Читаем без скачивания Дикие мечты - Донна Грант

Линкольн начал прокладывать дорожку поцелуев вниз по ее телу, постепенно опускаясь перед ней на колени. Ава встретилась с его ярко-голубыми, горящими от желания глазами. Она не могла поверить, что смогла найти такого, как Линкольн, или, что едва не оттолкнула его. Но больше подобной ошибки она не совершит.

Его руки нежно исследовали ее живот и бедра, опускаясь вниз по ногам. Линкольн наклонился и медленно, наслаждаясь каждым миллиметром ее тела, целовал внутреннюю часть бедра. Ава задыхалась, ее руки скользили по плитке в тщетной попытке за что-то удержаться, когда Линкольн поднял ее ногу себе на плечо и его язык коснулся лона.

— Линкольн, — прошептала она, теряясь в наслаждении, когда его язык нашел ее клитор и начал безжалостно дразнить.

Ее тело горело для него. Линкольн подвел ее так близко к оргазму, что, если бы не его руки, поддерживающие ее за бедра, Ава распласталась бы на полу.

Он облизывал и дразнил. Он возбуждал и возносил ее на вершины… Он будоражил и соблазнял.

Ава была близка к кульминации, когда Линкольн отстранился и стал прокладывать дорожку поцелуев вверх по ее телу. Застонав от разочарования, Ава открыла глаза и увидела, как он наблюдает за ней. Жажда, острое желание, — вот, что она прочла в глубинах его голубых глаз. Ее живот сжался от предвкушения чего-то прекрасного. Линкольн хотел заявить на нее права, и Ава мечтала об этом не меньше, — иметь его клеймо на себе. Чтобы каждый знал, что она принадлежит ему,… а он ей.

Линкольн подхватил ее под бедра, и, приподняв, широко развел их, его набухшая возбужденная головка коснулась ее лона. Ава обняла Линкольна за плечи, и попыталась обвить его бедра ногами. Он не позволил... и, держа ее на весу — медленно входил в нее все глубже, шепча ее имя.

Вне себя от сводящей с ума страсти, Ава вонзила ногти в его плечи.

Наконец, полностью погрузившись в нее, Линкольн обернул ее ноги вокруг своей талии, и начал двигаться.

Ава целовала его, гладила по спине, блуждала руками по его телу, везде, куда могла дотянуться. Ощущения его кожи под руками, в то время, когда он вонзался в нее все сильнее и сильнее, многократно усиливали ее чувства.

Линкольн хотел прижать Аву сильнее, быть еще ближе. Желание и голод по ней нарастали в нем, как и жажда заклеймить её так, чтобы Ава не смогла забыть, чтобы не подумала уйти от него.

Он еще глубже вошел в нее, тугие, влажные стенки ее влагалища толкали его все ближе и ближе к краю.

Ни одна женщина никогда прежде не доводила Линкольна до такого исступления, но от этого ему еще больше хотелось, чтобы Ава осталась рядом с ним. Она была умной и упрямой, красивой и сильной. Она была создана для него, и он готов на все, чтобы убедить ее в этом.

Линкольн повернул их так, что вода начала стекать по ее спине. Прервав поцелуй, девушка открыла глаза. Он мог утонуть в их янтарных глубинах.

Она откинулась назад, и качнула бедрами, принимая его ещё глубже, и застонала от удовольствия.

Выражение настоящего необузданного желания на ее лице толкнуло его к самой пропасти. Он держал себя под жестким контролем, чтобы продлить ей удовольствие, но она разрушила его, уничтожила одним лишь взглядом.

Он снова прижал ее к стене и его толчки стали еще неистовей. Ее мягкие стоны превратились в несдерживаемые крики удовольствия.

Ава чувствовала, как нарастало напряжение внизу живота, ощущала, как напрягается все ее тело, когда Линкольн все ускорялся и поднимал ее все выше и выше, она, казалось, — парила над облаками. Ава раскрылась, отдавая ему каждую частичку себя.

Мир взорвался яркими звездами, когда Ава достигла оргазма. Линкольн вознес ее на вершины, починил ее сломанный мир.

Образ чистейшего удовлетворения в его глазах, и его длинные темные волосы, растрепавшиеся вокруг головы, — эта картина навсегда останется в ее памяти.

Ава начала приходить в себя от наслаждения, когда Линкольн достиг своего освобождения и зарылся лицом в ее шею.

Еще долго они стояли, крепко сжимая друг друга в объятиях. Казалось, время остановилось. Вода стекала по их разгоряченным телам. Ава вдыхала его запах, аромат его мужского тела, который навсегда останется в ее памяти, в ней. Когда Линкольн поднял голову, Ава улыбнулась и удивилась, как же она жила без него все это время.

Он мягко и очень нежно поцеловал ее, и опустил на ноги. Не произнеся ни слова, мужчина взял мыло и начал мыть ее.

Когда он закончил, Ава вымыла его, уделив особое внимание его внушительному мужскому достоинству. Он закрыл глаза и блаженно улыбался, пока она намыливала его волосы, позволяя ее ногтям легонько царапать ему голову.

Ава не спешила возвращаться в реальный мир, потому что пока они были здесь, все страхи и ужасы их не касались, они были где-то далеко от них.

Смыв пену, Линкольн выключил воду, открыл дверь, схватил полотенце, и, стал сам вытирать ее.

На глаза Авы навернулись слезы. Линкольн заботился о ней, опекал ее, словно она была ему дороже всего на свете. Будто была для него очень важна... была особенной.

Ава нашла еще одно полотенце и когда девушка повернулась, Линкольн уже стоял рядом с ней, вытянув руки, ожидая ее, желая принять ее в свои объятия.

Они оба засмеялись. Ава никогда не знала, что вытирать кого-то может быть так весело. Он не дал ей закончить, вместо этого поднял ее на руки и отнес в постель.

Под одеялом они снова оказались в объятиях друг друга. В тишине она слышала голоса внизу, но не могла разобрать слов.

— Не волнуйся. Ты в безопасности, — произнес Линкольн.

— Благодаря тебе и твоей семье. Спасибо.

Он поцеловал ее в лоб и крепче обнял.

— Прости что думала, будто ты связан с исчезновением моего отца. Это было несправедливо.

— Мы были последними, кто видел его. Конечно же, твои обвинения были обоснованы.

Она облизала губы и прикрыла глаза, не в силах держать их открытыми.

— Думаешь, он все еще жив?

— Узнаем все, что сможем от Соломона. Если понадобиться, поедем в Новый Орлеан.

Это ее удивило.

— Ты оставишь свою семью?

— Ради тебя, да.

Ава заставила глаза открыться, чтобы посмотреть на него.

— Ты хороший человек, Линкольн.

— Только не говори никому, — сказал он, подмигнув.

~ ~ ~

Линкольн позволил Аве уснуть лишь после бесчисленных занятий любовью. Они провели в постели последние несколько часов, выбираясь лишь, чтобы набрать еды и вновь запереться в комнате. Он хотел остаться с ней, но наступал рассвет после полнолуния, и ему нужно было поговорить с Соломоном. Линкольн оделся и тихо покинул комнату.

Поспешив вниз, он прошел на кухню, где застал братьев, сидящих за столом.

— Ты как раз во время, — проворчал Кристиан.

Бо что-то невнятно пробубнил и в нетерпении поднялся на ноги.

Винсент одарил Линкольна понимающей улыбкой. Линкольн пытался сдержать ухмылку, но не смог, он дал пять Вину, когда проходил мимо.

— Готовы? — спросил Кристиан, когда вся четверка стояла на веранде с одеждой в руках. Утреннее солнце начинало разгонять ночные тени, а трава покрылась росой.

Линкольн первым дошел до двери. Он открыл ее и направился к каменной постройке, братья следовали за ним.

Внутри было тихо, и это насторожило Линкольна. Он отпер двери и открыл их, достаточно широко, чтобы пройти. Винсент включил свет. Кейн спал мертвым сном, Соломон сидел, упершись спиной в металлические прутья клетки и молча, смотрел на брата.

— Сработало, — произнес Соломон. — Я сомневался, но ты оказался прав, Вин.

Винсент отпер его клетку.

— Можешь отвезти его домой, Соломон. Полагаю, Линкольн и Ава захотят поехать с тобой.

Кристиан бросил Соломону одежду и проверил замок на клетке Кейна. Бо прислонился к стене и перочинным ножом пытался вынуть занозу из ладони.

Соломон быстро оделся и испытующе посмотрел на Линкольна.

— Везти Аву в Новый Орлеан не самая удачная идея, кузен.

— Из-за жрицы Дельфины? — спросил он.

— Именно. Посмотри, что она сотворила с моей семьей? Она хочет, чтобы Ава умерла, и она убедиться, что так и будет.

Линкольн сжал кулаки.

— Только через мой труп.

— Может дойти и до этого. — Соломон перевел взгляд на Кристиана, затем на Бо и наконец, на Винсента. — Вы именно этого хотите? Потерять своего брата из-за какой-то чокнутой стервы?

— Нет, — ответили они в унисон.

Соломон поморщился, натягивая рубашку.

— Я не хочу, чтобы ваша кровь была на моих руках. Особенно Авы. Я в долгу перед ее стариком. Благодаря ему, я понял некоторые вещи, прежде чем пришел сюда.

— Эээ, парни, — произнес Бо, когда он выпрямился и посмотрел на дверь здания.

— Как раз во время, — сказал Соломон с улыбкой.

Линкольн нахмурился, когда Соломон вышел из клетки и прошел мимо кузенов. Они быстро последовали за ним. Линкольн подтянулся, когда увидел черный грузовик “Додж”. Дверь открылась, и из него вылезли двое мужчин. У одного из них были такие же ярко-голубые глаза, как и у Соломона, что становилось понятно, — это их кузен, второй мужчина был старше, лицо в морщинах, а в каштановых волосах серебрилась седина.