Читаем без скачивания Браслет пророка - Гонсало Гинер

Услышав его слова, Сара не смогла сдержать эмоций, вызванных благородным поступком Фердинанда, и расплакалась от радости.

Фердинанд поднялся и быстро вышел из комнаты, а потом и из дома – на поиски одежды для Сары.

Свежесть ночи прояснила его мысли, и, немного подумав, он направился к одной из палаток, которые были разбиты накануне вечером, чтобы хранить в них доспехи и снаряжение крестоносцев.

Сара легла в своей спальне на втором этаже. Она долго не могла уснуть. Неспокойно ворочаясь среди сбитых простыней, она пыталась представить, что ее ждет в будущем. Хотя прошло лишь несколько дней, Фердинанд уже завоевал ее доверие, но, несмотря на это, ее одолевали сомнения, верно ли она поступила, рассказав ему историю медальона. По прошествии долгого времени она крепко заснула.

Прошел час, и Фердинанд вернулся в особняк со всем необходимым, что ему удалось найти. Аккуратно сложив все это, не раздеваясь, он растянулся в большой спальне, намереваясь хоть немного отдохнуть.

– Сара! Сара!.. Пора отправляться в путь.

Она протерла глаза, чтобы быстрее проснуться, и увидела, что у Фердинанда очень усталый вид.

– Ты хоть немного поспал? – спросила она.

– Откровенно говоря, я плохо спал, но это не имеет значения. Я оставляю тебе одежду, доспехи и щит. Думаю, все это подойдет тебе. А я пока подготовлю лошадей. Если будут сложности с доспехами, дашь мне знать, и я помогу тебе.

Сара начала быстро одеваться. Надев кольчугу, она увидела, что та тесна ей. Слишком выделялись бедра, хотя с помощью большой белой сорочки и доспехов она попыталась их замаскировать. Она подобрала волосы сплетенной шелковой нитью, а сверху надела шерстяную шапку, полностью скрывшую ее длинные волосы. Потом она начала связывать ремни доспехов. Но это у нее не получилось. Сара надела черные кожаные сапоги и прикрепила к бедру толстый ремень с мечом. Наконец она схватила щит и шлем и начала неуклюже спускаться по лестнице на нижний этаж, чтобы найти Фердинанда.

Фердинанд ждал ее во внутреннем дворике. Он держал в руках уздечки двух черных лошадей, уже оседланных и готовых отправиться в путь.

– О небо! Никто не догадается, что под этими доспехами всадника-крестоносца скрыто тело дамы! Отлично! Никто не откроет правды.

Сара удовлетворенно улыбнулась и попросила его помочь закрепить доспехи. Фердинанд закончил связывать ремни, не обращая внимания на ее протесты, вызванные тем, что она при этом едва могла дышать, и помог ей сесть на коня. Они выехали через заднюю дверь дворика и поскакали по открытой местности прямо к южным воротам города.

Пока они ехали, Сара рассказала ему, в каком месте в доме хранятся сундуки с золотыми монетами и драгоценностями. Она не хотела, чтобы они попали неизвестно в чьи руки, и, хотя Фердинанд сдержанно отреагировал на это, настаивала, пока он не пообещал, что все возьмет себе, как только вернется в город. Фердинанд решил, что возьмет все с собой в Труа, когда будет туда возвращаться. Сара рассказала ему, что все эти сокровища скопил ее муж за многие годы благодаря своей прибыльной профессии. Сара уверила его, что там хранится достаточно драгоценностей, чтобы одно или два поколения людей, завладевших ими, жили, ни в чем не нуждаясь.

Они без труда миновали ворота, поскольку стражники узнали одного из предводителей крестоносцев и поверили его объяснению, будто бы он в сопровождении своего оруженосца отправляется посетить близлежащий город Белен, уже отбитый у неверных. Фердинанд и Сара галопом поскакали от крепостных стен в южном направлении, огибая Белен. Чуть медленнее преодолев крутой подъем на перевал, они направились к Хеброну, собираясь добраться туда в полдень.

После долгого отрезка пути, который они преодолели галопом, не останавливаясь, Сара, не привыкшая ездить верхом, попросила несколько минут отдыха. Они остановились за деревней Халхул, чтобы попить воды из источника, находившегося рядом с дорогой.

Фердинанд помог Саре спешиться. Она еле двигалась, поскольку ей мешали тяжелые кираса и меч. Она приблизилась к источнику и присела на камень отдохнуть. Сара отстегнула ремень с мечом и с облегчением бросила его на землю. Потом она сняла шлем и с удовольствием вытянула ноги, чувствуя тепло солнечных лучей на своих щеках.

Фердинанд тем временем набирал воду в источнике небольшим кувшином, стоявшим неподалеку.

За спиной у Сары темнел дубовый лес, в котором, как оказалось, прятались египетские солдаты, невидимые за высокими зарослями кустарника. Сара глубоко вдыхала свежий воздух, но вдруг ее спину пронзила острая боль, и она свалилась на землю. Она вскрикнула, предупреждая Фердинанда, и как раз вовремя, потому что в этот момент просвистела вторая стрела, выпущенная египтянами, и задела руку Сары. Фердинанд бросился к ней и увидел, что из ее раны хлещет кровь. Он поднял голову и решительно бросился на двух солдат, которые уже покинули свое укрытие и мчались к нему.

Меч Фердинанда одним взмахом отрубил руку первого солдата и вонзился в живот второму, и тот, смертельно раненый, сразу же тяжело рухнул на землю.

Фердинанд снова атаковал египтянина, оставшегося без руки. Тот лежал на земле, не сводя глаз с раны, из которой хлестала кровь. Крестоносец нанес ему сильнейший удар по голове. Череп неверного разлетелся надвое, как разрезанный ножом апельсин.

Фердинанд в совершеннейшем ужасе упал на колени перед Сарой, увидев, что стрела вышла из ее груди, тогда как ее кончик торчал из спины. Он понял, что рана смертельная.

Сара, поддерживаемая Фердинандом, посмотрела ему в глаза и по их выражению поняла, что ее рана очень серьезна.

– Этого не должно было произойти, мой господин, но мой конец уже близок.

Мучительный кашель прервал ее слова. Фердинанд сквозь слезы видел, что у нее из груди, не переставая, льется кровь.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал, Сара? – спросил Фердинанд.

С большим трудом Сара ответила:

– Только две вещи. Это последнее, о чем я хочу попросить тебя. Во-первых, возьми мой медальон и повесь его себе на шею. Теперь он будет переходить от поколения к поколению в твоем роду. Ты должен пообещать мне, что никогда не раскроешь тайну его происхождения никому, кто не принадлежит к твоему роду и не является твоим наследником. Он уже не будет передаваться в моем роду, но твое благородство делает тебя достойным того, чтобы носить этот священный предмет. Во вторых… – у нее на несколько секунд перехватило дыхание, – вознеси молитву моим богам, когда я умру.

Во взгляде Сары появилась печать неминуемой смерти. Фердинанд приблизил свои губы к ее губам и прижался к ним в долгом поцелуе. Слезы текли по его щекам и падали на лицо женщины. Когда он отстранился от нее, она уже была мертва. Он много часов горько плакал над телом Сары, не отдавая себе отчета, сколько прошло времени. Когда его боль немного утихла, он поискал под ее одеждой медальон и осторожно снял его. Фердинанд стер с него кровь и повесил себе на шею, спрятав под одежду.

Неподалеку от родника Фердинанд мечом вырыл могилу. Он положил туда тело Сары и сначала засыпал его песком, а потом заложил грудой камней. После этого он, стоя перед могилой, выпрямился во весь рост, посмотрел на окрашенное в оранжево-красный цвет небо, на солнце, которое уже наполовину скрылось за горизонтом, и, сжав в правой руке медальон, громко воскликнул:

– О Господь, отец Авраама, Исаака и Иакова, с которыми ты скрепил святой союз! Посмотри с любовью на твою дочь Сару, которая верно хранила символ человеческого самопожертвования. Прими ее в свое царство, чтобы она насладилась твоим присутствием и близостью ее предков. Господи, дай мне крепости и благородства, чтобы быть достойным такой высокой чести. И я прошу тебя, руководи мною и помоги выполнить эту важную миссию. – Он сделал глубокий вдох и продолжил: – Я, Фердинанд де Субиньяк, на Святой земле, окропленной кровью твоей рабы, клянусь тебе, что этот медальон никогда не попадет в руки твоих врагов, ни по моей вине, ни по вине моих потомков!

Схватив меч, он с силой вонзил его в землю, завершая свою речь словами:

– Да будет так, по твоей святой воле!

В этот момент над Иерусалимом раздался сильный гром. Все удивленно посмотрели на небо, на котором не было ни облачка. Некоторые утверждали, что это знак Господа.

4

Сеговия. Год 2001

Сразу после туннеля Гвадаррама на термометре в машине, показывающем температуру на улице, было два градуса ниже нуля.

Час назад Фернандо Луэнго подобрал Монику у ее дома в Мадриде. Они договорились встретиться ровно в девять, чтобы приехать в Сеговию в полдень и заняться там поисками таинственного отправителя странного пакета, который Фернандо получил несколько дней назад.

Не выключая мотор, Фернандо посмотрел на часы, удивляясь тому, что Моника задерживается. Было уже пятнадцать минут десятого, когда дверца автомобиля открылась и Моника села в машину. На девушке был длинный жакет на меховой подкладке.