– Ничего уже не соображаю, – призналась ведьма. – Ноги гудят, давай где-нибудь присядем, отдохнем.
– Хорошая идея. Особенно учитывая, что нас упорно ищет городская стража. Вот раздолье ворам! Все стражники заняты, до воров им сейчас и дела нет. Да, собственно, мы уже пришли. Здесь нас никто не найдет, а тебя в таких местах и искать не будут. Входи сюда.
Джозеф повозился с замком двери (ключа у него, разумеется, не было) и открыл дверцу, ведущую внутрь большого дома. Как только они протиснулись в нее, Джозеф дверь закрыл и замок запер. Затем они шли куда-то по коридору, лишенному окон, но освещенному факелами, прошли через еще одну дверь, на этот раз не запертую, и оказались в совершенно темном помещении, где ведьма ничего не видела. Это был довольно большой зал, судя по гулкому эху их шагов. Здесь ощутимо чем-то пахло, но запах был ей незнаком.
– Где мы? – поинтересовалась ведьма, испытывая какой-то невнятный страх.
– Мы в гостях у сэра Баннистера, – пояснил Джозеф, и по голосу было понятно, что он улыбается. – Хочешь с ним познакомиться?
– Мне бы хоть что-нибудь увидеть, тут же тьма непроглядная!
– Мне приятно держать тебя за руку под предлогом темноты, но желание дамы – закон! Сэр Баннистер, мы очень плохо видим в темноте, если вас не затруднит, не соблаговолите ли вы зажечь для нас факел?
Дракон послушно выдохнул струю пламени, и факел загорелся.
– Спасибо, сэр Баннистер, – машинально произнесла заранее подготовленную фразу ведьма, затем закатила глаза и рухнула бы на пол, если бы Джозеф не успел ее подхватить.
– Теперь я могу делать с ней все, что захочу, и она ничего не будет помнить, – радостно сообщил дракону маг.
Тот, естественно, ничего не ответил (драконы не разговаривают), но подмигнул левым глазом, а затем свернулся клубочком и безмятежно заснул. Свет горящего факела ему нисколько не мешал.
* * *
Столичной городской стражей командовал аристократ, но стражники, набираемые в основном из городской черни, уже давно считали его своим. Только тяжелое ранение заставило полковника покинуть королевскую армию, где он служил чуть ли не с детства. Поначалу в непривычной мирной жизни он себя не нашел, но друзья смогли вырвать отставного военного из пучины беспробудного пьянства, порекомендовав его лорд-мэру на должность начальника стражи.
Ветеран воспрял духом. Пусть городская стража не армия, но кое-что общее все-таки есть. Полковнику удалось слепить из именовавшегося стражей сброда вполне приличное подразделение, и в том, что полной безопасности на городских улицах достичь так и не удалось, его вины не было. Он делал все, что мог, и никто на его месте не сделал бы больше. Правда, пить он не бросил, но в глазах подчиненных это было только плюсом.
Солнце лишь клонилось к закату, и полковник еще не был сильно пьян. Когда ему вкратце доложили о происшествии в окрестностях дома черного мага Джозефа, в его голове полностью прояснилось. Или почти полностью. Он сразу сумел выделить в водовороте событий главное. Убийства и их расследование стражу не интересовали, это епархия судейских. А вот сразу три схватки стражников с подозреваемыми – это совсем другое дело. Для начала он потребовал доклада тех патрульных, которые первыми там оказались, и вот подтянутый ветеран и толстый новобранец переминаются с ноги на ногу в его кабинете, молчаливо предоставляя друг другу право первым начать рассказ и вызвать вполне вероятный гнев начальства.
– Отвечай ты! – полковник ткнул пальцем в грудь ветерана, тому было больно, но он, естественно, не подал виду. – Он еще зеленый, толком ничего не понимает. Ну, рассказывай, как вы оказались у дома этого проходимца Джозефа?
Старший патрульный, как и все стражники, знал, что полковник, когда трезвый, всегда злой, а чем больше выпьет, тем становится добрее, но обычно засыпает раньше, чем успевает свою доброту проявить. К сожалению, по лицу командира степень его опьянения не определялась, оно всегда было неизменного багрового цвета, да и речь тоже не могла в этом помочь – полковник всегда говорил одинаково невнятно.
– Сэр, мы патрулировали улицу и услышали три выстрела откуда-то сбоку. Один еще мог быть случайностью, ну, там, кто-то ненароком нажал на курок, но три подряд – это уже слишком похоже на перестрелку. Я принял решение убедиться, что там все в порядке.
– Молодец! – гаркнул полковник. – Абсолютно правильное решение!
– Спасибо, сэр! Мы вошли в переулок, откуда слышалась стрельба, но ничего особенного там не увидели. Если не считать одного подозрительного типа, который стоял и внимательно смотрел на дом, где живет тот самый, как вы, сэр, изволили выразиться, проходимец.
– Бродяга? Дубинкой его по башке, а потом спросить, что он тут делает!
– Нет, сэр, это был не бродяга, а, судя по одежде, джентльмен.
– Тогда отставить по башке! Вежливо спросить, не слышал ли он выстрелов.
– Я так и сделал, сэр. Он мне ответил, что никаких выстрелов не было, и сказал, чтобы мы убирались прочь и еще что все стражники – шваль.
– Ах, мерзавец! – Полковник сам называл подчиненных и этим словом, и другими, гораздо худшими, но, когда так говорили посторонние, приходил в бешенство. – И что вы сделали?
– Он ударил моего напарника в живот. Тот упал, а падая, шарахнул его дубинкой по ноге и сломал ее.
– Дубинку сломал?
– Нет, ногу.
– Врешь, скотина! – Ожидаемый стражниками гнев полковника, наконец, прорвался наружу. – Чего вдруг он станет бить стражника? Докладывай мне правду, сволочь, а я уж сам решу, что из этой правды тебе надо будет забыть, а что запомнить по-другому! Как все по правде было, ну?
– Сэр, если уж все честно рассказывать, то я первый на него дубинкой замахнулся, – признался толстяк. – Но сразу ударить не успел, он меня раньше достал кулаком, я и упал на колени. Мне больно, а он стоит, ухмыляется. Ну, я его и дубинкой по ноге изо всех сил… Сэр, простите меня!
– Я-то накажу, как следует, и прощу. Но решать будут судейские, а они всегда верят джентльмену, а не стражнику. Эх, чувствую, ты – наш человек, хоть и недавно у нас, но защитить тебя не смогу. Попытаюсь, конечно, но вряд ли что выйдет. Ладно, это потом, а пока рассказывай, что было дальше, – приказал полковник старшему патрульному. – Может, найдем какую зацепку и спасем этого полудурка.
– Дальше, сэр, я послал напарника осмотреть дом, и он обнаружил дыру в окне, след пули, я думаю. И тогда я побежал за подмогой, а он…
– Почему ты побежал? Это его обязанность!
– Он плохо знает ту часть города.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
