Ворона откашлялась и сказала:
– Хм! Сцепление! Правильно пользоваться… И газ. И когда меняешь передачу – отпускать потихоньку!
Но Лошадь сидела неподвижно. На её щёки понемногу возвращался румянец, но в выражении глаз было что-то такое, что Ворона даже не решалась взглянуть. Потом принялась её уговаривать, словно ребёнка, но прошло довольно много времени, пока Лошадь наконец вернулась в этот мир.
Ворона отворила дверь сарая, и туда пролился дневной свет. С невидящими глазами Лошадь выползла из кабины, обошла автомобиль и стала толкать его сзади. Он медленно выкатился и остановился во дворе. Лошадь вздохнула и взглянула на Ворону. Та кивнула. Лошадь понуро забралась в кабину. Это была судьба – ничего не поделаешь.
Под руководством Вороны была совершена новая попытка. Автомобиль злобно рявкнул и бросился вперёд. Лошадь в ужасе завопила и, зажмурившись, выпустила баранку. Колёса скользили на снегу, руль заклинило, и машина сама по себе стала выписывать по двору большой круг.
Лошадь на мгновение приоткрыла глаза, но тут же снова крепко зажмурилась, потому что и двор, и Ворона, и здание молокозавода превратились в сплошную крутящуюся ленту: они перемешивались и сливались друг с другом, с лесом и голубым небом. В голове у Лошади совсем помутилось. Она лихорадочно шарила перед собой, тыча в какие-то кнопки на щитке. Внезапно автомобиль замедлил ход и совсем остановился. Лошадь сидела, вконец обессилев, и сжимала ключ зажигания. С минуту она была не в состоянии пошевелиться.
![]()
Дрожа, она выбралась из машины и попыталась идти. Но весь мир опять завертелся у неё перед глазами. Лошадь уселась в снег.
– Нет, – произнесла она слабым голосом. – Нет, нет и нет! Больше никогда в жизни не сяду в автомобиль. Клянусь.
Вскоре, однако, она вновь обнаружила себя в кабине. Ворона сидела рядом и, крича изо всех сил, преподавала. И Лошадь понемножку обучалась. Она крутила руль направо и налево, автомобиль ездил по кругу, восьмёрками и красивыми овалами. Лошадь даже пыталась заставить его сделать треугольник, но этого он, видимо, не умел. Лошадь была даже чуточку разочарована. Эта машина далеко не мастер по фигурному катанию, ну да что ж поделаешь. И она поддала скорости.
– Хо-хо, – кричала она, – посторонись, разные там ёлки-палки!
Раздался треск, и потом – мгновенная тишина. Машина врезалась в сугроб у стенки сарая и стояла неподвижно. Лошадь сидела в кабине бледная, судорожно вцепившись в баранку.
«Опять я сделала какую-то глупость», – упрекала она себя.
Ворона – после того как очнулась – прочла ей ещё один курс вождения на тему «Автомобиль и лошадь, или Несколько достойных внимания пунктов о разнице и сходстве между лошадиными силами (мотор) и лошадиной силой (овёс)». И после этого Лошадь превратилась в терпеливого и аккуратного шофёра.
Автомобиль подогнали к дверям, сыры по одному погрузили в кузов, и Лошадь приготовилась ехать. Но она была не одна – рядом с ней восседала напуганная, но очень решительная Ворона. Она постановила никогда больше не отпускать Лошадь без присмотра – никуда, даже вокруг дома.
13
Лошадь крутила баранку.
– Направо! – командовала Ворона. – Прямо! – говорила Ворона.
И автомобиль ехал. Лошадь, честно говоря, не разбирала, где право, а где лево, но дорога была узкая, и к тому же множество колёс за годы проложили в ней глубокие колеи, которые сейчас присыпало снегом. И куда бы Лошадь ни выруливала, автомобиль поворачивал вместе с колеёй. Они мчались всё вперёд, и настроение у Лошади было замечательное.
А потом они выскочили на большую дорогу, колеи кончились, и вдруг всё стало шиворот-навыворот: автомобиль на полной скорости заскользил к оврагу. Лошадь судорожно крутила баранку в разные стороны, но это не помогало. Бумц! – сугроб на обочине заставил машину описать красивую дугу.
– Тормоз! – завопила Ворона. – Газ! Направо! Налево!
Лошадь нажимала на педали. А потом бросила управление, решив предоставить автомобилю действовать самому.
Мотор понял ситуацию и заглох. Автомобиль, дёрнувшись, застыл на месте. Ворона неистово каркала: да и по правде сказать, что ей оставалось делать? К тому же у неё была причина радоваться.
«Жизнь-то моя, золотко, всё же спасена! – думала она. – Теперь скорёхонько вон из машины и прямым ходом – домой!» Она повернулась посмотреть, как там Лошадь. И, встретив грустный взгляд, вдруг поняла, что не может вот так бросить её. Нет, надо снова попробовать. «Кузнецом никто не родится», – вспомнила она старую поговорку. И потом ещё: «Как вошке кашлять, коли рёбер нету?»
Ровно пять минут и двадцать одну секунду Ворона горячо и напористо уговаривала Лошадь. А потом они снова тронулись в путь.
Автомобиль завёлся как миленький, но теперь Лошадь ехала не торопясь, будто на соревнованиях по ходьбе. И вот далеко впереди замаячило большое красное строение. Автомобиль приближался к нему с такой же скоростью, как и оно – к автомобилю.
«Оно что, тоже движется? – думала Лошадь. – Ведь так и проедет мимо нас!» И нажала на тормоз.
Машина остановилась, немножко поскользила на обледеневшей дороге и будто сама собой подрулила к магазину.
– СУ-ПЕР-МАР-КЕТ, – прочла по складам Ворона.
МИНИ-МАРКЕТ – гласила надпись повыше.
И еще выше: КОЛОНИАЛЬНЫЕ ТОВАРЫ.
– Почему-то после этого не написано МАРКЕТ? – изумилась Ворона. – Это, должно быть, старая вывеска.
Во всяком случае, они были у цели. Наверняка магазин здесь, хотя этого слова нигде и не видно.
Лошадь откашлялась, натянула шапочку поглубже на уши и живописно перебросила конец шарфа через плечо. Она наверняка расчесала бы и чёлку, если бы нашлась щётка. Потом она взглянула для храбрости на Ворону, перевела дух и выбралась из кабины. Ворона, недолго думая, взлетела ей на спину. Она решила следовать за Лошадью до победного конца.
Лошадь переступила порог: открываясь, дверь затренькала, как колокольчик. За прилавком стоял большой черноволосый дядька и смотрел, выпучив глаза, будто раньше никогда не видал лошадей.
– Добрый день! – застенчиво поздоровалась Лошадь.
![]()
– День добрый, – ответил Торговец, порешив ничему не удивляться. «Плевать на всё, лишь бы торговля шла!» – таково было его жизненное правило. Он ещё раз оглядел Лошадь и спросил как ни в чём не бывало: – Из каких же таких мы будем краёв? Издалека небось?
– Да не так чтобы уж очень издалека, – робко возразила Лошадь.
– Но ведь и не так уж близко? – допытывался Торговец.
– Да нет, – призналась Лошадь, чувствуя, что краснеет.
Они помолчали. Потом Торговец откашлялся и спросил:
– Вы того… По делам, видать?
– Ага! – опомнилась Лошадь. Ей очень захотелось сбежать из магазина, но взгляд Вороны пригвоздил её к месту. Надо было выстоять во что бы то ни стало.
– Ну-с, чего мы как бы изволим? – спросил Торговец. – Взвесим для начала кило эдак пять овса? Немножко пожевать?
– Д-да… – промямлила, заикаясь, Лошадь, – то есть нет! Всё дело в сырах…
– Ах в сырах, – как бы для верности повторил Торговец. – У нас есть эмменталь и голландский, но… А сколько надо-то? Полкило?
– Больше! – заикалась Лошадь. – Хоть сколько угодно кило! Только…
Но тут Торговец выкатил здоровенную головку сыра. Лошадь заволновалась. Всё вышло так, как она и предчувствовала. Теперь сыр покупать придётся ей, а вовсе не Торговцу. И, собрав всю свою храбрость, она заорала что было силы:
– Нет, не то! Стой! Я не хочу покупать! Я хочу продать!
Карандаш выпал у Торговца из-за уха. Он обалдело уставился на Лошадь: всякого он на своём веку навидался, но чтобы Лошадь торговала?! Нет! Тут было что-то тёмное.
