снова погрузилась в воспоминания о своем собственном брачном опыте.
Тетушка Инессы, старая дева Софи Вильд, была в восторге от партии, которую сделала ее племянница. Она без конца повторяла:
— Я всегда знала, что ты, мой ангел, родилась с серебряной ложкой во рту! Как удачно, что я снимала для нас дачу именно в Пушкино, рядом с такой достойной семьей, как Арманды!
Инесса Стефан летом обычно проводила время с многочисленными детьми фабрикантов Арманд. Она дружила с ними с детства. Александр Арманд, вернувшись из Европы по окончании университетского курса, с трудом узнал малышку, игравшую с его младшими сестрами, в очаровательной светловолосой девушке с зелеными глазами. Ей уже 17 лет, и она недавно сдала экзамен на звание домашней учительницы. Такой же диплом в свое время получила мать Александра, Варвара Карловна де Монси, и его сестры. Такое специальное образование считалось не зазорным среди иностранцев, живущих в России. Отношение к иностранцам-учителям — полуироническое, полупрезрительное — давно изменилось. В конце XIX века родители рассчитывали, что домашний учитель станет умным наставником и другом их детям, сделает жизнь своих подопечных интересной и осмысленной. Брак с домашним учителем не считался мезальянсом, как это было раньше. В семье Арманд репетитором молодых господ был студент Московского университета Евгений Каммер. Он стал не только другом для многих молодых Армандов, но и членом семьи. Его родная сестра Мария сочеталась браком с одним из богатых наследников, Сергеем Евгеньевичем Армандом.
Что касается Инессы, то она была готова к своей профессии, но ей так и не пришлось стать домашней учительницей. Ее педагогический талант реализовался сначала в сельской школе, потом в рабочих кружках, специальных школах и значительно позже, уже после революции, — в массовых рабоче-крестьянских аудиториях.
Александр впервые обратил внимание на Инессу во время репетиций спектакля в любительском театре. Репетировали в каретном сарае. Потом на этом месте построят здание зала общественных собраний для служащих фабрики Армандов, где будут играть спектакли. Но Инесса в это время уже занималась совсем другими делами.
Ни девушка, ни молодой человек еще не знают, как сложатся их отношения. Пока они только обмениваются заинтересованными взглядами. 1 мая 1892 г. во время прогулки Александр случайно встречает у реки Инессу и ее сестру Рене. Он катает девушек на лодке. После прогулки все трое идут пить чай в шумной компании братьев и сестер Александра. Над ним подтрунивают — которая из сестричек тебе больше нравится? Спустя пару дней Инесса присылает ему записку с приглашением на свой день рожденья. 8 мая ей исполняется 18 лет. «Пожалуйста, приходите. Будет весело». Инесса живет в одном из переулков неподалеку от Кузнецкого Моста. Александр знакомится с недавно прибывшей из Парижа мадам Стефан. Мать Инессы, обладательница приятной внешности и прекрасной фигуры, которую ничуть не испортили трое родов, вместе с молодежью пляшет, участвует в разгадывании шарад и прочем веселье. Натали Стефан — 38 лет, а выглядит она на двадцать пять. Бывшая артистка поет, исполняет арии из опер, романсы. Инесса аккомпанирует матери. Именинницу просят что-нибудь сыграть. Она выбирает десятый вальс Шопена «Весне навстречу». Девушка и сама как весна — взволнованная, радостная, полная предчувствий любви. И к тому же виртуозная пианистка. После этой вечеринки Александр думает о ней все чаще. Молодые люди начинают слать друг другу записки с приглашениями — встречи обычно происходят на любительских спектаклях и в домах общих знакомых. Натали с дочерьми по приглашению хозяев дома гостит в Пушкино. О чем же беседуют Инесса и Александр? Инессу уже тогда явно волнует тема женского неравноправия. Она пишет молодому человеку:
«Мужчины... не стесняются проявлять терпение, как будто мы — малые дети, а не такие же взрослые особи, как они сами. Что хуже всего — женщины опрометчиво верят мужчинам, а те без конца лгут... Я знаю, что вы сочтете эти строки оскорбительными и, возможно, даже перестанете быть моим другом. Но я думаю, что лучше вам знать всю правду, глубину моих мыслей об отношениях полов. Конечно, нет правил без исключений, к вам я отношусь с большим уважением, и мне бы не хотелось потерять вашу дружбу. Однако же в большинстве своем мужчины злят и раздражают меня».
О чем думал Александр, читая это письмо Инессы, в которую уже был влюблен? Какой странный для молодой неопытной девушки взгляд на отношения! Во время очередной прогулки Александр повел довольно необычный для себя разговор на эту тему, пытаясь выяснить взгляды своей юной знакомой. Инесса обвиняла мужчин в стремлении подчинить себе женщину, в полной житейской глупости, в самомнении и еще во многих грехах. Любая зрелая женщина в наше время легко могла бы воспроизвести этот монолог. Но девушка, рожденная в XIX веке, которая еще не имела личного опыта, конечно, основывалась только на книгах, которых прочла к тому времени немало. Александр, видимо, был удивлен. Возможно, ему было жаль эту красавицу, которая фактически выросла как сирота — при живых родителях. Может быть, на ее взгляды повлияли бабушка и незамужняя тетя, которые ее воспитывали? Так или иначе, он решил изменить представление этой девушки о мужчинах. Александр Евгеньевич посватался и получил согласие.
Когда старший сын Армандов, 26-летний Саша, женился на 19-летней Инессе Стефан, его младшему брату Володе едва минуло 8 лет. Он походил на ангелочка с открытки — красивым личиком, с золотыми крупными кудрями и внимательным взглядом.
Увидев Инессу в наряде невесты, мальчик серьезно сказал: «Когда вырасту, женюсь на тебе».
Молодые засмеялись. Никто не вспомнил изречение: «Устами младенца глаголет истина». Пройдет десять лет, прежде чем Варвара Карловна, свекровь Инессы, скажет мужу: «Я всегда знала, что наш младшенький влюблен в Инессу. Только я не думала, что это настолько серьезно». Этот разговор между стариками состоялся в тот день, когда семье сообщили, что в Швейцарии на свет появился пятый ребенок Инессы — сын Андрюша. Андрэ. Его отцом стал восемнадцатилетний Владимир Евгеньевич Арманд. Брат Инессиного мужа.
КАК РОЖДАЮТСЯ ЛЕГЕНДЫ
Ленин — Инессе Арманд. 1 апреля 1914 г. Отправлено в Париж из Кракова:
«Получил твой рассказ о реферате Степанюка и выступлении Юркевича: откровенно скажу, злился на тебя: ты не поняла, в чем суть у Юркевича. И я опять — каюсь — ругал тебя
