Читаем без скачивания Мороженое в вафельных стаканчиках - Мария Ботева

Для начала мы, как всегда, чуть не поругались. Я говорила, что надо ехать на 50-м автобусе, а НЧ — что на 25-м трамвае. Ну, глупости какие, кто ездит на трамвае в театр! Тем более что от трамвайной остановки дольше идти. Чуть не подрались, но нам же нельзя драться, можно случайно испачкать или помять нарядную одежду, нет уж. Чтобы не драться, мы решили ехать на том, что быстрее подойдёт. Трамвай так трамвай, автобус так автобус. Вышли, кстати, заранее, потому что очень часто нас что-то задерживает в пути, потом приходится бежать, в результате таких забегов мы появляемся всюду не в том виде, взъерошенные, с развязанными шнурками, в порванной юбке или штанах.

В автобусе (первым пришёл автобус, я победила) было свободно, мы сели и начали вести разговоры о прекрасном, которое нас так долго ждёт, что кричит об этом на каждом театральном углу. Чем ближе был сладостный миг встречи, тем громче оно кричало, можно сказать, под самым ухом. Оказалось, что шум производит кондуктор и старушка с маленьким внуком. Кондуктор кричала, чтобы бабушка срочно платила за своего внука, а она отвечала, что мальчику нет семи лет. Это правда, на вид он был вообще с ладошку, ну, может, побольше. Но кондуктор кричала, что, конечно, семи нет, но он занимает отдельное место. Отдельное! Надо немедленно посадить его на коленки. В автобусе, напомню, было свободно. Но продавщица билетов клокотала и была непреклонна. Оказывается, буквально вчера вышли новые правила проезда пассажиров и провоза багажа. Так вот, по ним, следуя им, точнее, если провозишь ребёнка до семи лет и он занимает отдельное место, за него надо платить. Кондуктор показала на стекло. На нём висело объявление:

Внимание! Провоз детей до 7 лет, занимающих отдельное место, производится за полную плату.

Выписка из «Правил провоза пассажиров и багажа», пункт 5.2

Шум в автобусе продолжался. Бабушка не хотела платить, кондуктор не хотела нарушать правила. Малыш хотел, чтобы всё это прекратилось, и усиленно ревел. Некоторого Человека замутило, и он выбежал на остановке. Я вытащила деньги, отдала их кондуктору и выбежала за своим другом.

Некоторого Человека тошнило, его всегда тошнит от шума или расстройства. Тут было то и другое. Потом он принялся плакать. Я никогда не видела, как плачет НЧ. Лучше этого никому не видеть. Он долго не мог успокоиться, не помогло даже одно слово, я ему его говорю в трудных ситуациях.

А когда он перестал плакать, мы до позднего вечера ходили по набережной. Наверное, в театр надо ездить на такси, может быть, мы когда-нибудь и соберёмся, не знаю. А пока билеты лежат у меня в одной книжке, и когда я открываю её, прекрасное с укором смотрит мне в глаза.

Гонимый

У Некоторого Человека есть чайник, точнее, был чайник, пока я его не испортила, потом он стал ко мне приходить пить чай, то есть кофе. Это тоже очень интересно, как НЧ (Некоторый Человек) пьёт кофе, сколько раз ставит чайник на плиту, как быстро он остывает, сколько раз выливает воду, потому что она ему не нравится. Такие факты его жизни — отдельный и продолжительный разговор, а я хочу рассказать о его прежнем чайнике и что он значил для НЧ.

Когда Некоторый Человек жил у себя дома, однажды летом он подрабатывал на почте, и с той получки решил сделать что-то хорошее для своей семьи, и не нашёл ничего лучше, как купить чайник. Первое, что сказал папа, когда увидел посудину, было:

— Этого! С незабудками! У нас в доме не будет!

Некоторый Человек повёз чайник на дачу. Тогда спохватилась бабушка и тоже наотрез отказалась от него. Она считала, что достойна другого чайника. Электрического, современного, пластмассового, который сам выключается, когда вода вскипит. Или хотя бы не такого модного, но уж тогда со свистком. Тоже электрического. Она столько лет отдала семье, всю жизнь, по кровинке, все вытягивали из неё молодость, красоту, силы и зарплату, может она хотя бы на старости лет попить из хорошего чайника, или в этом доме уже никто не подаст ей даже стакана воды?! Так примерно говорила на повышенных тонах бабушка, когда увидела подарок внука. Она долго не могла успокоиться, пришлось напоить её валерьянкой и вызвать «скорую». Нельзя сказать, что бабушка никого не любила — любила, просто ждала, что ей преподнесут что-то очень хорошее, очень красивое. Как раз накануне по телевизору показывали рекламный ролик про красивые чайники, и она ждала, что семья угадает её желание. Не угадали. От греха подальше Некоторый Человек запихнул свой чайник в рюкзак, а потом привёз его сюда.

Сначала к НЧ никого не подселяли, и он спокойно прожил вместе со своим чайником неделю или даже полторы. Но потом приехали соседи, они тоже отвергли чайник с незабудками. Так гонимый чайник оказался у меня. Я поставила его под кровать, потому что никому в комнате он не нравился. Казалось бы, ну что такого: чайник с незабудками? А вот поди ж ты…

Каждые выходные, когда соседи разъезжались по домам, Некоторый Человек брал у меня чайник и кипятил воду только в нём.

— Зачем ты его берёшь? — как-то спросила я. У них в комнате был хороший электрический чайник.

— Ты не понимаешь, — ответил НЧ, — это гонимый чайник, обиженный. Может быть, ему не с кем поговорить. Для него счастье побыть в чьём-нибудь обществе.

Я тоже приходила пить чай с незабудочной водой. Чайник хорошел к каждым выходным, уже в четверг он начинал счастливо посверкивать у меня под кроватью, в пятницу приходилось заставлять его коробками, потому что ночью он сиял так ярко, что никто бы не заснул. Зато в субботу я доставала его. У Некоторого Человека он занимал самое почётное место на столе. В выходные мы говорили только о хорошем. Бедному чайнику и так плохо пришлось, пусть он хоть в эти дни отдыхает душой. Так продолжалось, пока я ненароком не спалила его. Это вышло случайно, честное слово. Чайник весь почернел, честно говоря, а горелый запах все помнили ещё очень долго. Мы отчистили посудину, как могли, но дыры были так велики, что никто не взялся бы запаять их. Некоторый Человек не мог смотреть на него без слёз, и мне пришлось самой отнести его к мусорке. Но я не могла выкинуть чайник, а положила его под куст сирени. Мне показалось, сирень должна хорошо смотреться с незабудками. На следующий день его уже не было под сиренью. Наверное, его украли, во всяком случае, сам он уйти оттуда не мог — слишком был слаб.

Иногда мы с Некоторым Человеком устраиваем день чайника с незабудками. Сидим и негромко вспоминаем его.

— А помнишь, какой вкусный был чай? — говорю я. — А как смешно он стоял на плите? А как я прятала его под кроватью?

Пожалуйста, если вы встретите на своём пути смешной эмалированный чайник с незабудками, не гоните его прочь. Накипятите воды, поговорите при нём о чём-нибудь хорошем. Хотя бы в память о том нашем чайнике.

Ходит и говорит

Как-то вечером Некоторый Человек подумал, что я в кого-то влюбилась. Однажды он так и сказал мне:

— Говорят, ты влюбилась…

— Кто? — спросила я.

— Ты.

— Нет, кто это говорит?

— Ну, говорят, — пожал он плечами.

Вот это дела, даже не хочется верить, если говорить прямо и открытыми слогами, вот это дела. Кто же это ходит и говорит, говорит и ходит, интересно, и интересно ещё, как бы это узнать. Каждый что-нибудь да говорит, вы не замечали? Может быть, он и не ходит, хотя трудно в это поверить, где-то же он встретил НЧ (Некоторого Человека), то есть нужно было докуда-то добраться. Или он летает?

Подошёл ко мне НЧ, куда-то позвал, но я сказала, что думаю, некогда.

— Понимаю, — тактично сказал он, — все влюблённые такие задумчивые.

И пошёл смотреть футбол.

Досадно, когда про тебя что-то не то думают, не то говорят. Как бы встретить того, кто это наговорил. Я стала прислушиваться к разговорам и заметила: много есть таких вещей, про которые кто-то что-то сказал, а другой что-то услышал.

— Говорят, завтра не будет немецкого, — услышала я на кухне.

— Говорят, ты хочешь покрасить волосы, — говорили в какой-то комнате.

— Говорят, скоро будет банковский кризис, — переживали в магазине.

Главное, тот, кто говорит, так много всего знает! И про банки, и про краску для волос. И даже про веселья час.

— Говорят, когда приходит веселья час, надо упадать в траву.

— А почему упадать, а не падать?

— Не знаю, но так надо говорить.

Оказывается, тут есть ещё какие-то правила. Мне кажется, что главное правило — это сказать что-то, пока не слышит тот, о ком ты говоришь.

Ночью мне приснился некто, кто ходит и говорит, говорит и ходит, говорит, говорит… Это был дядька в таком длинном чёрном плаще, с золотыми зубами, длинными чёрными волосами. Он делал семимильные шаги, появлялся то там, то тут, мог одновременно быть в разных частях города и ни на минуту не умолкал. Он отлавливал людей, гипнотизировал их своим взглядом и говорил что-то, постоянно что-то говорил. Ему отвечали, но он не слушал, ему было некогда. Он не останавливался до тех пор, пока его слушатель не падал без чувств. Тогда он шёл в другое место, ловил там ещё одного человека и опять что-то говорил. Причём уже другое. Информация лилась из него полноводной рекой, по реке свободно передвигались сухогрузы, катеры, пассажирские суда, потом пошли танкеры с нефтью, и всем находилось место. Строители пытались построить мост через эту реку, но она становилась всё шире, всё глубже, потом она стала напоминать Аральское море, потом озеро Байкал, потом одновременно Чёрное и Каспийское море, Средиземное и стала океаном. Неважно каким, мировым. И над всем этим океаном стоял дядька в чёрном плаще и что-то говорил.