Но ведь это вполне можно проверить. Аглая кивнула девушке, все еще ожидающей приказаний.
— Да, еще. Как тебя звать?
Вопрос девицу удивил. Она вскинула голову и ответила, чуть не плача:
— Абигель, княжна.
И с чего вдруг такая реакция? Даже если Аглаида знала девчонку, та могла просто удивиться. Но не бледнеть же от страха. Значит, причина была в другом.
Аглая села на кровати и указала рукой на поднос с едой. Слава богу вены больше не сверкали и выглядели вполне обычно.
— Пробуй, Абигель.
Глаза девицы расширились, а брови уползли прямо к милой шапочке.
— П-простите, г-госпожа? В-вы хотите, чтобы я..? — Она уставилась на рану Аглаи и замолчала.
Аглая спрятала плечо под одеяло.
— Я хочу, чтобы ты попробовала все, что принесла. Так — достаточно понятно?
Девица пошатнулась и кивнула. Похоже, она была близка к обмороку. Несмело подошла к тумбочке, наполнила тарелку чем-то вроде овощного рагу и зачерпнула немного ложкой. Так же несмело отправила в рот и начала медленно жевать. Аглая указала на кувшин, расписанный алыми и золотыми цветами.
— Ты запивай-запивай.
Абигель побледнела еще больше. Отложила ложку и наполнила кубок темно-красной жидкостью. Аглая принюхалась:
— Что это?
— Вино со специями и несколькими каплями целебного отвара господина Вируша. — Голос Абигель звучал тонко-тонко.
Вряд ли «господин Вируш» стал бы сообщать кому-то, что в вине, если бы надумал ее отравить. Да и Абигель выглядела напуганной скорее из-за самой Аглаи, нежели из-за необходимости пробовать еду.
— До дна. — Аглая прижала кубок к губам Абигель, заставляя выпить все.
Девчонка осушила кубок и поморщилась. На щеках появился румянец. Похоже, даже такое количество вина ударило ей в голову.
Аглая пристально наблюдала за Абигель. С ней ничего особенного не происходило. Просто стояла и с еще большим ужасом смотрела на Аглаю. Не похоже, что она пребывала во власти галлюцинаций. Мозг заработал с утроенной скоростью. Абигель напугана до чертиков. А значит, из-за страха может не обратить внимания на странности в поведении «госпожи». Почему бы это не использовать? Как говорил один из преподавателей в институте: «Уж если вы не подготовились и решили нести чушь, то хотя бы делайте это с уверенностью и умным лицом».
Аглая набрала полную грудь воздуха и попыталась собраться с мыслями. Главное, быть уверенной. Она ведь княжна.
— Я не помню тебя, Абигель.
Девушка покачнулась и опять побледнела.
— Я недавно служу в крепости, госпожа.
Ну вот, первое же попадание! А если недавно, то чего тогда боится? Подтолкнув под спину мягкую подушку, Аглая с воодушевлением продолжила расспросы:
— Насколько недавно?
— Две недели, госпожа.
Интересно, а сколько времени Аглаида планировала подмену? И зачем? Она что-то говорила о том, что может видеть будущее — теперь Аглая в этом ни капли не сомневалась. А еще она сказала, что видела себя в волчьем логове. Тогда Аглая была слишком напугана и не воспринимала происходящее всерьез. Слишком беспечно отнеслась к словам ведьмы, посчитав их сумасшедшим бредом. Но теперь все было слишком реальным и настоящим. Она в ловушке, из которой не выбраться. Вряд ли ее примут с распростертыми объятиями, если узнают о подмене. Никто и слушать не будет, что в этом нет и капли ее вины. Все, что она может, — попытаться здесь выжить. Ей нужно найти те камни — что-то внутри подсказывало, что это дорога обратно. В ее мир. К маме. Ко всему, что привычно и знакомо. К ее жизни. Пусть не очень счастливой и радостной, но ЕЕ.
В мысли ворвался испуганный голосок:
— Я могу идти, госпожа? — Абигель уже заметно тряслась, как тот пресловутый осиновый лист.
Аглая с каким-то даже злорадством хмыкнула:
— Нет.
Девица шумно втянула в себя воздух, заставив Аглаю задуматься: что такого творила княжна, если ее так боятся? Ладно, разберется во всем по ходу дела.
— Чем ты занимаешься в крепости, Абигель?
— Я… я в-выполняю р-разные поруч-чения… Делаю все, что прикажут… В-в основном помогаю на кухне… Прибираю в комнатах…
Аглая едва не закатила глаза. Нужно немного поднажать на девицу. Может, тогда она проговорится о причине страха.
— Ты не выглядишь счастливой? Тебе не нравится здесь?
Абигель так затряслась, что Аглая испугалась: как бы в обморок не упала.
— Что вы, госпожа?! Я каждый день благодарю богов за дарованную возможность. Пусть и временную…
О! Ну хоть что-то!
— Временную? Почему временную?
— Так ведь меня, как и других, взяли сюда служить на время приезда Волчьих сыновей. Говорят, их много будет. Здешней прислуге со всеми не управиться. — Под конец речи Абигель совсем сникла и уже едва шептала.
Аглая задумалась. Волчьи сыновья. Не первый раз она уже о них слышит. Кто это такие? Точно кто-то важный, раз князь бросил свою любимую дочурку и побежал разговаривать с каким-то посланником. И не имеют ли они отношения к волчьему логову, в котором так не хотела оказаться Аглаида? Ох, сколько вопросов. Голова кругом идет.
Но она просто обязана во всем разобраться! Найти способ вернуться домой. Как там сейчас мама? Наверное, ужасно переживает и места себе не находит. Плачет. Мама. Мамочка. Мамуля. Которая столько всего прошла, чтобы она, Аглая, имела шанс жить достойно. Мама отказывала себе во всем. Лишила себя личной жизни. Работала на нескольких работах и никогда не показывала, как ей тяжело. И всегда, что бы ни происходило, поддерживала Аглаю, в любой ситуации была на ее стороне. Она стала маяком, примером. Настоящая супергероиня и фея в одном лице.
Аглая сжала в кулаке одеяло, чтобы не расплакаться. Она сильная. Она все сможет. Эмоции сейчас будут только мешать. Ей нужна холодная голова, и тогда все получится. Она обязательно сможет вернуться. Чертов урод Ванечка! Это все из-за него!
— С-с вами все в порядке, г-госпожа? — Абигель смотрела на нее расширившимися от ужаса глазами.
Аглая раздраженно рявкнула:
— Да!
Черт! Перед ней ведь не подчиненная, не сдавшая вовремя статью.
С трудом взяв себя в руки, Аглая продолжила допрос:
— А чем ты занималась до того, как попала в крепость?
— Я работала в лавке госпожи Габриэллы.
Аглая не выдержала:
— Как будто мне это о чем-то говорит!
— О, к-конечно… Это одна из швей в г-городе… — Даже несмотря на страх было видно, что Абигель очень любит свою работу.
— Значит, когда Волчьи сыны уедут… ты вернешься обратно в лавку?
— Да, госпожа…
Вот возможность разузнать, кто это такие, и почему Аглаида так их ненавидит.
— Ты знаешь, что в крепость прибыл их… — Как там его назвали? — …посланник?
Абигель слишком быстро замотала головой. Темные пряди колыхнулись возле щек.
— Н-нет, г-госпожа… Я… н-ни о чем т-таком н-не з-знаю…
Ну-ну. Точно так же выглядела одна из журналисток под ее началом, когда оправдывалась, почему конкурентам первым удалось выпустить эксклюзивный материал. Оказалось, что она все рассказала своему парню. Который, о, неожиданность, работал на этих самых конкурентов.
Аглая нахмурила брови и прищурилась:
— Не ври мне.
Абигель затряслась. Бледная кожа покрылась алыми пятнами. По щеках побежали слезы.
— Н-не г-губ-бите, г-госпожа, м-молю вас…
Аглая замерла с открытым ртом. Это что же такое творила княжна, если за две недели пребывания здесь служанка едва не падает в обморок? Дурное предчувствие, что она попала в отвратительную заварушку, крепло с каждой минутой. Потребовалось немало усилий, чтобы взять себя в руки. Усталость, голод, отголоски боли во всем теле постепенно лишали ее последних сил. Но сейчас не время расслабляться. Она сомневалась, что в ближайшем будущем вообще настанет такой момент.
Выдержав паузу, чтобы служанка успела окончательно себя накрутить, Аглая медленно произнесла:
— Не погублю… Если ты расскажешь мне все, что видела.
Абигель вскинула голову. От удивление глаза превратились в две круглых монеты.
