— Да, в маленькой, но…
— Я поначалу сомневалась, — обратилась Тельма к Ларсону с очаровательной улыбкой, — справится ли Глэдис с работой. Ведь у нас целая сеть фирм, а это совсем другое дело, правда? Но она отлично работает.
— Спасибо. Но фирма, где я работала…
— Ну, а теперь, Ларсон, — продолжила Тельма, не обращая на Глэдис никакого внимания, — расскажи о своей поездке. Как там Нью-Йорк?
Она снова превратилась в деловую женщину.
— Стоит на месте, — сухо ответил Ларсон.
Он по-прежнему смотрел на Глэдис, и девушка уставилась в окно. Эта ситуация напомнила ей времена ранней юности, когда она случайно встречала Ларсона с одной из его подружек. Как было неприятно, да просто ужасно! Приходилось терпеливо раскланиваться, знакомиться с его пассией. И в этот момент она ощущала себя неуклюжей дурой по сравнению с очередной красоткой. Да к тому же вынуждена была наблюдать, как он обнимает эту куклу. Сейчас хоть этого не происходит!
— С кем встречался? — не унималась Тельма. — Ты видел Малколма? Я получила от него телеграмму несколько дней назад. Похоже, интересующая тебя сделка состоялась?
— Мы же не будем обсуждать наши дела сейчас, не так ли? — отрезал Ларсон.
Глэдис решила вмешаться. Она повернулась к ним и сказала:
— Пожалуйста, не обращайте на меня внимания. Я редко езжу в машине и мне любопытно посмотреть на город из окна автомобиля. Оказывается, вокруг столько интересного!
А сама подумала — раз вы решили оказывать милости бедной девушке и считаете меня объектом своего сочувствия, то я и буду вести себя таким образом! Ларсон взглянул на нее и нахмурился.
— А я езжу по Лондону исключительно на машине, — заметила Тельма. — В метро так ужасно!
— Мне нравится! — заявила Глэдис. — Не очень, правда, приятно в час пик. Такая давка!
— Наверное, только молодежь может вынести толпу, — обратилась Тельма к Ларсону. — Ты согласен, Ларсон? Ну, не то чтобы я так уж стара, — она рассмеялась и кокетливо поправила волосы, — но терпеть не могу большого скопления людей. Мне кажется, это потому, что я выросла в Америке, где традиционно в семейном гараже стоят три машины. Общественный транспорт мне не знаком…
Такси остановилось у ресторана.
Поглядывая на спину Тельмы, идущей впереди, Глэдис подумала: вдруг эта маленькая блондинка споткнется на своих высоких каблуках и со всего размаху неуклюже шлепнется на тротуар! Вот будет картинка! Нет, целый спектакль. Глэдис чуть было не протянула руку, чтобы осуществить столь коварный план, но вовремя одумалась. Но даже воображаемый вид Тельмы, распростертой на земле в неприглядной позе, потешил ее немало.
Глэдис ужасно хотелось им назло заказать самые изысканные блюда, но она взяла только салат. Ларсон удивленно поднял брови, и она сделана вид, что не видит этого.
Наконец, когда обед завершился и Тельма направилась в дамскую комнату, Ларсон поверну к Глэдис и спросил:
— Черт возьми, что с тобой, Глэдис? Работа тебе нравится, это ясно. Почему же у тебя такой несчастный вид?
Спасибо за комплимент! — с горечью подумала Глэдис. Больше не нашелся что сказать!
— Да, я в восторге от работы, — ответила она, чувствуя, что краснеет. — Но мне не нравится, что ты заставляешь свою подругу нервничать…
— О чем это ты?
— Сам знаешь о чем!
— Я не телепат и понятия не имею, на что намекаешь. И, по правде говоря, не собираюсь играть в угадайку. Если у тебя есть какие-то претензии, скажи прямо, не темни.
— Я не темню!
— Тогда прекрати дуться!
— Я не дуюсь.
— Нет? Да ты и пару слов не сказала, за обедом! А когда тебя о чем-то спрашивали, отвечала односложно и смотрела в тарелку со своим дурацким салатом. Как это назвать?
— Ладно! Признаю, что не пришла в восторг от столь великодушного приглашения! Раз у тебя с ней свидание, при чем тут я? Ты, впрочем, не заметил, что Тельме было неприятно, когда ты пригласил меня пообедать.
— Свидание? Что за ерунда? Твои фантазии на этот счет становятся просто навязчивой идеей, Глэдис.
Он отпил глоток джина, поставил стакан и удивленно посмотрел на Глэдис. Она же продолжала:
— Значит, ты плохо знаешь женщин, несмотря на столь богатый опыт. Да это же совершенно очевидно — Тельма была категорически против моего присутствия на обеде! Она хотела побыть с тобой наедине, ей не нужен был третий лишний, тем более я.
— Побыть со мной наедине? Возможно, ты неправильно поняла — мы собирались обсудить некоторые детали моей поездки. Только и всего.
— Неужели? — иронически заметила Глэдис, но этот разговор стал ей неприятен.
Она смутилась — может быть, действительно, ей все это показалось, а она чуть не устроила Ларсону сцену? Тот же с усмешкой наблюдал за ней.
— Если ты была влюблена в меня, Глэдис, это не значит, что все женщины на свете последовали твоему примеру.
— Я вовсе не влюблена! — воскликнула она в испуге.
— Я сказал «была», в прошедшем времени, — подчеркнул Ларсон, все еще усмехаясь. — Ты сама призналась, что я тебе не нравлюсь, а особенно тебе неприятны некоторые мои качества: высокомерие, эгоизм и… что там еще? Ах, да! Я довольно красив, а это не в твоем вкусе. — Глэдис молчала. — Хотя, возможно, я ошибаюсь в оценке сложившейся ситуации, — продолжал он, потирая ладонью подбородок и поглядывая на девушку. — В последнее время ты махнула на себя рукой, затем пришло время самооценок, тут-то твое уязвленное самолюбие и нашло выражение в ревности к Тельме. Она, кстати, очень красивая женщина.
Глэдис мысленно продолжила его речь: «Такой, как она, тебе не стать никогда!» Только папа, считал ее красивой, но кто же полагается на мнение родителей?..
Ларсон жестом подозвал официанта, неотрывно глядя на Глэдис.
— Похоже, я попал в точку своим предположением, — сказал он.
— Черта с два! Ты настолько далек от истины, что даже представить не можешь, — воскликнул Глэдис в сердцах. — Все дело в том, что Тельме, видимо, слишком многое известно о причинах моего поступления на работу…
— Разве это секрет?
— Я не желаю, чтобы меня обсуждали за моей спиной!
— Послушай, я устал от твоих приступов гнева по каждому пустяку!
— Пустяку? Ты считаешь, что поступаешь правильно, раструбив всем о том, как ты мне сочувствуешь? Все, оказывается, должны знать, что ты исполнил свой моральный долг по отношении к сироте, которой предоставил жилье и работу!
— Не испытывай моего терпения, Глэдис!
— Приношу глубочайшее извинение! — произнесла она с демонстративным поклоном. — Я считаю, что мне действительно пора подыскать себе квартиру.
