темы. Но тщетно…
– Мне она нравилась вообще-то.
Игнорирую его комментарий.
– Открывай давай пакет.
– Да на черта мне твой пакет сдался, когда тут такие новости! – возмущается и складывает руки на груди.
– Ну раз ты не настроен принимать от меня подарки, то я, пожалуй, пойду.
– Почему ты не хочешь говорить об этой девчонке?
Да твою же ж мать! Порой этот несносный парнишка просто невыносим!
– Хью, мы с Роуз больше не вместе.
– Почему? – искренне не понимает он.
Вот же заладил, почему да почему!
– Ты ж влюблён был в неё по самые помидоры. Как очумелый на неё пялился.
– Иногда взрослые люди… расходятся. Так вышло. Ясно?
В принципе это всё, что я могу ему сказать.
– Вообще не ясно, – хмыкает он. – Роуз – красивая, забавная и весёлая. Мало ест и к тому же, умеет играть в приставку. Чего тебе ещё надо?
Да действительно чего…
– Ладно, Хью, мне и правда пора. Загляни, там много интересного, – настойчиво вкладываю пакет ему в руки.
– Ооо, планшет! С ума сойти! – наконец переключается он. – Ой сколько всего, ты что банк ограбил?
– Нет, уделал джокера, – хохотнув, встаю с постели и коротким жестом взъерошиваю его волосы. – До встречи, бандит. Я ещё зайду перед отъездом.
– Ага, если возможности будут, – язвит он, включая ipad.
Разворачиваюсь и шагаю к выходу. Пальцы уже касаются дверной ручки, когда голос Хью меня останавливает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ты же говорил, что это навсегда, чуть ли не любовь до гроба. Помнишь? Распинался, когда я не хотел принимать девчонку в нашу компанию.
Опять двадцать пять... Никак не успокоится.
Растеряно смотрю на мальчишку, ожидающего услышать от меня хоть какой-то вразумительный ответ.
– Говорил, – устало киваю, соглашаясь.
– Выходит, натрепал? – изгибает бровь.
– Нет. Так и есть, приятель.
Он пытает меня внимательным взглядом.
– Странные вы взрослые. Вечно сами себе всё усложняете.
– Давай, Хью, до встречи, – прощаюсь, вскидывая пятерню.
Торопливо открываю дверь и выхожу в коридор. Не знаю почему, но ощущаю я себя погано. Поразительно насколько легко может вывести из равновесия ребёнок, просто озвучивший свои мысли.
Ты же говорил, что это навсегда, чуть ли не любовь до гроба. Помнишь?
Помню, Хью… Помню.
Оказавшись на первом этаже, покупаю в автомате кофе. Невкусный, пресный. Совершенно никакой…
Иду на улицу. Там уже вовсю хозяйничает стихия. Ветер поднялся, гремят раскаты грома, и молния вспышкой разрезает тёмно-графитовое небо.
Секунда – и начинается самый настоящий ливень. Как я и предсказывал.
Стою, облокотившись о колонну, и медленно раскуриваю сигарету, наслаждаясь ни с чем не сравнимым запахом дождя. Люди суетятся. Спешат поскорее спрятаться под крышей или в своём авто, а по асфальту стремительно растекаются целые реки.
Мой взгляд блуждает по парковке. Спотыкается о чью-то фигуру, и я прищуриваюсь…
Может, человеку стало нехорошо? Почему он не торопится укрыться?
Выкидываю окурок и выхожу под дождь. По мере приближения начинаю понимать, что на асфальте сидит женщина. А когда до неё остаётся всего несколько шагов, я застываю на месте как вкопанный. Потому что она поворачивается, и мы сталкиваемся взглядами.
Замечательно… Только встречи с ней мне не хватало!
Однако в секунду накатившая злость и обида уступают место удивлению и растерянности. Уж слишком она изменилась. Худая до ужаса, бледная, слабая. Совсем не похожа на себя прежнюю… Разве что глаза транслируют те эмоции, которые всегда предназначались лишь мне.
Переборов внутренний протест, сжимаю челюсти и, наступив на горло собственной гордости, всё же делаю это. Интересуюсь, всё ли в порядке…
Глава 9
РОУЗ
На большом плазменном экране демонстрируют таблицу с оценками. Пробежавшись по ней глазами, с досадой отмечаю, что не хватило совсем чуть-чуть! Впрочем, как обычно…
Оценка прежде всего зависит от сложности упражнения и чистоты исполнения. Чем больше в упражнении мастерства (элементов с предметом) и бросков с риском потери, тем выше оценка, которую выставляют две основные бригады судей. Судьи бригады D оценивают трудность упражнения, а судьи бригады E – исполнение и артистизм. Причём у каждого судьи разная функция. Например, судьи D1 и D2 записывают содержание упражнения особыми символами и оценивают танцевальные шаги и элементы тела. Судьи E1 и Е2 фиксируют сбавки за артистизм и непопадание в музыку, а судьи Е3 – Е6 выявляют технические ошибки. Здесь-то меня и заминусовали… Немного, но этого хватило. Хватило для того, чтобы слететь с первого места.
По итогу в индивидуальном зачёте на чемпионате Америки я стала второй. Показала лучшие для Бернса баллы, но, увы... Обидно. Всегда считала второй результат самым досадным провалом из всех возможных. Ладно хоть в двух дисциплинах забрала своё первое место: в упражнениях с лентой и мячом. Немного скрасила горечь поражения и победа нашей команды в многоборье. Девчонки заслужили её по праву. Весь год пахали как проклятые...
*********
