дело?
Из-под одеяла показалась курчавая голова.
— Маму-у-ля, — захныкала Александра. — Ты только глянь на этот ужас, — указала она на свои волосы. — И как я с такой головой на работу пойду?
Светлана улыбнулась. Она за секунду свела дважды два и поняла, из-за чего весь этот беспорядок.
— Не драматизируй. Все могло быть куда хуже, ты же знаешь, — улыбнулась она ей.
— Знаю, — утвердительно закачала головой девушка, — но от этого мне совсем не легче, — и хныкая снова зарылась в одеяло.
Светлана тяжело вздохнула, закатив глаза.
— Я как понимаю, ты вставать не собираешься?
— Нет.
— И завтракать не будешь?
— Нет!
— Да-а, а жаль. Я ведь приготовила твои любимые оладушки.
Александра высунула нос из-под пледа.
— С вареньем? — в надежде спросила она.
— Ага, с яблочным. Ну-у, раз ты не хочешь…
— Нет, нет, — одеяло вмиг упало на пол. — Кто сказал, что я не хочу. Просто с этого и надо было начинать разговор.
И прильнув к матери со спины, обняв, девушка поцеловала ее теплую щеку. От матери исходил приятный запах ванили и молока.
— Знаешь, я наверное все же позавтракаю, а то оладушки твои нынче в дефиците. Кто знает, когда ты в следующий раз еще сможешь их приготовить.
Светлана Николаевна улыбнулась, явна довольная тем, что смогла таким нехитрым способом вывести дочь из утренней депрессии.
— Вот и славно. А теперь марш чистить зубы и умываться. Ну, а я пойду, поищу гребень, чтобы распутать это твое воронье гнездо. Там гляди и снова человеком станешь.
— Ну-у ма-а-ам, — попыталась запротестовать Саша, на это довольно комичное сравнение.
Однако, что греха таить, оно было верным.
Через десять минут Саша уже сидела на кухне и уплетала оладушки с ароматным яблочным вареньем.
— Как у тебя дела на работе? — как бы невзначай спросила Светлана, переворачивая на сковороде очередную порцию дрожжевых лепешек.
— Все нормально. Тамара бесовствует. Варя заболела, а так, все по-старому.
— Ясно. А как там Илья? Почему до сих пор в гости к нам не пришел?
Саша поперхнулась, и Светлана не сразу уловила перемену в настроении дочери. Подбежав к ней, стала заботливо хлопать ее по спине.
— Ну ты как маленькая, ей-богу. Неужели так трудно сначала переживать, а после отвечать. Возьми, выпей воды.
Светлана протянула дочери стакан, а после снова подошла к плите.
— Вот же на тебе, оладушки сгорели, — стала причитать она, отправляя на лопатке порцию сгоревших блинов в мусорное ведро. — Ну так что там Илья? — после минутной паузы снова спросила она, но уже поглядывая на дочь.
— С ним все хорошо, — совершено спокойно попыталась ответить Саша. — Снова привыкает к питерской погоде. И кстати, обещал на днях заскочить.
Девушка тут прикусила язык. Она не хотела врать материи. Однако огорчать ее тем, что будущий «зять», за то время, что находится в Питере, так и не соизволил явиться к ним в гости, ранила даже саму Александру.
До поездки в Москву, Власов был частым гостем в их доме и мог спокойно приходить и уходить, как будто это был его дом. И если так подумать, то так действительно было. Но все изменилась после его возвращения. Возможно, дурное влияние? ….
— Это же замечательная новость, — улыбаясь, ответила ей Светлана, прерывая ход мрачных мыслей дочери. — Ну тогда как надумает, ты скажи мне, а я приготовлю чего-нибудь вкусненькое.
— Не стоит мама. Я ведь и сама могу.
— Конечно стоит, глупенькая ты моя, — погладив по голове, мать поцеловала дочь. — Я просто обязана постараться для будущего зятя. Любимая доченька у меня ведь одна.
— Да, наверное, ты права, — Саша уставилась на пустой стакан, пытаясь отогнать дурное предчувствие. Но к сожалению, оно с каждым новым днем, нарастала все сильнее и сильнее. Она была готова на все, только бы не думать о том, как ведет себя с ней Илья.
— Шурка, ты только глянь на часы.
Светлана в спешке стала вытирать руки о фартук, суетясь как пчелка.
— Вот это мы с тобой заболтались. Тебе же на работу пора. Давай бегом в спальню, а я за гребнем. Будем приводить тебя в человеческий вид.
Александра встала и подойдя к матери обняла ту со спины, зарываясь носом в ее шелковистые русые волосы.
— Мамуля, я тебя так люблю.
Светлана повернулась в объятиях дочери и прикоснулась губами к ее лбу.
— Шур, ты чего малыш? Все хорошо?
— Да, — соврала девушка.
Ей меньше всего хотелось, чтобы о ее душевных терзаниях узнала мама. Она ведь не виновата, что у нее уродилась такая некрасивая дочь.
— МАКС —
Накинув на голое тело белый халат, Макс вышел на балкон. Прохладный утренний воздух остужал разгоряченное после сна тело, приводил мысли в порядок. Ночь в отеле наводила его на дурные воспоминания, о которых он не хотел думать. Однако, лучше уж так, чем в доме Власовых. Они хорошие люди, и Илья идиот, если не понимает, как ему повезло с родителями. Все же лучше, чем чета Арских, погрязшая во лжи и пороке.
Мужчина оперся руками о перила, наблюдая за городом с высоты. Питер проснулся, о чем свидетельствовал гул машин и запах копоти. Так не привычно было снова слышать все эти звуки, после недели проведенной в тихом дачном коттедже.
«Если так подумать, то в семейном гнезде Власовых был свой колорит и прелесть. И возможно, когда я доживу до их возраста, тоже захочу убежать от городской суеты в такое место. Было бы неплохо до того момента найти человека, который бы смог разделить со мной простые радости жизни».
Арский улыбнулся, его мысли о будущем удивили его самого, ведь он явно не был приверженцем подобного уклада. Тихая спокойная жизнь не для него. Пока он молод, думать о подобном просто грешно. Нужно наслаждаться сегодняшним днем. Этим моментом. Прямо тут и сейчас, а не строить заоблачные планы, которые с легкостью могут разрушаться как карточный домик от дуновения ветра.
