Всхлипываю, прикрывая глаза.
— Я не могу вот так сразу, там у меня куча незаконченных проектов… Надо довести все до конца.
— Окей, сколько тебе времени на это нужно?
— Ну не знаю, на вскидку пару месяцев…
— Один, Ева. У тебя есть один месяц, чтобы все закончить и вернуться.
— Я сейчас что-то не очень поняла… Это что за приказы? — возмущаюсь я.
— Если нет, то я помогу тебе уволиться дистанционно…
— Яр, а по какому праву ты сейчас решаешь за меня?
— По праву твоего будущего мужа, — выдает он мне, а я теряю дар речи. — Ев, давай домой поедем?
— Угу, — нахмурив брови, отвечаю. В комнату входят ребята, подслушивали все-таки… Вот же любопытные… Сергей смотрит на меня виновато, но я говорю ему не принимать на свой счет. Так ведь и есть, если бы не сегодня, то завтра, или в пресловутую пятницу Яр узнал бы о моем отъезде. И было бы еще хуже… Сейчас, по крайней мере, есть возможность сгладить острые углы. Едем домой молча, Яр крепко сжимает руль, смотрит на дорогу. Ко мне не поворачивается, хмурит черные брови. А я не знаю, как к нему подступиться. Когда он паркуется у подъезда, немного успокаиваюсь. Не отвез меня в родительский дом, значит не все потеряно… Поворачиваюсь к нему, кладу голову на его плечо и обнимаю насколько хватает рук. Какой же великан…
— Прости меня, Яр… Я, правда, не думала, что для тебя это важно…
— Не думала… Я, знаешь ли, тоже не ночую с каждой встречной…
— Яр… ну прости меня, пожалуйста…
— Да простил я тебя уже…
Всхлипываю, утыкаясь лбом в его плечо. Ярослав поворачивается и, сгребая в свои медвежьи объятия, перетягивает к себе на колени. Как вообще такое возможно в Гольфе — загадка.
Мне сразу становится тепло в его руках, нервный озноб проходит. Приникаю губами к его шее, вдыхаю аромат, веду носом вверх к уху.
— Доиграешься, ведьма…
Замираю, отстраняясь от него. Открывает затуманенные глаза.
— Почему ведьма?.. — спрашиваю почти обиженно.
— Потому что прокляла меня…
— Не было такого…
— Было, в тот вечер, когда я извиняться пришел…
— Я же пошутила, Яр…
— Ты пошутила, а все сбылось…
Смотрит на меня, улыбается. А я хочу продолжения истории!
ЯРОСЛАВ
Ева сидит на моих коленях и ждет продолжения истории. Точно знаю, что ждет. По глазам вижу. Хоть в машине и темно, но эти всполохи любопытства я почувствую и с закрытыми глазами. Улыбаюсь, немного меняю положение девчонки, усаживая не себя верхом. Мне очень нравится, когда она вот так на мне сидит…
— Ну рассказывай уже… Как ты там еще меня называл за глаза…
— Ох всего и не упомнишь… — шучу я, получая острым кулачком в плечо. — А это уже акт бытового насилия, — подливаю масла в огонь.
— Не буди во мне ведьму, — предупреждает Ева, и смеемся вместе. — Ну расскажи… Ну Яричек… — чертовка, умеет уговаривать. Размяк как мороженое на солнце…
— Да по-разному называл… Ведьма, чертова паршивка, хулиганка мелкая, исчадье ада…
— Вот с паршивкой обидненько получилось… — дует губы. Прихватываю нижнюю зубами, немного оттягиваю. Затем прохожусь по ней языком. Ева сжимает бедрами мои бока, вздыхая прерывисто. Да, девочка, я тоже тебя хочу…
— А что сбылось-то? — спрашивает Ева, придя в себя…
— Снилась мне… Почти каждую ночь…
— И что я делала в твоем сне сне?
— Ты слишком любопытная…
— Ну расскажииии… Ну Яричек…
— Ну поначалу пакостила, или показывала фак… Или посылала нахрен и смотрела так осуждающе… А потом… Лучше тебе не знать…
— Да ладно тебе, сказал «А», говори и «Б».
— Расскажу с одним условием.
— Каким?
— Пообещай, что выполнишь.
— Как я могу обещать то, чего не знаю… Может, ты попросишь из окна прыгнуть, или квартиру на тебя переписать… — повторяет она мои слова.
— У тебя нет квартиры, — уточняю я.
— А, ну с окном можно не вычеркивать из списка? — возмущается она.
— Вот ты дуреха… Обещание не будет связано с документами, здоровьем и так далее…
— Хорошо, я обещаю.
— Ты вернешься ко мне, Ева. Ты пообещала, и я не откажусь от тебя, ясно?
— Ясно, — шепчет тихо, смотрит мне в глаза… — Рассказывай, что там за сны тебя мучили…
— Мучили… — веду ладонями по ее бедрам, проскальзываю выше под ее безразмерную кофту, по голым бокам. Пальцы натыкаются на спортивный топ. Облизываю губы, проводя большими пальцами по затвердевшим горошинам сосков. Ева вздрагивает, прикрывает глаза и снова сжимает бедра. — Ты каждый раз соблазняла меня… будоражила… и в последний момент…обламывала…
— Я больше так не буду… — шепчет мне в губы хулиганка. Ловлю ее губы своими, сжимаю ладонями аппетитную попку, вжимая в свой пах. Наши вдохи и выдохи смешиваются в один, целуемся как безумные… Не могу оторваться от своей ведьмы, уплываю в океан своих чувств… Подумать не мог, что все может быть так…
— Ярик… — выдыхает ведьма, и меня уже почти не бесит такое обращение… От Евы я готов его слушать хоть каждый день.
— Что, ведьма?..
— Пойдем домой, — так же тихо, и гладит пальчиками мои щеки. Закрываю глаза, кайфуя от невесомых прикосновений.
— Пойдем, — соглашаюсь я, открывая дверь. Ева вылезает из машины, поправляет одежду. Выхожу за ней, поправляю ширинку, болезненно морщась. Включаю сигнализацию с брелока и, убрав ключ в карман, подхватываю Еву одной рукой под попку и несу к подъезду. Она обхватывает меня руками и ногами, повисая, как обезьянка, довольно улыбается. В лифте не могу себе отказать в удовольствии, целую хулиганку. В квартиру заношу свою ношу с особым удовольствием. Зная, что сейчас будет продолжение. Усаживаю мою ведьму на комод в прихожей, снимаю с нее ботинки.
— Я же просил тебя надеть что-то удобное…
— Так я и надела…
— Скинни? Да ты жестокая…
— Зато колготки не надела вниз…
— Оу, это обнадеживает, — усмехаюсь в ее плечо, стягивая худи. Ева тянет мою толстовку вверх, помогая снять. Скидываем одежду на пол, продолжая целоваться. Пытаюсь попутно снять кроссовки, спотыкаюсь, запутываясь в брошенных под ноги вещах. Ева смеется, спрыгивая с моих рук. Ловлю ее в объятия снова, не могу оторваться. Хочу ее! Хочу всю без остатка!
Заваливаю мою ведьму на диван, нависаю сверху. В комнате мы свет не включили, и только из прихожей падает неяркая дорожка. Но и этого хватает, чтобы рассмотреть ураган в глазах моей хулиганки. Ее зрачки увеличены и почти заполнили всю радужку. Великолепное зрелище…
Девчонка тянется ко мне за поцелуем, притягивает к себе за шею, подается бедрами навстречу. Кайфую от своих ощущений, и ни на секунду не закрываю глаза. Я хочу видеть
