В зеркальном отражении он встретился глазами с её ошеломлённым взглядом.
— Расскажи мне, как ты провела эту неделю, — пробормотал он, начиная расстёгивать на ней рубашку. — Посещали ли тебя какие-нибудь… интересные сны?
Гермиона неохотно отвернулась от своего зеркального двойника, сидевшего на коленях профессора. Всё это выглядело… чертовски сексуально.
— Что? Ох, да! Вообще-то, это было довольно приятно, но вы же сказали мне проснуться до того, как я дойду до оргазма.
Северус усмехнулся.
— И чем же мы занимались, что ты так близко подошла к оргазму?
Он стащил с неё рубашку и отбросил в сторону. Сердце Гермионы бешено заколотилось. В подземельях было прохладно, от сырости и холодка её соски напряглись под лифчиком.
— Эм-м… разными вещами.
Его пальцы легко скользнули в соблазнительную ложбинку между грудей.
— Из-за которых ты стала такой мокрой?
«О боже!»
Её кожа стала слишком чувствительной, ощущения были нереальными. Гермиона покраснела, пытаясь ответить ему.
— Так и было… эм-м… вы были сзади… и ваши пальцы были… эм-м… в другом… моём отверстии, и вы… говорили мне всякие разные вещи…
Пока она пыталась выдавить из себя ответ, его ухмылка превратилась в похотливый оскал.
«Следующим пунктом станет расширение её словарного запаса».
Определённо, он хотел услышать внятные грязные словечки, звучащие из этих подёргивающихся невинных губ.
— И какие же «всякие разные вещи» я говорил?
Гермиона пожала плечами, выглядя озадаченной.
— Я не помню, сэр.
Снейп бросил на неё взгляд, полный сомнений, но она дерзко посмотрела ему в глаза.
— Честно!
Он видел, что она говорила правду. Большие пальцы лениво закружились вокруг сосков, Северус продолжил допрос:
— Тебе неловко говорить о моём члене, Гермиона?
Она не могла не заметить, что Снейп обратился к ней по имени.
— Вроде того, — призналась она. — Я просто к этому не привыкла.
— Мы ещё поработаем над этим, — прошептал он, больно ущипнув за затвердевший сосок.
Похоже, соски имели прямую связь с нижней частью тела, поскольку её бёдра тут же дёрнулись в ответ. Потянувшись к её спине, он расстегнул лифчик, а затем немного отстранился назад, наблюдая, как тот падает вниз, обнажая упругую юную грудь. Бросив бюстгальтер в кучу одежды поверх её рубашки, Снейп перехватил руки Гермионы и прижал их к себе прежде, чем она успела прикрыться.
Заметив его предупреждающий взгляд, она расслабилась, не сопротивляясь дальнейшему разоблачению.
Удовлетворённо кивнув, Северус обхватил и приподнял руками округлые груди, провёл пальцами по следам, оставленным бюстгальтером, наслаждаясь приятным теплом её тела. Когда он вернулся к соскам, она уже тихо мурлыкала, прося о большем, и выгибалась в его руках. Щипая и поглаживая самые кончики, он медленно доводил её до предела, не останавливаясь до тех пор, пока она не начала извиваться, сидя у него на коленях.
— Если хочешь, я могу довести тебя до оргазма прямо сейчас.
Она встретила его взгляд и кивнула.
— Да, сэр.
Болезненно ущипнув её за соски, Снейп покачал головой.
— Нет. Попробуем ещё раз. Умоляй меня об этом и используй слово «киска».
Её лицо вспыхнуло, но, поскольку он первым произнёс вслух это слово, ей стало чуточку легче. Она должна была это сделать. Решив доказать ему свою храбрость, Гермиона закрыла глаза и прошептала:
— Моя киска такая мокрая, сэр. Пожалуйста, позвольте мне кончить.
— Превосходно, — промурлыкал он.
Северус просунул руку между их телами и расстегнул брюки. Как только его член освободился, он вцепился пальцами в её бёдра и притянул девушку ещё ближе к себе. Её промежность уже была насквозь мокрой. Она не оказывала никакого сопротивления и с удовольствием стала тереться ею о его эрекцию. Казалось, обжигающий жар её тела мог спалить его дотла.
Набухший клитор Гермионы радостно пульсировал, когда она терлась о его плоть. Она выгнула спину, прижимаясь им как можно плотнее к его твёрдой длине. Покачивая бёдрами всё быстрее, она чувствовала, как воздержание долгих пяти дней нарастает внутри, приближаясь к кульминации. Тело девушки готовилось отправиться в невесомый полёт, к которому её подталкивал упругий тёплый член, скользивший между бёдрами.
«Она выглядит как одержимая!»
Его пальцы вжимались в нежную плоть, пытаясь руководить её движениями, но ограничение свободы только добавляло ей пыла. Если бы до прихода Грейнджер он не снял напряжение с помощью банальной мастурбации, то уже давно потерял бы над собой контроль. Её неистовый шёпот: «Пожалуйста» ещё больше сводил с ума. Северус знал, что есть только один способ, как покончить с этой пыткой. И чем скорее, тем лучше. Прикоснувшись губами к её уху, он прорычал:
— Я хочу, чтобы ты кончила!
Этот бархатистый голос, прозвучавший в её сознании, оказался последней каплей. Её хриплые: «Пожалуйста» превратились в: «Да!..». Гермиона ахнула, проходя через финишную черту, а её клитор эйфорически возликовал, получив долгожданную разрядку. Постепенно её движения замедлились, и она обессилено упала ему на плечо.
Когда Северус отпустил её, его пальцы свело судорогой.
«Мерлиновы яйца! У неё точно останутся кровоподтёки».
Он стал массировать красные следы, расцветающие на местах его мёртвой хватки. Страстная — казалось неподходящим определением, чтобы описать затаившую дыхание девушку, сидящую у него на коленях. Скорее, горячая, неутомимая или, может быть, даже одержимая.
— Тебе лучше? — спросил он, не скрывая веселья в своём голосе.
— Пока что да, — ответила она, тяжело дыша.
Её благодарный тон почти пробил его ментальную стену, но Северус быстро возвёл её заново и прижался губами к её шее. Почувствовав довольно ощутимый укус, Грейнджер вздрогнула.
— Встань, — приказал он, шепнув ей на ухо.
Она послушно слезла с его колен и встала перед ним, ожидая указаний.
— Положи руки за голову.
Она искренне хотела ему угодить.
— Держи их так, пока я не разрешу опустить.
— Да, сэр.
Он нашёл молнию на юбке и расстегнул её, позволив той упасть на пол.
— Переступи через неё.
Наклонившись, Северус стащил с неё чулки и туфли, откидывая предметы в общую кучу одежды. Находясь всего в нескольких дюймах от маленького треугольничка на лобке, он уловил будоражащий запах возбуждения, от которого его рот наполнился слюной.
«Скоро. Ещё немного, и наступит долгожданный пир».
Одной рукой поглаживая девушку по спине, другой он обхватил её за талию и притянул ближе. Его губы нашли возбуждённый сосок, и Северус втянул его в рот. Напряжённый кончик быстро стал ещё твёрже на его языке.
Её рассудок окончательно превратился в кашу, колени дрожали и подкашивались. Снейп переключился на другую грудь, а тело Гермионы плавилось, когда его язык, который нещадно высмеивал её на уроках, творил такие чудеса с её телом.
— Пожалуйста! — прошептала она.
— Да? — с притворной невинностью спросил он.
Она знала, чего он хочет.
«Почему мне так трудно сказать это вслух?»
— Пожалуйста, дотроньтесь до моей киски…
Он ухмыльнулся.
«Какая способная девочка».
Северус провёл пальцем вдоль её тела, касаясь подушечкой набухшего клитора. Она дёрнулась и застонала, когда он начал гладить и массировать его.
— Расскажи мне, насколько ты возбудилась.
Её ответный румянец был прекрасен. Он распространился вниз, покрывая верх груди, как прекрасные розоватые чернила. Гермиона облизнула губы.
— Моя киска уже намокла для вас, сэр, — ей казалось, что она говорит на иностранном языке.
Очарованный тем, как Грейнджер с придыханием старалась произносить незнакомые ей слова, Северус провёл пальцем по её шее.
— Скажи мне, что тебе нужно. И хорошо попроси об этом.
«Хорошо попросить? — она едва могла думать, когда он к ней прикасался. — Хорошо попросить… Придётся вспомнить то, что я когда-то читала или подслушивала в разговорах похотливых однокурсников. Ну что ж, пожалуйста…»
