Медленно…
Лазерный луч задергался как раз тогда, когда я, перемещаясь по сантиметру, спрятался за тумбой стола.
Видимо, к англичанину, проверяющему тоннели, пришло подкрепление, и он решил заглянуть внутрь, проверить, что к чему…
Рискнуть?
Я осторожно достал из разгрузки стальное яблоко осколочной гранаты. Усики чеки я уже разогнул, так что выдернуть – нет проблем. Услышат щелчок – нет?
Решившись, я выдернул чеку из гранаты, бросил ее и сам бросился вперед.
За стеной что-то крикнули, но было поздно. Никто не успевал ничего сделать, а меня от осколков защищала массивная бетонная стена тоннеля. Громко, плескуче грохнуло, перед дверью я резко тормознул, выдернул из подсумка еще одну гранату и выкинул в темноту – успех надо закреплять. Снова грохнуло, криков уже не было, я начал протискиваться в дверь и только по тому, как у самой головы звякнуло, металлом об металл, понял, кто-то ведет огонь по мне, ведет огонь по мне из темноты тоннеля. Ломанувшись вперед, как медведь, я рухнул на пути. Рельсы метропути – хоть какая-то защита…
Запах сгоревшей взрывчатки, крови, дыма, сырой запах бойни. Скольких попластали мои две гранаты, я не считал, но явно что не одного – один лежал прямо передо мной, прикрывая от прямого выстрела спереди, еще на одного я наступил, когда выскакивал. Еще один выстрел – я его увидел, пуля выбила искру из рельса, совсем рядом. Не зная, жив ли тот англичанин, что лежал передо мной, или нет, я перевернул его, чтобы использовать его тело как баррикаду и упор для цевья при стрельбе лежа. Но третьего выстрела не последовало, а вместо него в темноте замигал фонарик.
Грей. Тот, кто сигналил, знал азбуку Морзе.
Я все же примостил винтовку, прицелился. Видно было не очень хорошо, но я заметил край платформы и парня, сильно похожего на Грея, который держал в руке что-то, сильно напоминающее снайперскую винтовку.
Точно – Грей.
Я поднялся, поковылял по рельсам и бетонным шпалам туда, где стоял Грей.
Грей подал мне руку, я поднялся с его помощью на платформу. В руках у него была винтовка AW с полным набором – глушитель, лазер, оптика с установленной впереди ночной насадкой. Модель Covert для спецопераций – у нее складывается приклад и есть интегрированный глушитель. А на этой, кажется, еще и нестандартный, длинный магазин. Снайпер, который стрелял в меня с платформы, лежал у его ног, ни он, ни я не обратили на него внимания – враг он и есть враг.
– Все?
– Чисто. Минус три. Какого хрена ты начал?
– Они уже были в тоннеле. Я увидел лазер, случайно. Повезло.
– Да уж. Сколько?
– Не знаю. Минимум двое.
– У меня трое.
Мы посмотрели друг на друга – кого-то не хватало. Британцы ходят на дело четверками, это стандартный их патруль. Пять на четыре явно не делилось, и даже если предположить, что в тоннеле я убил не двоих, а троих…
– Давай сматываться…
– Подожди… – Грей явно не собирался расставаться с трофейной винтовкой, он сложил приклад и закинул винтовку за спину, начал обыскивать труп. – Там еще двое лежат. Возьми трофейную винтовку, а эту брось к чертовой матери.
– Я не собираюсь воевать непонятно чьим оружием.
– Черт… на улице ты будешь бросаться в глаза, как…
Я заметил чехол – на нем и лежал снайпер, мягкий чехол для винтовки, на котором можно и лежать, как на стрелковом мате. Если сделать так…
– Погоди-ка…
Труп англичанина Грей аккуратно прислонил к одной из колонн. В других обстоятельствах можно было подумать, что человек сидит, может быть, принял на грудь лишнего, или он бездомный, но на самом деле человек был мертв. Грей убил его ножом, убил тихо и быстро. Понять не могу, что заставляет его ненавидеть и убивать своих, даже несмотря на то, что тайная власть Британии приговорила бывшего лейтенанта САС к смерти и попыталась исполнить приговор в Северной Ирландии. Все равно, по-моему, это не повод. Хотя…
Пусть делает, как знает.
У убитого я разжился ручным пулеметом DIEMACO LSW. Это не совсем ручной пулемет – ну, да ладно, тем более что он легкий, а этот еще и со складным прикладом. Магазин спаренный, барабанный, на сто, передняя рукоятка с сошками. Прицельные просто великолепные – коллиматор, впереди на цевье – ночник, а сзади на поворотном кронштейне еще и двухкратная увеличивающая насадка.
Хорошо САС снабжают, хорошо…
И еще хорошо, что сейчас все современные разгрузки делают со стандартными креплениями для подсумков. Ну, не все, но современные делают именно так. Это хорошо тем, что ты можешь закрепить на своей разгрузке, что тебе надо и как тебе надо, а еще это хорошо тем, что ты можешь замародерить чужое снаряжение. Как я сейчас.
У убитого было четыре стандартных магазина на тридцать патронов, в почах[10] по два. Я их замародерил, прикрепил на своей разгрузке, потом перевернул труп на спину и из дей-пака на спине добыл еще три магазина на сто, полных. Придется кое-что выкинуть из своего, но это все я заберу с собой. Под пять сотен патронов и ручной пулемет – не лишнее в перестрелке.
Еще я добыл бутылку воды и допил ее ровно в тот момент, когда Грей появился из темноты.
– Значит, так. Возьми очки, операторские. У него есть.
Очки я не сразу заметил – они были подняты на шлем и прикрыты чехлом. Снял, натянул себе на голову.
– Идешь молча. Если что, говорить буду я.
– Я знаю английский, позволю тебе напомнить.
– Любой мой бывший коллега при твоем акценте схватится за пистолет…
Ну, да… В Англии на ирландский акцент реагируют нервно.
– Если что, говори короче.
– Слушаюсь. А если они выставили пост на выходе?
– Тогда отваливаем вниз…
Нью-йоркские станции метро заглублены несильно, на некоторых даже нет эскалаторов, люди спускаются в метров по ступеням, как в старом берлинском U-bahn. Эта была как раз из таких, неглубоких. Широкие лестницы, турникеты, будки на выходе – с контролерами и полицейскими. Только что ждет там, наверху?
– Идем спокойно, – сказал Грей, – я иду первым, ты вторым. Морда понаглее, и вперед.
– Морда?
– Да, такое британское выражение, равно как старина и все такое прочее.
– Хороши мы будем, появившись из подземки с такими… мордами.
Нью-Йорк – это не просто город. Это огромная агломерация, в которой проживает до сорока миллионов человек, она почти слилась с Вашингтоном и Бостоном, образовав единую восточную мега-агломерацию. Нечего и думать было о том, чтобы взять город с ходу. Британцы и не стали этого делать. Территориальные части, канадцы, у которых были танки, прошли западнее, отрезая агломерацию от остальной части САСШ, а подоспевшие британские морские пехотинцы уже взялись за дело, медленно, шаг за шагом зачищая город. Был уже шестой день безвременья, когда никто не знал, в чьих руках все-таки город.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
