Одним из этих кораблей, под названием «Резолюшн» («Решительность»), грузоподъемностью 462 тонны, командовал Джеймс Кук. Капитаном второго судна, под названием «Адвенчер» («Приключение»), был назначен Тобайас Фюрно, служивший ранее на судне капитана Уоллиса в чине лейтенанта. В состав команды входили офицеры и боцманы, совершившие плавание на «Индевре».
Перед выходом в море была тщательно проверена оснастка судов, столь же большое внимание руководитель экспедиции уделил вооружению и запасам продовольствия. В трюмы были погружены припасы, рассчитанные более чем на двухгодичное плавание. Не забыл знаменитый покоритель стихий взять различные медикаменты, в том числе и самые известные в те времена противоцинготные средства. На корабли были погружены также пронумерованные части судов грузоподъемностью 20 тонн, которые могли бы быть собраны в том случае, если бы один из кораблей потерпел крушение и пошел ко дну.
В состав экспедиции входили: художник-пейзажист Джемс У. Ходжес, два астронома, Уолс и Бейли, два натуралиста, Иоганн Рейнгольд Форстер и его сын Георг[52], взявшие с собой лучшие инструменты для наблюдений, какие только можно было достать в те времена.
Короче говоря, ни одна мелочь не была оставлена без внимания, и сделано было все возможное и невозможное для того, чтобы обеспечить успех новой кампании по исследованию Океании.
В своих мемуарах Кук писал:
«Я получил в Плимуте инструкции, подписанные лордами Адмиралтейства 25 июня 1772 года. Мне было предписано как можно скорее дойти до острова Мадейра, взять там на борт достаточный запас вина и следовать к мысу Доброй Надежды. Там я должен был встать на якорь, чтобы дать отдых команде и пополнить запасы воды, топлива и продовольствия, а затем взять курс на юг и попытаться найти мыс Сирконсисьон, открытый, как говорят, господином Буве[53] на 54-й параллели, приблизительно в 11°20′ к востоку от Гринвича. В том случае, если бы я нашел эту землю, я должен был убедиться в том, остров это или материк. Если “Земля Обрезания” оказалась бы частью материка, мне предписывалось сделать все возможное, чтобы пройти как можно дальше вдоль его берегов и наносить на карту береговую линию, а также производить всяческие наблюдения, записывая сведения, которые могут оказаться полезными для мореплавания, торговли и развития естественных наук.
Мне было также рекомендовано оценивать разум, характер и количество местных жителей, если таковые там окажутся, и прибегать ко всем возможным и достойным методам для установления добрых отношений с туземцами и заключения с ними дружественных союзов.
В инструкциях говорилось о том, что мне следует попытаться исследовать океанские просторы к востоку или к западу от этой точки в поисках новых земель, в зависимости от обстоятельств, в коих мы будем находиться. Мне предлагалось попробовать приблизиться, насколько это будет возможно, к Южному полюсу и следовать этим курсом так долго, как только позволят состояние судов, здоровье команды и запасы продовольствия. Мне было рекомендовано всегда заботиться о том, чтобы иметь на борту такие запасы, которые позволили бы мне дойти до любого известного порта, где я мог бы их восполнить для возвращения в Англию.
В инструкциях содержалось указание на то, что если “Земля Обрезания” окажется островом, я должен буду определить его точное местоположение, а затем взять курс на юг и плыть в этом направлении до тех пор, пока у меня останется хотя бы малейшая надежда обнаружить Южный континент. Если же я не найду в предполагаемом месте “Землю Обрезания”, я должен буду поступить точно так, как и в вышеупомянутом случае. Мне предлагалось впоследствии повернуть на восток с целью обнаружения островов, которые могут располагаться в этой части Южного полушария.
Лорды Адмиралтейства предлагали мне постоянно держаться в высоких широтах и как можно ближе подойти к полюсу. Таким образом, я должен был совершить кругосветное плавание, вернуться к мысу Доброй Надежды, а уже оттуда направиться в Англию».
Кук снялся с якоря 13 июля 1772 года[54]. Все то же вещее 13 число! 29 июля он был уже у Майдеры, 11 августа — у островов Зеленого Мыса, а 30 октября — в Кейптауне, у мыса Доброй Надежды, в тогдашней голландской колонии. От губернатора-голландца он узнал, что в марте в порт заходили два французских корабля под командованием капитана Мариона, отправившиеся в море на поиски новых земель. Здесь, в Кейптауне, к экспедиции присоединился еще один ученый-натуралист, швед Спаррман, ученик Линнея[55], чья помощь оказалась весьма полезной.
Корабли снялись с якоря 22 ноября и направились прямо на юг в поисках мыса Сирконсисьон, следуя инструкциям, полученным начальником экспедиции. Пять дней спустя налетел сильнейший шторм и отнес «Резолюшн» и «Адвенчер» далеко к востоку, так что поиски таинственной земли стали невозможны. Внезапно так похолодало, что почти все животные, взятые на борт обоих судов, заболели и передохли. Уже 11 декабря показались первые дрейфующие льдины невиданных, гигантских размеров, высотой до 200 футов, шириной и длиной, соответственно, 400 и 2000 футов. Матросы, одетые в теплую одежду и меховые шапки, предусмотрительно захваченные Куком, своим видом походили на членов экспедиции к Северному полюсу и точно так же занимались ловлей китообразных, обитающих в этом краю вечных льдов.
В конце концов случилось то, что и должно было случиться: 14 декабря огромное ледяное поле преградило путь на юг. Корабли долго шли вдоль ледяной кромки, чтобы убедиться в том, что вечные льды нигде не примыкают к какой-либо суше. Хотя тогда и была середина лета (по меркам Южного полушария), приходилось опасаться, что корабли могут оказаться зажатыми во льдах, как это иногда случается с китобойными судами, которые по какой-либо причине задерживаются в море после летней кампании. Однако Кук продолжал строго следовать полученным инструкциям и пошел вдоль меридиана, где, по сведениям капитана Буве, должен был находиться мыс Сирконсисьон. Но в указанном районе Кук не нашел никаких признаков суши и сделал вывод, что если эта земля и существует в действительности (а так оно и есть на самом деле), то это остров, причем очень незначительных размеров.
Итак, у капитана Кука больше не было причин предполагать наличие большого континента в этих широтах.
С 1 февраля по 15 марта 1773 года Кук упорно стремился приблизиться к Полярному кругу и пересечь его, но ему мешали холодные дожди, снег и плавучие горы льда, получившие название айсбергов[56]. Твердо уверившись в том, что позади нет никакой сколь-нибудь значительной суши, Кук повернул к северу и пошел к Новой Зеландии, где должен был встретиться с «Адвенчером», так как месяц назад корабли разошлись в густом тумане.
