Читаем без скачивания Солдаты из гранита - Александр Тамоников

— Давай!

— Фардини определил дату выхода к району базирования?

— Эту дату определил я.

— Позвольте узнать, на какое число и время вы решили назначить начало марша? Мне надо подготовить колонну.

— А ты не заметил, что я приказал снять палатки и загрузить в машины для новобранцев? Надеюсь, они там все уместятся.

— Заметил.

— Это значит, Наджиб, что пойдем мы завтра с утра. А посему тебе необходимо сегодня встретиться с пограничниками, через которых ты должен организовать «коридор».

— Марш уже завтра? — удивился Кадери.

— Не ожидал? — усмехнулся Карбалла. — Да, Наджиб, завтра. К пограничникам можешь отправляться немедленно.

— Мне надо предварительно договориться о встрече.

— Работай, не смею мешать.

Когда Кадери вышел из палатки, Карбалла еще раз посмотрел на карту. Он обладал хорошей памятью и легко запомнил маршрут. Следовало признать, что выбран он был профессионально.

Новобранцы сняли палатки, загрузили их вместе со щитами, веревками, матрасами и личными принадлежностями ближе к кабине. Это заняло треть кузова, и осталось достаточно места для двадцати бойцов в каждой машине.

Кадери уехал в штаб отряда. Пакистанский начальник согласился встретиться с ним немедленно.

Вернулся и Максуд:

— Господин Карбалла, люди недовольны, что ночь придется проводить на земле и в кустах, возмущаются, зачем сняли палатки.

— Плевать, кто чем недоволен! Мы тронемся рано утром, если, конечно, Кадери решит вопрос с пограничниками. А это значит, на рассвете у нас не будет времени снимать лагерь и выстраивать колонну. Ты собери командиров отделений, пусть заткнут рот своим подчиненным. Им неудобно спать на земле? Посмотрю, каково будет этим недоноскам на марш-бросках в горах. Там отдыхать придется на камнях. Понял меня?

— Понял!

— И пожестче с ними, Довлет, построже. Ты все-таки теперь заместитель начальника, второй человек в учебном центре.

— Я все понял, Наваб!

— Ступай! И пришли людей снять мою палатку и загрузить ее в машину. Останется только узел связи. Его снимем утром.

— Вы тоже будете спать на земле? — усмехнулся Максуд.

— Рядом с тобой, как все, Довлет. Командир должен быть со своими подчиненными.

— Это больше всего повлияет на людей.

— Знаю, потому готов потерпеть. Комфортные условия мы с тобой создадим себе в Харасе.

— А как насчет женщин?

— Разберемся.

— Разрешите идти?

— Ступай!

Вскоре вернулся Кадери, доложил:

— Вопрос с начальниками решен. С 6.00 до 7.00 граница для нас будет открыта.

— Хорошо. Выстраивай колонну. Впереди «Хамви», за ним тентованные грузовики, машины с личным составом, с новобранцами, в замыкании «Тойота». Лица постоянного состава во внедорожниках и кабинах. Все при оружии.

— Извините, а вы?

— А я с водителем и заместителем поеду на некотором удалении от общей колонны на своей машине.

— Понял!

Все было готово к маршу, но неожиданно Кадери позвонил начальник пакистанского погранотряда. Кадери в тот момент находился рядом с Карбаллой, и начальник центра слышал переговоры, сорвавшие все планы боевиков.

Начальник погранотряда сообщил, что его предупредили о возможной проверке, которая должна начаться с прибытием из Исламабада высокой комиссии этой ночью. Сколько продлится проверка, неизвестно, но не менее недели. Соответственно, ни о каком «коридоре» и прохождении колонны на время проверки речи быть не могло. Пришлось боевикам разгружать машины и вновь устанавливать палатки, а Карбалле связываться с Фардини и докладывать о переносе марша. На удивление, последний довольно спокойно воспринял данную новость:

— Что ж, значит, Всевышний ведет вас. Ничего, подождем. После проверки пройти границу и маршрут будет легче, ведь о действиях пакистанцев наверняка оповещены и местные власти в Кабуле, и американцы, иначе непонятные действия на границе могли привести к непредсказуемой реакции натовцев. Потом все успокоится, и ты проведешь колонну до Хараса.

Проверка затянулась на две недели. И только 27 октября колонна боевиков перешла пакистано-афганскую границу и двинулась по ранее отработанному маршруту на юго-запад Афганистана. Чтобы 3 ноября попасть в поле зрения охотника Кадыра. Впрочем, о колонне в Москве знали с момента встречи Карбаллы и Фардини.

Глава четвертая

Водитель Ардана Гутар подогнал «Тойоту» к дому вождя в 12.30 среды, 5 ноября. Вождя вышла провожать супруга Лела. Наскоро простившись с ней, Ардан сел в машину.

— Без остановок в Урун? — спросил Гутар.

— Дальше, до поста охранения прохода на северную дорогу.

Водитель кивнул и не спеша повел внедорожник по селению. На улице было много детей, требовалась осторожность. Ребятня в играх забывала обо всем на свете и могла выскочить под колеса машины. Он увеличил скорость только тогда, когда выехал за пределы селения.

Сотовый телефон Ардана провибрировал сигналом вызова.

— Да, — ответил он.

— Это Сомов.

— Салам, Леонид Борисович! — оживился вождь. — Что-то случилось?

— Салам, вождь, ничего не случилось, кроме того, что Власов уже три часа в пути к тебе.

— Я тоже выехал встречать его. Как и договаривались, он подъедет со стороны Урунского прохода или пойдет все же через Кандагар?

— Со стороны прохода. У него будут документы на его имя, но гражданина Таджикистана.

— Понял. Я узнаю его.

— Ну, ну. Удачи вам. Если что, сразу же связывайтесь со мной. Впрочем, Геннадий обо всем проинструктирован. У него же информация по «гостям», что объявились у Хараса.

— Разберемся, Леонид Борисович.

— Не сомневаюсь. До связи, вождь.

— До связи, — ответил Ардан и отключил телефон.

— Что-нибудь серьезное, вождь? — спросил Гутар.

— Ничего особенного, друзья предупредили, что капитан уже три часа в пути. Это когда он будет на посту?

— Если ничего не произойдет, то как раз между четырнадцатью и пятнадцатью часами.

— Будем надеяться, что ничего не произойдет.

Гутар продолжил движение, и в 13.20 «Тойота» въехала в селение Урун — северный форпост территории проживания племени Хату.

В селении остановились у дома командира местного отряда самообороны Руни Сабула, тот как раз выходил к своей машине.

— Ты почему еще здесь? — удивленно произнес вождь.

— Извини, Бани, я уже был на посту, всех предупредил, там порядок, а вернулся посмотреть сына, жар у него. Как заболел, непонятно.

— Ты с доктором связывался?

С недавнего времени в Докур вернулся внук главы совета старейшин Мусад Тавар, который окончил российский медицинский вуз. Женился, и молодая жена стала его помощницей.

— Нет, поговорил с местным знахарем. Сейчас он смотрит ребенка.

— Срочно звони доктору, пусть берет жену, машину и едет сюда. Он все же врач.

— Минуту, вождь.

Переговорив с доктором, Руни взглянул на Ардана:

— Мусад через час будет. Можем ехать.

В это время из дома вышел знахарь.

— Что у сына? — спросил у него Сабул.

— По-моему, обычная простуда. Заболел он дня два назад, тогда надо было укладывать в постель.

— Но он не выглядел больным, только покашливал немного.

— Вот именно, что покашливал. Сегодня у него третий, самый тяжелый день. Потом болезнь отступит. Я принес отвар, сказал твоей жене, как давать. С помощью Всевышнего дня через два встанет.

— Его еще доктор посмотрит.

— Это хорошо. Доктора — ученые люди, а Мусад, внук Алима Тавира, всегда отличался тягой к знаниям и усердием. Из него достойный доктор получится. Я же готов во всем ему помогать.

— Он через час будет здесь, — сказал Ардан и, повернувшись, бросил Сабулу: — Едем, как бы не опоздать, а то некрасиво получится.

— Не опоздаем, здесь езды совсем ничего.

— Мне брать машину или поедем на твоей?

— На моей, чего зря гонять технику?

— Добро.

Миновав сохранившиеся вертолетные площадки, внедорожник в 13.55 остановился у поста охранения входа в проход, пробитый сапером русской боевой группы спецназа во время операции по уничтожению бандформирования Мохаммада Фарди. К Ардану и Сабулу подошел средних лет хатуит, опытный воин Закир Вадар.

— Не было русского? — тут же поинтересовался вождь. — Хотя, простите, глупость спросил, если бы приехал, то я знал бы уже об этом. Как служба, Закир?

— Пока все спокойно. Сам знаешь, кроме торговцев, к нам никто не приезжает. Проверяем каждую машину, каждый вьюк, смотрим документы, особенно следим за тем, тот ли караван подошел. Позиция здесь для обороны удобная. Русские как специально сделали проход шириной, не позволяющей ехать в два ряда. Поэтому если даже большая колонна подойдет, то на пост в любом случае выйдет только одна машина, остальные останутся в проходе и за перевалом, так что и больших сил не надо, чтобы заблокировать проход. А каравану не пройти, слишком сложно, да еще фугасы, что по доброй душе установил русский сапер на стенах посреди прохода. Рвануть их, и колонну сразу засыплет.