– Там правда настолько опасно? – поинтересовался Аксель после недолгого молчания.
– Для подготовленного разумного – опытного, знающего, что можно ждать, ничего сверхопасного там нет. Случайный горожанин, который каким-то образом смог попасть за стену с вероятностью один к двум не переживет ночь. Охотник, или стражник, из тех, кто постоянно ходит за стены, может погибнуть там только случайно. Поэтому я так довольна, что эта прогулка предстоит нам именно теперь. Лучшего места для тренировки учеников и придумать сложно. Ты же ведь не думаешь, что я сразу поведу тебя искать одержимого? Нет уж, встретиться с тварью нам в ближайшее время можно будет только случайно – серьезных заказов я брать не буду, пока ты не будешь готов.
– А я думал, обучение охотника заключается в собственно охоте, – слегка разочарованно признался Аксель.
Ида тихо рассмеялась.
– Ты торопишься, мальчик. Сначала тебя нужно выучить общаться с тварями попроще. Да и всякие элементарные вещи никуда не денутся. Каково, по-твоему, главное умение охотника?
– Умение распознать одержимого?
– Именно. И, как мы недавно выяснили, оно у тебя есть. Осталось научить тебя всему остальному. Убить одержимого непросто, и кроме одержимых охотникам приходится сталкиваться с другими опасностями.
* * *
Граница между Бардаком и Пепелищем выделялась очень явственно. Промежуток между линией домов и стеной, опоясывающей сгоревшие кварталы, был достаточно широк – несколько сотен метров отделяло крайние дома, и вся эта площадь была вымощена камнем. Из соображений безопасности, здесь до сих пор ничего не строили, несмотря на некоторую нехватку места в городе. Акселю редко приходилось видеть столь обширные пустые пространства. Он хотел остановиться и осмотреться, но Ида нетерпеливо потянула его за собой:
– Потом насмотришься, ученик. Успеет еще надоесть зрелище. Да быстрее же! – охотница кивнула на группу разумных в форме стражи, направившуюся к стене. Опять начал накрапывать дождь, и женщине не хотелось мокнуть дольше, чем необходимо. – У ребят как раз смена, не придется ради нас лишний раз калитку открывать.
Парень поспешил за наставницей, которая окликнула солдат, чтобы подождали, и быстрым шагом принялась их догонять.
– Доброе утро, гра Монссон! – вежливо поприветствовал охотницу офицер. – Неужели в Пепелище снова появился одержимый?
– На этот раз просто проверка, Йохан, – женщина махнула рукой. – Скорее всего, нет там никаких одержимых. Посмотри лучше, какого я себе ученика завела, – она указала на Акселя, как будто тут был кто-то еще и стражник мог не понять, кого охотница имела в виду. – Между прочим, ухитрился сам, без обучения, прикончить одержимую! Так что знакомьтесь, мальчики. Аксель, это Йохан и его отделение, с остальными потом сам познакомишься, а это Аксель. Буду его теперь учить всему, что сама знаю.
Лейтенант с уважением глянул на парня, на ходу протянул руку для пожатия:
– Завидую тебе, парень. Не каждому везет заполучить в учителя саму Иду Монссон! Ты – первый счастливчик. У нас про нее легенды ходят!
– Ой, ну ты меня просто в краску вгоняешь, безобразник! – проворчала Ида. – Лучше бы придумал пока, как мы будем выбивать паек на полдюжины дней у интенданта.
– А чего там выбивать, – пожал плечами лейтенант, обходя лужу. – Передам ему ваше направление на поиск, он все и предоставит.
– Направление-то на одного выписано, – пояснила охотница. – Акселя я только вчера в магистрат водила, сведения о нем в соседние районы еще не дошли. А запрос пришел из Свалки.
– Ну… – задумался Йохан, – я тогда с вами к нему схожу, объясним ситуацию. Анхель – мужик понимающий, не должен артачиться.
Анхель действительно не стал требовать, чтобы ему представили документы на выдачу пайка еще и для Акселя – немного поворчал и согласился, чтобы оные были ему переданы с нарочным, когда будут готовы, да еще выторговал у Иды пару щитовидных желез мутировавших крыс, если, конечно, таковые им встретятся на Пепелище. Охотница помогла ученику отрегулировать лямки рюкзака с провизией, и они, наконец, направились к внутренним воротам.
– Так, малыш, пора тебе прослушать краткий инструктаж, – говорила на ходу гра Монссон. – От тебя на данном этапе требуются две вещи – выполнять все мои указания, желательно быстро и не переспрашивая. А, главное, быть очень внимательным – ты должен замечать все, что кажется мало-мальски необычным, и обращать на это мое внимание. А уже я решу, представляет это необычное опасность, или нет. Это, в общем, все. Ну еще желательно воздержаться от громких криков и бестолкового метания, впрочем, с этим разберемся в процессе прогулки.
Аксель старательно кивал и пытался скрыть нервную дрожь. Про Пепелище он слышал много страшного и захватывающего. А между тем, после того, как за ними закрылись внутренние ворота и юноша огляделся по сторонам, он едва смог скрыть недоумение. Да, в домах не было окон и дверей, на крышах виднелись чахлые деревья, из трещин между камнями стен росли кусты и трава, а о том, что здесь когда-то была мостовая, можно было только догадываться, но такое запустение – это несколько не то, что ждал молодой человек. Дома готовы были развалиться от старости, а он слышал, про полностью разрушенный квартал, про потеки расплавленного от жара алхимического пламени камня, о навсегда въевшейся гари и копоти, и о прогоревшей насквозь земле, на которой больше никогда не сможет вырасти даже жалкая травинка. Его пугали рассказами о трещинах в земле, из которых вырываются густые клубы дыма – более густые, чем от сотни паровозов – которые тянутся на несколько километров, заволакивая пространство густой белесой мутью и затрудняя дыхание, – огонь тогда, во время пожара добрался до залегающих в глубине пластов угля. С тех пор этот уголь так и не прогорел, продолжая медленно тлеть где-то глубоко под землей. Здешнее обилие флоры очень противоречило рассказам.
Глядя по сторонам, юноша забыл смотреть под ноги. Свою ошибку он понял, только когда внезапно земля ушла из-под ног, а вокруг была вода – много воды, и было непонятно, где верх, а где низ. Он почувствовал рывок и в следующий момент смог дышать. Еще через несколько секунд он достаточно оправился, чтобы понимать, что происходит вокруг – оказалось, что он висит, удерживаемый за шиворот Идой. Вода, которая ручейками стекает с одежды, падает в круглую дыру в земле, заполненную водой.
– Вот об этом я и говорила, – спокойно посетовала женщина, не обращая внимания на то, что держит на вытянутой руке парня, который весит не меньше, чем она сама, да еще вместе с тяжелым рюкзаком. – Нужно быть очень внимательным, и внимательно смотреть по сторонам. Вот затянуло бы тебя внутрь старой канализации, и все. А был ли мальчик? Вот теперь и ходи мокрый до вечера. Ничего, испытания закаляют мужчину. Сегодня тепло, так что не простынешь. – Она наконец поставила юношу на землю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
